double arrow

Чудо молитвы


- Владыка, сегодня мы хотели бы поговорить о молитве. Простой и сложный вопрос: как научиться молиться?

- Одного святого спросили, кто его научил молиться, и он сказал: «Бесы». Несмотря на кажущуюся парадоксальность ответа, в нем заключен большой смысл, потому что на человека обрушивается столько всяких искушений, что нигде в этом мире он не может найти опоры, кроме как в молитве и духовной устремленности к Богу. Молитва стано­вится и прибежищем, и покровом, и постоянным восполнением тех сил, которые мы растрачиваем в процессе жизни. Евангелие рассказывает нам о том, что, когда Христос проповедовал, Он периодически удалялся ото всех, даже от Своих учеников, с тем, чтобы совершать молитву. И это пример того что и мы должны иметь возможность, освободившись от тяжести повседневного, уединяться для молитвенного общения с Богом.

Молитва возникает в сердце человеческом. Как-то я спросил у одного ветерана, человека, которого нельзя было назвать воцерковленным, о чем он думал перед атакой. И он удивительно ответил. Он сказал, что каждый раз он лихорадочно вспоминал сло­ва молитвы «Отче наш», которым его в детстве научила бабушка, потому что он был твердо уверен, что если в этот момент высочайшего напряжения прочтет все от начала до конца без запинки, то останется жив.




Научение молитве часто происходит в каких-то экстремальных ситуациях, когда че­ловек оказывается между жизнью и смертью, когда у него, и так бывает, есть всего две секунды на то, чтобы успеть произнести имя Господа. И удивительно, что даже атеисты в таких случаях восклицают: «Господи, помилуй!» Наверное, человек делает это интуитивно. Вот это и есть молитва, рожденная сердцем. Младенец до определенного возра­ста тоже творит молитву сердцем. Но наша жизнь устроена так, что постепенно у человека отбирается возможность такой искренней молитвы — либо молитва растворяется в перипетиях нашей жизни, либо человек про­сто ослабевает в своей вере.

- И тогда нам может помочь молитвенный опыт.

- Святые отцы выделяют несколько сте­пеней молитвы. Первая — это молитва телесная. Внимание может отбегать, сердце не чувствовать, нужен труд, усилие воли. Несмотря на все, надо продолжать молиться. Вторая степень — это молитва внимательная, когда ум привыкает в час молитвы прогова­ривать ее «без расхищения», внимание сосредоточено на словах молитвы, и они про­говариваются как свои. Третья степень — это молитва чувства, когда от нашего внимания

согревается сердце», и то, что было словами, становится чувством. Покаянные слова молитвы превращаются в покаяние, слова прошения к Богу в чувство потребности в нем. Кто сумел перейти к молитве чувства, тот молится без слов - «ибо Бог есть Бог сердца». И четвертая степень — это молитва ровная, когда молитвенное чувство становится непрерывным, и это уже дар Духа Бога, Который молится за нас. Это последняя ступень молитвы, которую может постичь человек (святитель Феофан Затворник). Степень молитвы, как правило, отражает степень приближенности к Богу, потому что молитва — это не только наше обращение к Нему, но и Его ответ нам. И хотя мы говорим, что на Земле нет мест, где нельзя было бы молиться, идеально, когда чело­век стоит перед иконой и сосредотачивается. А если он зажег лампаду, то это только помо­гает духовной концентрации. Молиться надо и утром, и вечером, существует полное молитвенное правило на эти случаи, оно да­но в молитвословах, но так как у людей катастрофически не хватает времени, то мы часто рекомендуем так называемое молитвенное правило Серафима Саровского, очень простое, которое требует одного — знания наизусть молитв «Отче наш», «Богородица...» и «Символ веры». А условие троекрат­ного повторения этих молитв вызвано не случайностью числа три в этом мире — у нас есть Бог Отец, Бог Сын и Бог Святой Дух.



- А почему так много молитв? Ведь Христос дал нам две: «Отче наш...» и молитву мытаря?



- А почему так много людей в этом мире? Бог не хочет, чтобы мы были унифицирова­ны, чтобы мы были марионетками, и то, что у нас много разных молитв, — это проявление той творческой свободы, которая дана человеку. А потом есть молитвы на разные случаи: восхваляющие Бога, благодарственные, просительные, покаянные. В случаях покаяния, например, чаще всего читается пятидесятый псалом, написанный царем Дави­дом (ок. 1004-965 гг. до н.э.), после того как он вошел к Вирсавии, жене Урии. Псалом был сотворен в обстоятельствах наивысшего покаяния, когда царь Давид, согрешив, боял­ся, что Бог оставит его. И его молитва стала откровением, прорывом из мира греховного в мир духовный. Давиду было дано создать та­кую молитву, потому что Бог не хочет смерти грешника, но желает, чтобы каждый покаял­ся, и Он радуется о каждой найденной душе человеческой и даже, подобно пастуху из евангельской притчи, оставляет девяносто девять овец и идет искать одну, заблудшую.

- В молитве, по-видимому, главное- этоДух.

- Да, когда в XIX веке святитель Инно­кентий переводил для алеутов молитву «Отче наш», то он столкнулся с тем, что алеуты незнали, что такое хлеб, им надо было объяснять это. А хлебом у них была рыба, и тогда святитель слово «хлеб» в фразе «хлеб наш насущный» перевел словом «рыба», молитва была услышана. Это как раз пример того, что молитвой передается дух, а не буква.

- Тогда, может быть, и необязательно понимать то, что мы читаем в молитве, написанной на церковнославянском?

- Мы с вами уже говорили о том, что церковнославянский очень близок к русскому, и когда я преподавал в воскресной школе, мы сначала разбирали с детьми и выучивали пя­тидесятый псалом на русском, а потом дава­ли им текст на церковнославянском. И детям начинал открываться его смысл.

У нас есть евангельский рассказ о том, как Христос исцелил дочь Иаира. И там был момент, когда Иисус идет вместе с Иаиром, начальником синагоги, к нему домой, чтобы исцелить его единственную двенадцатилетнюю дочь, и навстречу им подходит человек, который говорит Иаиру: «Дочь твоя умерла; не утруждай Учителя». Но Иисус, услышав это, сказал Иаиру: «...не бойся, только ве­руй, и спасена будет» (Лк. 8. 49—50). И если бы Иаир послушал встречного и не пошел бы со Христом, то его дочь действительно бы умерла, но он продолжал движение, хотя чи­сто по-человечески ощущал, что делает что-то не то. Но им двигала вера. И произошло чудо — Иисус воскресил его дочь.

- Очень важный для нас пример, потому что очень уж часто нас смущают сомнения: идти сегодня в храм или не идти, продолжать молитву или нет — все равно плохо понимаешь, о чем идет речь... Оправданий тут себе можно найти множество, но причина одна — маловерие.

- Конечно. И когда говорят, что надо прочитать ту или иную молитву, то, может быть, сначала она читается без понимания смысла, но тут, с одной стороны, момент послушания - ведь дети тоже не все понимают из того, что им предписывают родители, а с другой стороны, момент веры, как в случае с Иаиром. Сказано, что «по вере вашей да будет вам», и тогда происходит то, что с обыденной точки зрения кажется невозможным. И уже в наше время мы знаем случаи, когда матери вымаливали своих сыновей, находящихся в Чечне или Афганистане.

- Владыка, сейчас мы говорили об индивидуальной молитве, а что такое общая молитва?

- Христос сказал: «...где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них» (Мф. 18. 20). Это важный момент в понимании того, что же такое общая молитва. В присутствии Христа происходит единение людей. Молитвенное общение настолько сближает, что известно много случаев, доказывающих, что люди начинают чувствовать друг друга на расстоянии. Общеизвестный факт, когда святитель Стефан Пермский проезжал за несколько верст от обители Сергия Радонежского, то он поклонился в ту сторону. А в это же время преподобный Сергий Радонежский, который находился среди братьев монахов, тоже встал и поклонился, как потом выяснилось, туда, где проезжал святитель. А разве не удивительно то совпадение в высказывании святых отцов, принадлежащих Разным культурам, никак не связанным друг с другом, но дающим совершенно одинаковые ответы на вопросы, возникающие у че­ловечества в процессе развития христианства? Это явление называется «Consensus patrum» — согласие отцов, и это как раз ре­зультат именно молитвенного общения. Ведь молитва — это не просто защита или восполнение духовных сил, это приобщение к Божественной реальности. Ведь, обращаясь словами молитвы к Небу, ты получаешь ответ. И ты уже смотришь на себя, на мир вокруг, не своими глазами, обремененными человеческими страстями, а глазами Неба. Но ведь Бог неразделим, у Него есть Свой замысел об этом мире, Свой Промысел, и когда люди молитвой пробивают вот этот духовный коридор, то на них начинает распро страняться сила Божественного вдохновения, и они начинают одинаково видеть и чувствовать, поэтому так важна общая семейная молитва. С одной стороны, мы говорим о том, что семья — это малая Церковь, и когда все, собираясь к ужину, сначала читают молитву, то одно это уже выстраивает и внутрисемейную иерархию и задает распределение ролей. А это очень важно, потому что тогда в семье нет места каким-то ничтожным спорам, не возникает стремления выйти из круга семейных обязанностей. Но это одна, внешняя сторона дела. Общая семейная молитва — это духовное сосредоточение семьи. А мы знаем, что огромное количество проблем возникает оттого, что в се­мье нет не только духовной общности, но и просто единства. Поэтому принципиально, чем будет единиться семья: Духом Христо­вым или, например, телевизором.

- Но в современной семье могут быть и некрещеные, как тогда быть?

- Этот вопрос стоял перед верующими еще на заре христианства, когда многие, обретая веру, почему-то считали, что теперь надо и остальных членов семьи как можно быстрее обратить в нее. И от этого страдали семьи. Апостол Павел, обращаясь к христианам, говорил, что в таком случае надо проявить свою любовь, а «любовь долготерпит, ...не ищет своего, ...и всего надеется» (1 Кор. 13. 4-7). Ну а детей надо, конечно, приучать к молитве. Дети очень восприимчивы, и как только они готовы учить наизусть какие-то стишки, их уже можно приобщать к Слову Божьему. И начинать лучше с «Отче наш...».







Сейчас читают про: