double arrow

Стиль зрелой Архаики до 530 г. до н. э


Художники и авторы литературных текстов

Коры

Куросы

Внешний вид подобных статуй сложился еще в VII в. Прямая постановка в пространстве, прижатые к телу и слегка согнутые в локтях руки со сжатыми кулаками, левая нога выдвинута вперед с тем, чтобы передать динамику шага. Куросы изображались обнаженными, если не считать пояса – которые по виду напоминает критские женские пояса – ожерелья и ремешка на голове. В некоторых редких случаях изображалась обувь. Бронзовые воины имели шлем и пояс. Конечно, куросы не были воинами, только пояс позволяет вспомнить о традициях критской борьбы с захватом за пояс, и в этой связи гипотетически приписать куросам спортивно-атлетический статус.

Куросов иногда называют архаическими «Аполлонами», но они не были культовыми статуями и не изображали конкретное божество: в противном случае они имели бы в руках соответствующие атрибуты. Чаще всего, это были приношения в храм мужского божества, заменяющие кровавые жертвы. Большинство из них происходят из святилищ Аполлона, очень редко – Посейдона (святилище на мысе Сунион). Встречаются даже, но крайне редко куросы из женских святилищ Афины и Геры. Известно назначение куросов как надгробных памятников, которые вытеснили древнейшие антропоморфные глыбы, устанавливаемые на могилах раньше. Изваяния не имели портретного сходства с умершим, но они должны были напомнить родственникам и друзьям о красоте молодости. Именно поэтому возрастные характеристики куросов колеблются весьма незначительно, представляя во всех случаях отрочество или зрелую юность. Отождествить куросов с воинами не удается. Исключение составляют лишь те случаи, когда на могиле написано: «пал в сражении». Знаменитый бронзовый курос из Дельф обладает теми же внешними характеристиками, что и его мраморные «собратья», отличающиеся гораздо худей сохранностью. Голова статуи вполне дедалическая, присутствует и неизменный критский пояс. Дело в том, что Крито-Дельфийский союз был достаточно стабильным объединением, из-за общего культа Аполлона Дельфийского. Поскольку Крит не имеет собственного мрамора, не исключено, что он имел мраморные разработки на островах, при которых были мастерские.

Различие региональных школ отчетливо чувствуется лишь после 600 года. Островные куросы, например, происходящие с Делоса и Наксоса, являют собой несколько иной тип фигур: это стройные узкобедрые юноши с волосами, уложенными в локоны, напоминающие нитки бус. Один из наксосских колоссов имеет пояс – это редкий пример мраморного изваяния с поясом за пределами Делоса, что свидетельствует о том, что пояс не является исключительным атрибутом аполлонических статуй.

Аттическая пластика этого периода, то есть около 600 г. до н. э. представлена Дипилонской головой из Афин и близким ей по стилистике Нью-Йоркским куросом, происходящим из сельской местности в Аттике. Провинциальное происхождение последнего угадывается в его пластическом несовершенстве. Эта статуя выполнена очень тщательно с учетом египетских пропорциональных канонов. Детали фигуры моделированы достаточно убедительно, но нереалистично. Статуя предполагает строго фронтальную точку обозрения. Ее монументальность достигается не столько единством всех элементов, сколько позой и размером. Видно, что художник не вполне освободился от ощущения границ каменного блока, о чем свидетельствуют плоские широкие скулы юноши. Зато графическая проработка верхней части лица очень удачна.

Образ куроса мог приспосабливаться и к статуям программного характера. Таков юноша, несущий барана, с о. Фасос и группа Клеобиса и Битона, являющаяся посвятительным даром из Дельфийского святилища. Их необыкновенно мощные фигуры и обувь на ногах напоминает об их истории, так как они прославились тем, что без труда везли колесницу, обладая недюжинной силой. Эта группа сохранила авторскую подпись: «…мед из Аргоса». Различие между каменными близнецами состоит в том, что фигура, имеющая более сильные повреждения, вероятно, была исполнена подмастерьем из Ионии.

Назначение женских статуй – то же, что и у мужских. Некоторые носят демонстративно погребальный характер, как, например, фигуры из Аттики, Самоса, Теры. Известны коры из святилищ Артемиды (Делос), Афины (Милет) и др. Женские фигуры этого времени совершенно дедалические по своему облику. Например, фигура, посвященная Никандрой делосской богине, сильно напоминает рассмотренную выше статую из Оксерра. Датировка Никандровой статуи затруднена, поскольку ее упрощенные формы могли быть результатом сложностей, возникших при обработке твердого камня.

Перирхантерии (Perirrhanteria)

Перирхантерии – небольшие мраморные бассейны, поддерживаемые тремя женскими фигурами, известны в достаточном количестве в VII в. Величина фигур достигает метра. Типология подобных изделий восходит к Сирии и Кипру, где были распространены сосуды, поддерживаемые сфинксами или божествами, стоящими на львах. В Греции перирхантерии происходят из святилищ Лаконии, Олимпии, Дельф и др. Ранние датировки, предлагаемые некоторыми учеными, не оправдывают себя, так как в фигурах нет ничего дедалического. Гладкие, прекрасно моделированные тела, острые черты лица напоминают стиль Лаконии. Изделия из сероватого мрамора, вероятно, были исполнены здесь из местного материала. Другие, видимо, изготовлены там, где обнаружены (острова Родос, Самос), несмотря на единство стиля всех перечисленных произведений. Датироваться они могут не ранее, как последней третью VII века.

В древних текстах сведения о скульптуре крайне скудны. В словаре Гомера даже отсутствует слово «статуя». Павсаний упоминает о грубости деревянных древних изваяний. У Диодора находим рассуждения некого Тельхина (Telchines) Родосского о том, что первая статуя была сделана колдуном, чары которого, помимо всего прочего, могли влиять на погоду. Очень часто встречается, таким образом, мифическое объяснение производства первых скульптур. Образ легендарного Дедала здесь также очень важен. По преданию он жил на Крите, а его статуи могли двигаться и говорить. Многие живоподобные архаические статуи Диодор называет дедалическими, описывая фигуры, напоминающие куросов. Он же говорит о египетской ритмике этих статуй. Об учениках Дедала – Дипойносе и Скиллисе – сказано, что они родились на Крите, а работали на Пелопоннесе во второй четверти VI в. Эндойс – в Афинах во второй половине VI в. Если Дедал воспринимается как воплощение первых скульпторов, то имена его учеников принадлежат реальным художникам.

Гомер, упоминая о художниках, потрудившихся во дворцах, называет их «демиургами». Не исключено, что подобно дворцам бронзового века, в Греции эпохи Архаики художников могли привлекать большие святилища (такие, как святилище в Олимпии), вблизи которых мастера могли селиться. До 800 г. на Крит был занесен восточный стиль искусства, группой неизвестных иностранных мастеров. В Греции места добычи мрамора неминуемо делались местом первых мастерских. Независимым своеобразным стилем отличается Аттика. Евтикартид (Euthykartidas) подписывал свои работы на о. Делос. Подпись на группе Клеобиса и Битона из Дельф – «…мед» – не столько посвятительная надпись, сколько гордое заявление автора о его творчестве. В VI веке в Греции растет авторское самосознание художников, которые отдают себе отчет в индивидуальном характере их произведений.


Сейчас читают про: