double arrow

Экономическая и социальная политика. ФРГ в период канцлерства X. Шмидта


ФРГ в период канцлерства X. Шмидта

Отставка Брандта, хотя и стала потрясением для общественности, не привела к политическому кризису. Своим преемником Брандт назвал министра экономики и финансов Хельмута Шмидта, получившего поддержку в бундестаге. Новый федеральный канцлер обладал помимо политического опыта такими качествами, как энергичность, уверенность и решительность. Политический стиль Шмидта был во многом противоположен Брандту — минимум эмоций, максимум прагматизма. Нового канцлера вскоре начали в шутку называть «железным».

В составе правительства также произошли важные изменения. Вице-канцлером и министром иностранных дел стал представитель СвДП Ханс-Дитрих Геншер (род. 1927), занимавший ранее пост министра внутренних дел. Он сменил Вальтера Шееля, избранного 15 мая 1974 г. федеральным президентом.

Финансово-экономическая ситуация в середине 1970-х гг. была крайне неблагоприятной. Пик экономического кризиса, носившего мировой характер, пришелся на 1975 г. При этом впервые наблюдалось явление стагфляции — одновременного падения производства и роста цен, что стало отражением кризиса политики «глобального регулирования». Правительство Шмидта было вынуждено вплотную заняться антикризисным управлением.

Оно предприняло попытку санации бюджета: был повышен размер взносов страхования по безработице, сокращены некоторые статьи расходов. Сэкономленные бюджетные средства были использованы для увеличения инвестиций. Они стимулировались путем ослабления налогового бремени для производителей, на четверть к началу 1980-х гг. сдерживания роста тарифных ставок заработной платы. Решительные и энергичные действия правительства способствовали преодолению стагфляции. В 1976 г., раньше, чем в других странах Запада, началось оживление экономики, перешедшее в фазу роста, который продолжался до 1980 г.

В октябре 1976 г. состоялись очередные выборы в бундестаг. ХДС/ХСС строили предвыборную кампанию на жесткой критике правительства. СДПГ и СвДП подчеркивали тот факт, что экономический кризис 1974-1975 гг. ФРГ пережила легче, чем другие страны, а также то, что благодаря их внешней политике укрепились позиции страны на международной арене. С перевесом всего в 10 мандатов коалиция СДПГ-СвДП осталась у власти, а Шмидт был переизбран канцлером большинством всего в один голос. Результаты выборов стали свидетельством определенного разочарования политикой социал-либеральной коалиции, прежде всего со стороны части избирателей СДПГ, которые ожидали энергичного продолжения реформ.

Финансово-экономическая ситуация во второй половине 1970-х гг. продолжала оставаться сложной. Общая задолженность бюджета всех уровней в период 1970-1979 гг. увеличилась со 125 до 420 млрд марок. Уровень инфляции составлял около 4 %. Одной из главных причин финансового неблагополучия был рост социальных расходов, которые в период 1970-1977 гг. увеличились на 117 % и составили 38,4 % расходной части федерального бюджета.

Безработица, носившая прежде, как правило, конъюнктурный характер, с середины 1970-х гг. становится постоянным фактором, что было обусловлено не только снижением темпов экономического роста, но главным образом началом структурных изменений в экономике, связанных с новым этапом НТР и переходом к постиндустриальному обществу. Растущие расходы на выплату пособий по безработице отвлекали средства, необходимые для инвестиций. Еще одним неблагоприятным фактором стали негативные тенденции в демографической ситуации. Сокращение, начиная с середины 1960-х гг., рождаемости и рост продолжительности жизни меняли соотношение между работающей частью населения и пенсионерами, ставя под угрозу достигнутый уровень социальных гарантий. Несколько сглаживал эту ситуацию рост числа иностранных граждан, в первую очередь гастарбайтеров и членов их семей: в период 1970-1980 гг. их численность увеличилась с 3 до 4,5 млн человек. В то же время это вызвало ряд проблем социально-психологического характера.

Одним из важных направлений политики социал-либеральной коалиции оставалось движение к большей социальной справедливости. Несмотря на неблагоприятные финансово-экономические условия, правительство пошло на повышение уровня социальной поддержки. Размер пособия по безработице был увеличен с 55 до 68 % от последнего заработка; размер детских пособий, стипендий, дотаций на оплату жилья был приведен в соответствии с уровнем инфляции. Законы о профтехобразовании и охране труда молодежи, принятые не без сопротивления предпринимательских кругов, поскольку увеличивали их расходы, улучшили положение производственных учеников и молодых рабочих. В 1976 г. был принят Закон о высшей школе. Он стимулировал ориентацию обучения в вузах на общественные потребности и сближение с практикой, модернизацию содержания и форм образования, а также финансирование научно-исследовательской работы, в частности посредством заказов предприятий. Закон предусматривал расширение участия студентов в органах самоуправления вузов. Правда, поскольку закон носил рамочный характер, то его конкретное содержание в разных землях отличалось.

Учитывая общественные настроения, правящая коалиция приняла ряд либеральных поправок к семейному праву, в частности, по новому определялись основания для расторжения брака в интересах женщин, была отменена статья, обязывающая жену заниматься домашним хозяйством. В течение нескольких лет в бундестаге велись дебаты по вопросу о праве женщин на прерывание беременности. ХДС/ХСС при поддержке католической церкви требовали запретить аборт. Голосами депутатов от СДПГ и СвДП в 1976 г. было принято решение о возможности прерывании беременности в течение первых трех месяцев по медицинским, генетическим или социальным показаниям. В целях улучшения демографической ситуации, а также положения женщин-матерей, с 1975 г. детское пособие стало выплачиваться на каждого ребенка с рождения до 18 лет, а при продолжении обучения еще дольше. Тогда же был принят закон о выплате пособия женщинам в течение 6 месяцев после рождения ребенка и гарантиях от увольнения.

В целом социальная политика правительства «малой коалиции» имела неоднозначные последствия: улучшение социальной защиты увеличивало финансовую нагрузку на бюджет; значительное расширение системы образования (количество вузов удвоилось, число студентов выросло в 5 раз) не улучшило условий обучения, вузы оказались «перегружены», росла безработица среди лиц с высшим образованием. Таким образом, к концу 1970-х гг. социальное государство ФРГ достигло пределов своего роста.

Угроза терроризма. Серьезнейшей проблемой для правительства стал терроризм, угрожавший внутренней безопасности ФРГ. Уже в конце 1960-х гг. левые экстремисты призывали к «вооруженным акциям против системы». В апреле 1968 г. был совершен поджог в двух крупных универмагах во Франкфурте-на-Майне в знак протеста против «потребительского террора». Террористы использовали латиноамериканскую концепцию «городской герильи» — партизанской борьбы в городах. При этом действия небольших вооруженных групп должны были побудить «угнетаемых системой» к революционной борьбе за свое освобождение, а реакция государства на эти акции должна была сорвать с него «маску демократии», обнаружить его подлинную репрессивную сущность.

Тактика террористических акций стала главной в деятельности созданной рядом активистов распавшегося в 1970 г. СДС, так называемой «Фракции Красной Армии» (Роте Армее Фракцион — РАФ), которая летом того же года осуществила серию поджогов и взрывов в торговых центрах. Ограблениями банков и ювелирных магазинов террористы добывали средства для жизни в нелегальных условиях и подготовки новых акций. В июне 1972 г. руководители РАФ Ульрике Майнхоф (1934-1976), Андреас Баадер (1943-1977) и др. были арестованы. Оставшиеся на свободе террористы пытались освободить заключенных единомышленников путем их обмена на захваченных заложников. Были совершены десятки терактов или их попыток, в апреле 1975 г. группа террористов осуществила захват посольства ФРГ в Стокгольме. Пик террора пришелся на 1977 г.: были убиты генеральный прокурор Зигфрид Бубак (1920-1977), председатель правления «Дрезднер Банк» Юрген Понто (1923-1977), похищен и убит президент Федерального объединения немецких союзов работодателей Ханс-Мартин Шлейер (1915-1977). В октябре 1977 г. с помощью арабских террористов был захвачен в Сомали самолет «Люфтганзы» с 86 пассажирами. После освобождения заложников находившиеся в заключении руководители РАФ покончили самоубийством, рассчитывая этим актом подвигнуть своих сторонников на новый виток насилия. Наряду с левыми террористами в 1970-е гг. столь же громко заявили о себе и правотеррористические, неонацистские организации, которые также устраивали взрывы бомб, совершали акты вандализма на еврейских кладбищах, погромы в кварталах, где жили гастарбайтеры, и т. д. Размах и жестокость действий террористов потрясли западногерманское общество. Несмотря на различие мнений ведущих партий о характере и объеме необходимых мероприятий, был согласован комплекс мер по противодействию и пресечению террористической деятельности. Были укреплены полицейский аппарат и служба безопасности. Проводились массовые проверки по выявлению лиц, причастных к террористической деятельности, был усилен паспортный контроль. Некоторым террористам удалось скрыться в ГДР, где они были приняты и получили помощь как «борцы с империализмом».

Решительные меры по борьбе с терроризмом, в целом с пониманием встреченные гражданами, вызвали в то же время критику либеральной общественности: оправдывает ли поиск нескольких десятков террористов вмешательство в частную жизнь граждан?

Критику вызвала и практика «запретов на профессию» — такое название получила проверка претендентов на государственную службу в соответствии с принятым в 1972 г. по договоренности Брандта с главами земельных правительств решением о недопущении на государственные и общественные должности лиц с антиконституционными взглядами («указ о радикалах»). При отсутствии четкого определения «радикалов» до конца 1970-х гг. по линии спецслужб прошли проверку около 1 млн претендентов на различные должности в системе государственных и общественных служб — от чиновника и учителя до почтальона и кондуктора. Под давлением общественности и критики из-за рубежа было принято решение производить такие проверки только в случае доказательств причастности претендента на государственную службу к радикальной организации.


Сейчас читают про: