double arrow

Либералы у власти


Свержение Мохаммеда-Али-шаха

Тебризское восстание оказало огромное влияние на развитие революционного движения в других районах Ирана. С начала 1909 г. в стране наблюдался новый подъем революции. Он ха­рактеризовался значительно большей, чем раньше, активностью народных масс. Однако только в Азербайджане руководящее положение заняли представители революционной демократии. В других районах страны и в этот период руководство сумели захватить либеральные элементы.

После принятия конституции либеральные помещики и круп­ное купечество стали отходить от революции. Вместе с тем контрреволюционный переворот, с одной стороны, стремление использовать в своих интересах новый подъем освободитель­ного движения народных масс — с другой, побудили либеральные элементы манев рировать, присоединиться к движению, с тем чтобы его возглавить и повести по угодному либералам пути. Слабость демократического крыла, обусловленная мало­численностью рабочего класса, незрелостью крестьянского дви­жения, непоследовательностью и колебаниями мелкой буржуа­зии города, способствовала такому развитию событий.




В январе 1909 г. вспыхнули волнения в Исфахане. К сторон­никам конституции присоединились бахтиарские племена. Фак­тическим правителем города и провинции стал бахтиарский хан Самсам-эс-Салтанё.

В феврале началось восстание в Гиляне. В руки восставших перешла столица провинции г. Решт. Решающую роль в гилян-ских событиях сыграли мелкая буржуазия, городская беднота, рабочие. Восставшие выступали под красными флагами. 1 мая 1909 г. в Реште были проведены массовые демонстрации и митинги. Однако к власти пришли представители помещиков и крупной буржуазии. Правителем Гиляна был назначен круп­ный гилянский помещик Сепахдар, находившийся в оппозиции к шаху. Видную роль стал играть владелец местного кирпич­ного завода, член армянской буржуазно-националистической партии дашнаков Ефрем Давидиянц.

В марте 1909 г. сторонники конституции захватили власть на юге — в Бушире и Бендер-Аббасе. С каждым днем все бо­лее напряженной становилась обстановка в Тегеране.

Весной 1909 г. соотношение сил в стране изменилось в поль­зу революции. В конце апреля отряды гилянских федаев вы­ступили из Решта в военный поход на Тегеран. Почти одновре­менно под лозунгами защиты конституции начали наступление на Тегеран с юга, из Исфахана, отряды бахтиар, возглавленные Самсам-эс-Салтане и его братом Сардаром Асадом. Если рядо­вые кочевники-бахтиары искренне сочувствовали лозунгу вос­становления конституции, то ханы стремились использовать его для того, чтобы укрепить свою власть в Бахтиарии и обеспечить себе участие в управлении всем Ираном. К военному походу на север подталкивали бахтиарских ханов и субсидировавшие их англичане, видевшие обреченность контрреволюционной дикта­туры Мохаммеда-Али-шаха и стремившиеся ввести в столицу вооруженные силы своих ставленников.



13 июля объединенные силы гилянских федаев и бахтиар разгромили казачью бригаду и при содействии населения заня­ли столицу. Теперь в бест пришлось сесть шаху Мохаммеду-Али. Он нашел убежище в помещении царской миссии.

Вступление революционных войск в Тегеран было кульминаци­онной точкой развития революции. Собравшийся 16 июля в здании меджлиса Чрезвычайный верховный совет из руководителей федайских и бахтиарских отрядов, части депутатов первого меджлиса, духовенства объявил о низложении Мохам-меда-Али и вступлении на престол его четырнадцатилетнего сына Ахмеда. Восстанавливалась конституция.

Это было прямым результатом революционной борьбы на­родных масс. Но на гребне революционной волны к власти пришли ставленники либеральных помещиков и верхушки бур­жуазии. Руководящее положение во вновь образованном пра­вительстве заняли Сепахдар и бахтиарский хан Сардар Асад. Дашнак Ефрем Давидиянц был назначен начальником тегеран­ской полиции.



Низложение Мохаммеда-Али-шаха не привело к каким-либо серьезным изменениям в общественных отношениях и полити­ческом строе Ирана. Правительство вступило в длительные переговоры с экс-шахом, отказывавшимся покинуть страну, пока ему не будет установлена удовлетворяющая его аппетиты пенсия. Только в начале сентября было достигнуто соглашение, по которому правительство принимало на себя уплату долгов бывшего шаха и устанавливало ему пожизненную пенсию в 100 тыс. туманов ежегодно. После этого Мохаммед-Али выехал в Россию.

В ноябре 1909 г. открылся второй меджлис. Он был избран по еще менее демократическому избирательному закону, чем закон 1906 г. В Тегеране в выборах участвовало лишь около 4% населения. Большинство составила фракция умеренных, счи­тавших, что с восстановлением меджлиса революция законче­на. В области внешней политики они выступали за соглашение с Англией и царской Россией. Левое меньшинство депутатов образовало фракцию демократов, составившую ядро оформив­шейся вскоре демократической партии. Это была партия иран­ской национальной буржуазии.

Второй меджлис не сыграл такой прогрессивной роли, как первый. На его заседания публика не допускалась. Деятель­ность меджлиса отражала сплочение имущих классов против трудящихся масс. После событий лета 1909 г. несколько раз происходили изменения в составе правительства. Но его поли­тика неизменно отражала курс на ограничение и обуздание революции. Правительство стремилось покончить с народными выступлениями, ликвидировать демократические организации. Оно готовило удар по федайским отрядам.

В марте 1910 г., выполняя ультимативное требование цар­ской России и Англии, правительство предложило, чтобы Сат-тар и Багир немедленно прибыли со своими отрядами из Теб-риза в Тегеран. Население столицы устроило торжественную встречу народным героям. Их вынуждены были приветствовать руководители правительства и меджлиса. Но в августе спе­циально подготовленные части бахтиар и тегеранской полиции напали на федаев Саттара и Багира, пустив в ход пулеметы и артиллерию. Федайские отряды были разоружены, многие фе-даи арестованы.

Опираясь на либеральные элементы внутри энджуменов, правительство парализовало деятельность последних. Энджу-мены стали играть роль городских муниципалитетов, а не орга­нов, которые возглавляли революционную активность демокра­тических слоев населения.

Во внешней политике преобладало стремление к сговору с империалистами. Вместо того чтобы бороться с колонизатора­ми, правительство строило свою политику только на лавиро­вании между различными империалистическими державами. Такая политика не могла привести к ослаблению полуколони­альной зависимости Ирана. Ее пытались использовать в своих интересах германские и американские империалисты, стремив­шиеся проникнуть в Иран.







Сейчас читают про: