double arrow

Хронология основных событий 3 страница


Плоды скоропалительной культурной революции — рабочие и совслу- жащие, уже научившиеся писать «Рабы — не мы» и читать газеты, пере­полненные ложью, тощие и полуголодные — на митингах, собраниях, де­монстрациях, разъяренные, под барабанный бой, не только одобряли приговоры, но и яростно требовали добить «гидру контрреволюции». Теперь они точно знали, по чьей вине затягивается строительство комму­низма и почему еще живется им не так, как обещает «товарищ Сталин», хотя средства массовой пропаганды уже сообщали о героических свер­шениях социализма — пуске новостроек, успехах колхозов и совхозов, осу­ществлении бесплатного лечения и всеобщего начального образования,

отмене карточной системы, расцвете культуры. Они и не догадывались чТо| ширившийся в стране шабаш, рассчитанный на их активное соучастие был также закулисным делом их «родного, любимого отца и учителя», при*» I завшего партийным органам «организовать митинги рабочих... крестьян красноармейских частей и выносить резолюции о необходимости приме!] нения высшей меры репрессии».

Полуграмотные массы, упиваясь видимой свободой, данной им в очер- j ченных рамках социалистического (феодального по сути) государства и 1 не зная, что она означает на самом деле, славили навязанного им вождя 1 Вопреки библейским заповедям, отринутым с нетерпимостью воинствую-1 щего невежества, они творили себе кумира, наделяя его божественными I чертами. Это целиком и полностью соответствовало их общинно-собор-1 ному сознанию, процаристской психологии, мессианским вожделениям с ] претензией на особую роль в мировом сообществе, умиротворяло их души 1 опаленные бурями отгремевших на их глазах революций. Они и не подо-1 зревали того, что стали крепостными феодального социализма. Возму-1 щенный разум действительно, по «Интернационалу», разрушил в смертель- ] ном бою «мир насилья» и построил для себя «новый мир», в котором, 1 однако, насилие возросло тысячекратно. Сбылись самые худшие опасе- ] ния тех, кого Ленин и Сталин заклеймили как врагов.

Под громовые рукоплескания и крики одобрения считавших насилие вер-1 ной дорогой к счастью, К.Е. Ворошилов 29 ноября 1938 г. докладывал ] Военному совету страны: за последние два года он со своими подручными I «вычистил» из Красной Армии «больше 4 десятков тысяч человек». «Мы 1 можем теперь, — с гордостью заверял он, — с уверенностью сказать, I что наши ряды крепки». Одновременно репрессировались сотни тысяч I специалистов народного хозяйства. Вдохновитель культурной революции I свирепо выбивал «мозги» из народа. Интеллигенция превратилась в объект 1 осмеяния.




В СССР утвердился режим господства диктатора, типичная форма тота- j литаризма, но с поправками на особенности его архитектора. Главную его I сущность определяла репрессивная машина, беспощадно подавлявшая сво- 1 боду, инакомыслие, оппозицию, любое проявление плюрализма. В начале ] второй половины 30-х гг. Сталин объявил это свое творение полной по- I бедой социализма, хотя, правда, не окончательной, что обязывало побе­дителей готовить себя к сокрушению капитализма во всем мире, ибо толь- j ко оно и способно исключить его реставрацию в СССР.

Сталинская пропаганда марксизма вещала о рождении самой счастливой j и демократической страны на всей планете. И это оказывало громадное : воздействие, тем более что новая Конституция (1936 г.), сталинская, зак­репляла завоевания такого «социализма», а индустриальные громады, взмет­нувшиеся по всей стране в предельно короткие сроки, действительно по­ражали воображение и самих строителей, и всех, кто пытался обозреть их. СССР превратился в индустриальную державу, способную производить сложнейшие машины и совершеннейшую боевую технику.



Мальчик Coco из захолустного грузинского городка Гори, семинарист Коба, несостоявшийся священник, ставший Сталиным, упивался славой воп­лотившего в жизнь теорию Маркса о коммунизме и на деле показавшего, что это такое. Но срывались планы пятилеток, падала боеспособность ар­мии. Однако сталинские пропагандисты непрерывно трубили о невиданных победах. А чтобы строители социализма не сомневались в этом, Сталин возвел вокруг СССР непроницаемый «железный занавес». Несостоявшийся священник великолепно осознавал роль духовности. Поэтому взамен Биб­лии, Евангелия и Корана он преподнес подданным идеологический сурро­гат в виде Конституции СССР, краткого курса «Истории ВКП(б)» и своей биографии, которые изучала вся страна — от мала до велика.

Расчеты, просчеты и последствия. Репрессировав почти всех сорат­ников по борьбе 20—30-х гг., считавших себя ленинской гвардией, Сталин создал атмосферу страха и во всей стране, и в своем ближайшем окру- [ жении. Теперь уже никто не ручался за свою жизнь. Он совершенно пе- ; рестал считаться с чьим-либо мнением. Высшие официальные органы стра- I ны, в том числе ЦК и съезды ВКП(б), принимали резолюции, решения, указы, | законы в строжайшем соответствии с «мудрыми указаниями товарища Ста- [ лина». Поэтому все сколько-нибудь принципиально важные направления [ политики, внутренней и внешней, от чьего бы имени они ни исходили, в I действительности намечались, разрабатывались и формулировались толь- [ ко с его ведома, были сталинскими.

Сталин проявил себя энергичным государственным деятелем, способным [ воплощать в жизнь свои грандиозные проекты. Своих соратников, подо- I бранных им прежде всего по принципу личной преданности, считал фун- [ кционерами, призванными лишь беспрекословно исполнять его указания. Сталин и на самом деле уверовал в свою непогрешимость и исключи­тельность, всезнайство.

Особую заботу Сталина составляла внешняя политика СССР. После : Первой мировой войны страны-победительницы поставили в трудное по­ложение потерпевшую поражение Германию и выбившуюся из общей ма­гистральной колеи Советскую Россию. Чтобы вырваться на стратегиче­ский простор, ленинское руководство стремилось, во-первых, двинуть вширь пролетарскую революцию, создав для этих целей Коминтерн как ее штаб; во-вторых, использовать в своих интересах противоречия между странами Запада, по возможности подогревая и обостряя их.

В 1922 г. был взят курс на отрыв Германии от западного сообщества. Советские руководители подписали с Германией Раппальский договор, поддержали ее стремление обойти версальские ограничения в военной


области и предоставили ей на территории СССР возможность подготовки офицерских кадров, производства и испытания боевой техники, химического оружия, что способствовало возрождению вермахта. Это, впрочем, нисколько не помешало руководству ВКП(б) и Коминтерна предпринять в 1923 г авантюристическую попытку военного переворота в Германии. В 1925 г сталинское руководство отвергло как империалистическую провокацию план Дауэса, с помощью которого другие страны быстро залечили раны минувшей войны и стремительно двинулись вперед. Под давлением Ста­лина Коминтерн развернул борьбу с социал-демократией как с социал- фашистами, прихвостнями буржуазии и предателями трудящихся, что во многом способствовало приходу к власти фашистов в Германии.

Учитывая цели Гитлера, открыто изложенные им в «Майн кампф», объя­вившей врагом номер один не только евреев, но и коммунистов, особен­но советских большевиков, Сталин стал налаживать отношения со стра­нами буржуазной демократии Европы и США. СССР незамедлительно был признан США и принят в Лигу Наций — международную организацию, j имевшую целью гарантию мира и безопасности, установил дружеские от- \ ношения с Францией и другими странами. Развернулась подготовка к со- , зданию системы коллективной безопасности в Европе, направленной на j обуздание агрессоров. Однако в 1936 г., когда в Испании вспыхнула граж- | данская война, Сталин вмешался в нее и нелегально направил туда сотни 1 военных специалистов, пароходы с оружием для обеспечения победы ком- а мунистов. Это повлекло за собой почти открытые сражения с Германией 1 и Италией, резкое обострение отношений с Англией и Францией. Во вто- I рой пятилетке в СССР возросли военные расходы, в третьей пятилетке ] они составили львиную долю государственного бюджета.

Едва наметившийся союз между Западом и СССР фактически распался. 1 Возникло взаимное недоверие, и каждая из сторон пришла к заключе- 1 нию о невозможности союзничества в борьбе с фашизмом и развернула I закулисное заигрывание с Гитлером. На этом направлении Сталин наде- I ялся переиграть своих соперников, ибо ему было известно, что лично 1 Гитлер с симпатией относится к нему, как, впрочем, и он к Гитлеру.

Западные деятели избрали неразумную тактику умиротворения Гитлера, I который, постепенно ослабляя вмешательство в испанские дела, присту-1 пил к объединению вокруг германского рейха немецкоговорящих сосе- j дей Центральной и Восточной Европы. Так, 12 марта 1938 г. он захватил 1 Австрию. Нарком иностранных дел СССР М.М. Литвинов недвусмыслен- | но одобрил эту агрессивную акцию, заявив, что время работает не на Запад, напрасно ожидающий помощь России в борьбе с Гитлером. Враждебные действия Японии на восточной границе СССР летом 1938 г. (озеро Ха- -j сан и др.) обострили опасность еще одного противостояния. Обстоятель­ства диктовали необходимость активизации улучшения отношений с Гер­манией. Особенно после Мюнхенского соглашения в сентябре 1938 г., когда Запад буквально отдал Гитлеру Чехословакию, которую он не за­медлил оккупировать в марте 1939 г. Одновременно Гитлер потребовал

Польши передать Германии город Данциг и согласиться на создание «германского коридора».

Только тогда началось отрезвление в Лондоне и Париже, заявивших, что больше они не будут безучастными к гитлеровскому вероломству. Брита­ния объявила о гарантиях территориальной целостности Польши и, как и франция, приступила к перевооружению. В этой сложнейшей международ­ной обстановке Сталин повел двойную игру в надежде на максимальный выигрыш. На XVIII съезде ВКП(б) (март 1939 г.) он заявил, что СССР не будет выступать на чьей-то стороне, ибо у него есть собственные инте­ресы. Англия и Франция предложили провести переговоры с целью со­здания эффективного союза против Гитлера. Они начались в середине апреля 1939 г. и продолжались все лето.

Гитлер, оказавшись перед опасностью образования двух фронтов про­тив него, решил обострить противоречия между участниками переговоров. , Учитывая смысл заявлений Москвы, он повел линию на нейтрализацию СССР. Со своей стороны, делая встречный шаг, Сталин сместил Литвино- < ва, сторонника улучшения отношений с Западом и еврея, неудобного для антисемита Гитлера, и назначил на его место В.М. Молотова. Гитлер оце- ( нил эти меры. С середины мая его представители приступили к зондажу [ позиций советской стороны. В начале июля Гитлер отдал приказ о под­готовке к нападению на Польшу в конце августа. Контакты с СССР полу- ■ чили форсированное развитие. Встреча представителей обоих государств I произошла 26 июля в одном из берлинских ресторанов. Немцы дали по- I нять, что за нейтралитет в войне Германии против стран Запада Советс- I кий Союз получит значительные территории Восточной Европы. Сталин, ок- I рыленный обещаниями Гитлера, потребовал от Англии и Франции в случае войны предоставить свободу действий для себя в Восточной Европе, осо­бенно в отношении трех прибалтийских стран, а также заставить Польшу и Румынию пропустить советские войска через свою территорию в Бол­гарию и к черноморским проливам — Босфору и Дарданеллы. Партнеры по переговорам заняли выжидательную позицию. В это время Гитлер стал настаивать на ускорении заключения договора, а Япония вторглась в под­властную СССР Монголию. И Сталин делает окончательный выбор в пользу Гитлера. Министр иностранных дел Германии был приглашен в Москву, а в переговорах с Англией и Францией советская сторона настояла на пе­рерыве.

19 августа Сталин на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) изложил страте­гию советской внешней политики. «Подписав договор с нами, Германия, — сказал он, — нападет на Польшу. А Англия и Франция придут к ней на


помощь. Разразится новая мировая война. В воюющих странах она со- ! здаст большие трудности, приведет к возникновению революционных си- I туаций. Франция и Германия советизируются. Поэтому надо подписывать договор с Германией, а переговоры с Францией и Англией прекратить. В случае победы Германии, она окажется измотанной войной и не сможет ! воевать с нами по крайней мере 10 лет. Тогда у нас будет много шансо| | остаться в стороне от конфликта, и мы сможем надеяться на наше выгод, ное вступление в войну. Диктатура и захват власти большевистской парти­ей возможны «только в результате большой войны. Мы сделаем свой вы­бор, и он ясен». (Цит. по: Афанасьев Ю.Н. Введение // Другая война, 1939-1945 / Под ред. Ю.Н. Афанасьева. М., 1996. С. 21.)

23 августа 1939 г. Риббентроп прилетел в Москву. Три часа стороны активно делили Восточную Европу. Посланец Гитлера с предупредительной готовностью соглашался со всеми предложениями Сталина. Итогом ста­ли договор о ненападении и секретный протокол. Сталин получил При­балтику, часть Польши, Бессарабию. Официальная часть переговоров не­замедлительно перешла в обильное застолье. Сталин провозгласил тост за Гитлера, а Риббентроп — за Сталина. В подарок Гитлеру Сталин вы­дал сидевших в тюрьме немецких и австрийских коммунистов, бывших сотрудников Коминтерна.

Сталин ликовал. Соратники поздравляли его с невиданной дипло­матической победой. Пропагандисты вещали, как гений вождя ловко по­зволил столкнуть Берлин с Лондоном и Парижем.

Гитлер торжествовал, но с большим основанием: события складывались по его сценарию.

1 сентября 1939 г. Германия, получив гарантию Сталина, напала на Польшу. Англия и Франция объявили войну Германии. Так началась Вто­рая мировая война.

Вторая мировая война. 17 сентября 1939 г. Красная Армия свершила агрессивное вторжение в Польшу, именовавшееся сталинской пропагандой «освободительным походом». Германские и советские войска провели в Бресте совместный парад победы. 28 сентября Германия и СССР подпи­сали договор о дружбе и границе, секретные приложения которого со­держали дополнительный передел территории в Европе. В конце осени, на этот раз без предварительного согласования с Гитлером, Сталин рас­порядился напасть на Финляндию и готовиться к переселению финнов.

Но новая авантюра принесла только потери. Лига Наций исключила СССР из своего состава как агрессора. Вместо планировавшихся 12 дней война «молниеносная» затянулась почти до конца зимы. Цена оказалась непомерной. Погибло 200 тыс. человек, пропавшие без вести и искале­ченные составили 300 тыс. Ворошилов и его подручные показали свою полную бездарность. Стойкость маленькой Финляндии, население которой

п0 численности уступало населению Ленинградской области, дала повод говорить о Красной Армии как о «колоссе иа глиняных ногах». Отноше- ния с Западом окончательно испортились. СССР, престиж которого и без того был невысоким, попал в полную международную изоляцию.

Теперь Сталину ничего не оставалось, как сделать ставку целиком на Гитлера, в 1940 г. обрушившегося на Запад. При покорении Гитлером оче­редной страны (Дании, Норвегии, Бельгии, Голландии, Люксембурга, Фран­ции) Сталин, толкая его на новые завоевания, шлет ему горячие поздрав­ления. Но одновременно и сам действует. Согласно советско-германским соглашениям, он оккупирует республики Прибалтики. Больше того, под про­пагандистскую шумиху о борьбе с интригами Англии и Франции, пытаю­щихся сеять разлад между Германией и СССР, Сталин вынуждает Гитле­ра, скованного по рукам и ногам на Западе, согласиться на присоединение Румынской Бессарабии к СССР. Осенью 1940 г. Сталин отправляет Мо- лотова в Берлин для разработки плана о переделе мира между Герма­нией и СССР. Фюрер и вождь клянутся в дружбе, но каждый отдает себе полный отчет в том, что теперь неотвратимо приближается решающая схватка между ними.

Почти синхронно осенью 1940 г. начинают разрабатываться планы на­падения Германии на СССР и СССР на Германию. О гитлеровском плане «Барбаросса» известно практически все. О советском плане вопрос на­чал проясняться совсем недавно. Первым его выдвинул Виктор Суворов (он же В. Резун, бывший советский разведчик, перебежавший в Англию). Но его версия строилась на логических умозаключениях, весьма остро­умных, но не имеющих под собой документальной базы и поэтому обо­снованно поставленных под сомнение. Однако первые же обращения к отечественным архивным фондам подтвердили главные его догадки.

Отечественные исследователи сумели обнаружить довольно обширные материалы, которые со всей неопровержимостью позволяют говорить о том, что план превентивного удара по Германии существовал и все меры, принимавшиеся Сталиным с конца 1940 г., полностью ему соответствова­ли. О детальном содержании плана «Барбаросса» Сталин знал уже к весне 1941 г. Достоверная информация поступила и от советской разведки, и от английского премьер-министра У. Черчилля, из других каналов. Из нее сле­довало, что Гитлер совершит нападение на СССР между 15 мая и 15 июня. Однако Сталин не поверил этому, потому что разведчиков (Р. Зорге, Ш. Радо и др.) подозревал в предательстве, а Черчилля — в интриганстве, корыстном стремлении перетянуть СССР на сторону Англии, которая в то время фактически одна противостояла Германии. Сталин считал, что Гитлер, завязший в это время на Балканах и нацелившийся на Египет, не решится I вступить в войну с СССР. Сам он, по всей вероятности, собирался нанести УДар в июле 1941 г. (по В. Суворову, 6 июля). Во всяком случае, многие

признаки указывают на то, что с начала мая подготовка нападения на Гер I манию вступила в решающую стадию.

Сталин всячески поощрял Гитлера на расширение агрессии, заверяя его I в прочности тыла со стороны СССР. В то же время он развернул пропа-1 гандистскую подготовку войны. 5 мая 1941 г. Сталин прямо заявил вы-' пускникам военных академий: «Дело идет к войне, и противником будет! Германия». На банкете он разъяснил: «Теперь, когда мы нашу армию... 1 насытили техникой для современного боя... надо перейти от обороны к 1 наступлению», обороняясь, «мы обязаны действовать наступательным обра- зом». Немецкое информационное бюро получило сообщение, будто Ста­лин подчеркивал значение пакта о ненападении и что СССР не ожидает германского нападения. К 15 мая начальник Генерального штаба Г.К. Жуков завершил подготовку доклада Сталину. В нем говорилось о необходимо­сти упредить внезапный удар Германии и атаковать ее армию «в тот мо­мент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет еще организовать фронт и взаимодействие родов войск». Тогда же директива Политуправления обязывала политработников разъяснять: не только обо­ронительная, но и «всякая война, которую будет вести Советский Союз, будет справедливой». Сподвижники Сталина усердно разъясняли тогда его «исторические указания». «Война, — внушал слушателям М.И. Калинин, пред­седатель Президиума Верховного Совета СССР, — это такой момент, ког­да можно расширить коммунизм». Секретарь ЦК ВКП(б) А.С. Щербаков вдохновляюще вещал: «...страна социализма, используя благоприятную сло­жившуюся международную обстановку, должна и обязана будет взять на себя инициативу наступательных военных действий против капиталистиче­ского окружения с целью расширения фронта социализма». (Цит. по: Афа­насьев Ю.Н. Введение. Другая война. 1939-1945 / Под ред. Ю.Н. Афана­сьева. - М., 1996. С. 23).

Теперь известно, что сообщения о готовящемся нападении Германии 22 июня Сталин объявил провокацией. Он не учитывал, по крайней мере, два обстоятельства. Гитлер, во-первых, вполне мог располагать информа­цией о сталинских приготовлениях и, главное, доверял ей; во-вторых, ис­ходя из финских событий, считал, что молниеносный удар позволит гер­манским войскам разгромить СССР в кратчайший срок. Оба диктатора заблуждались.

В предрассветную пору 22 июня 1941 г. огромная сила обрушилась на СССР. Из-за самоуверенности Сталина это действительно стало не­ожиданностью и для него, и особенно для войск. Красная Армия понесла гигантские потери. И хотя план молниеносной войны провалился, к лету 1942 г. германские полчища прорвались к Волге и Северному Кавказу. Железная воля Сталина в обстановке созданного им тоталитаризма деи" ствительно стала важнейшим фактором в мобилизации всех ресурсов и

всего потенциала СССР, сыграла большую роль в достижении перелома и в конечном итоге победы.

Но победа досталась огромной ценой. Только прямые потери в живой силе составили, по весьма приблизительным подсчетам, около 27 млн че­ловек. Во многом они — результат самоуправства, некомпетентности, же­стокости, головотяпства, вседозволенности, преступности Сталина и равняв­шихся на него. Например, только безжалостные солдафоны могли отдать приказ штурмовать «в лоб» «Малую землю» под Новороссийском, где под огнем немцев погибли десятки тысяч советских солдат и офицеров. А же­сточайший приказ Сталина от 28 июля 1942 г. за № 227 рассматривал всех отступавших как паникеров и трусов, подлежавших истреблению.

Разумеется, потери на войне неизбежны. Но такие, какие понесли Со­ветская Армия и СССР, — результат преступления. История имеет все ос­нования для трезвой оценки военного искусства многих полководцев (в первую очередь Верховного главнокомандующего Сталина). Всегда и по­всюду значимость побед оценивалась с учетом понесенных людских по­терь. Сталин беспощадно расправлялся с ошибающимися, но скрывал соб­ственные преступления, сваливая вину на других. В 1941-1942 гг. все задавались вопросом, кто виноват в происшедших катастрофах. И хотя верные Сталину карательные органы жесточайше пресекали малейшую | попытку рассуждений об этом, сам Сталин сознавал, что одним таким способом нельзя заставить людей не думать.

Поэтому в центр он поставил идеолого-пропагандистскую обработку на­селения, его мистификацию и оболванивание. Была выдвинута предельно абстрагированная версия о так называемых пяти постоянно действующих !■ факторах, определяющих ход и исход всяких войн; катастрофы продол­жавшейся войны получили наименование временных неудач вследствие вне­запного вероломного нападения фашистской Германии. Миллионам не­посвященных такие объяснения казались вполне убедительными. А знавшие ; подлинное положение вещей, к примеру, высшие военачальники и полити­ки, молчали.

Главную вину за катастрофы первых дней войны Сталин переложил на «предателей и трусов». Ими стали чудом уцелевшие крупные командиры.

3 июля 1941 г. (почти через две недели после начала войны) в радиооб­ращении к народу Сталин дал программу самых суровых мер борьбы. А

4 июля во исполнение предначертаний вождя его каратели по обвине­нию в предательстве арестовали командование Западного фронта во главе с 44-летним генералом армии Д.Г. Павловым, Героем Советского Союза, кавалером трех орденов Ленина и трех орденов Красного Знамени, участ­ника боев в Испании.

Совсем недавно Н.А. Зенькович в книге «Маршалы и генсеки» (Смо­ленск, 1997) впервые опубликовал протоколы допросов генералов. Павлов


на протяжении 15 часов, опираясь на точные и достоверные факты, отвер­гал все обвинения и, в сущности, показал подлинных виновников катаст­рофы, разразившейся не только на Западном, но и всех остальных фрон­тах. Однако 22 июля, ровно через месяц после трагедии, постигшей страну закончился земной путь Д.Г. Павлова, В.Е. Климовских, А.Т. Григорьева и А.А. Коробкова. Вслед за ними последовали еще сотни и тысячи других офицеров и генералов.

Но заведенный маховик репрессивной машины непреклонно набирал обороты. К числу преступников Сталин отнес миллионы военнопленных, хотя в большинстве своем они стали таковыми по его прямой вине. Очень многие бывшие пленные из фашистских концлагерей прямиком угодили в сталинские. Долгие годы преследовались также проживавшие на оккупи­рованной немцами территории.

Парадоксально, но боевые успехи Красной Армии еще более обостряли - проблему вины за первоначальные катастрофы. Уже после побед под Ста­линградом, Курском и на Днепре Сталин назвал предателями целые на­роды. В их число попали, например, горцы Северного Кавказа, хотя даже 3 по данным МВД СССР, скорее завышенным, в Карачае действовали 6 «банд» (387 человек), в Балкарии — 44 (997 человек), в Чечено-Ингушетии - j 54 (359 человек). Этого оказалось достаточно, чтобы в наказание насиль- j ственно выселить в чужие края около 700 тыс. беззащитных и беспомощ- j ных стариков, женщин и детей, ибо десятки тысяч горцев в это время сра- I жались с фашистами. На осуществление преступной акции по переселению I примерно 70 тыс. карачаевцев было задействовано 53 327 здоровых сол- J дат и офицеров. Депортацию около 400 тыс. чеченцев и ингушей осуще-1 ствляли без малого 120 000, 40 тыс. балкарцев — тоже столько же воо- j руженных бойцов. И это в то время, когда на фронте был нужен каждый 1 солдат. Операции носили зверский характер. В доме Мовлы Чибиргова в чеченском ауле Хойбаха были сожжены заживо 147 больных и беспо- 1 мощных. Около 30-40 % депортированных погибло в вагонах для пере- I возки скота по пути к спецпоселениям Сибири, Казахстана, Средней Азии j в зимнее время. Вот эти и многие другие факты свидетельствуют о пос- j ледовательно проводившейся в стране политики геноцида, любая попыт- j ка оправдания которой безнравственна.


Созданная Сталиным тоталитарная система могла существовать только в атмосфере лжи. Угрозу фальсификациям создали миллионы солдат-по- j бедителей, побывавших на Западе и невольно начавших сравнивать жизнь в СССР и в освобождавшихся ими странах. Поэтому после войны в чере- де важнейших проблем «гений всех времен и народов» на первый план выдвигал закручивание идеологических гаек и нагнетание страха перед империализмом, готовящим третью мировую войну против СССР. Были аб- солютизированы большевистские догматы о значении морально-полити- цеского и идеологического единства, бдительности, непримиримости и лютой ненависти к инакомыслию, плюрализму в борьбе за коммунизм в СССР и всемирное торжество марксизма-ленинизма, разумеется, сталин­ского толка. В идеал возводились фанатизм и готовность положить жизнь во имя «великих идей».

Советское общество жило будто в осажденном со всех сторон ла­гере. В пламя всепожирающей ненависти бросались одни за другими по- иезуитски шельмовавшиеся «неправоверные» писатели, композиторы, фи­лософы, экономисты, языковеды, историки, космополиты, сионисты... «Товарищ Сталин» объявил лженауками генетику и кибернетику — «про­дажных девок империализма». Воцарился всеобщий произвол. Система ГУЛАГа разбухала. Развернулась подготовка широкой антиеврейской ак­ции. Истерия достигла апогея.

В целях пришпоривания страны «гениальный стратег» использовал речь У. Черчилля в американском городке Фултоне 5 марта 1946 г. Предосте­режения английского экс-премьера, политика мирового масштаба, о воз­росшей коммунистической и тоталитаристской угрозе, в том числе советс- : кой, Сталин, запретив публиковать первоисточник, выдал за установку на войну, • призыв к войне с СССР. Советские средства массовой информации заго- ' ворили о неотвратимости империалистической агрессии. В мире вспыхну- [ ла «холодная война». Ее разжиганию в не меньшей степени способствова- I ли также незадачливые и реакционные политики и пропагандисты Запада. Это позволило Сталину переключить истерзанную страну, поднимавшуюся из руин, на путь изнуряющей ядерной гонки. Разумеется, Сталин отверг | план Маршалла об экономической помощи странам, пострадавшим от гит- [ леровской агрессии, как план закабаления СССР, хотя принявшие ее в ко- I роткий срок добились огромных успехов. Гигантские государственные сред- [ ства он направил на формирование «лагеря социализма». Пропаганда | доказывала, что уже треть человечества сбросила цепи капитализма и | близится момент его полного краха, и вдохновляла: третья мировая еой- [ на ускорит его.

«Гениальные замыслы», не получили своего воплощения. Их творец, как I все люди, оказался, смертным. 5 марта 1953 г. Сталин умер.

Страна рыдала: одни от горя, другие от радости. Третьи оцепенели от стра- I ха, как незрячие, внезапно потерявшие поводыря. Неизвестность давяще опу- [ стилась на всех, ибо закончилась целая эпоха — эпоха Сталина. Бесспорно, [ выдающегося государственного и политического деятеля, под руководством [ которого страна обрела дотоле неведомый облик. Что он собой представ- [ лял — это вопрос один из самых трудных. И он ждет своего ответа. Окон- I нательную оценку даст только история, которая продолжается.


Вместо эпитафии. С 1921 по 1954 г. только органами ГПУ—ОГПУ— НКВД—МВД—КГБ были осуждены 3 770 380 человек. Из них расстреляны 642 980, привлечены к заключению на разные сроки, в том числе на 25 ! лет, — 2 369 220, к ссылке — 765 180. Большая их часть, как очевидно I приходилась на правление Сталина. А в 1930—1953 гг., в период его без раздельного господства, обвинению в контрреволюционности подверг, в лись 3 778 234 человека, расстреляны из которых 786 098.

Сталин, «великий теоретик по национальному вопросу», внес, как писа-1 лось, гигантский практический вклад в его разрешение на территории СССР\ (и КПСС до своего краха тоже гордилась его разрешенностью). На 1 яИ варя 1953 г. он содержал в спецпоселениях 2 753 356 человек. Из них! немцев: выселенных — 855 674, репатриированных — 208 388, местных - 111 324, мобилизованных — 48 582, других — 963, а всего — 1 224 931, j Другую большую группу спецпоселенцев составляли насильственно высе-! ленные с Северного Кавказа в 1943—1944 гг. 498 452 человека. Среди них: 316 717 чеченцев, 83 518 ингушей, 63 327 карачаевцев, 33 214 бал- ! карцев, 1717 кабардинцев, 1676 — других. Из Крыма: татар — 165 259, ; греков — 14 760, болгар — 12 465, армян — 8570. Из Западной Украи­ны — 175 063 человека. В 1945-1949 гг. было переселено 81 158 ли­товцев, 39 279 латышей, 19 520 эстонцев. Кроме того, там находились! 46 790 турок-месхитинцев, 8843 курда, 87 475 калмыков, 37 352 грека, 36 045 поляков, 35 838 человек из Молдавии.

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: