double arrow

Положение 3 страница


Первая Мировая война прервала многие начинания в музейной жизни, заставив общество задуматься о более насущных витальных потребностях. Как бы подводя некоторый итог развитию музейного дела в стране и фиксируя тот факт, что музей стал значительным явлением в социокультурной жизни, в декабре 1912 года проводится Предварительный съезд по устройству первого съезда, музейных деятелей, явившийся значительной вехой в историческом развитии отечественного музейного дела. Этот съезд наметил основные проблемы и задачи в музейной сфере, а также важные аспекты взаимодействия музея и общества, которые решено было рассмотреть на Первом Всероссийском музейном съезде в 1915 году, но который не состоялся из-за вступления страны в Первую Мировую войну, и поэтому получившие развитие в практике работы музеев и теоретическом осмыслении гораздо позднее (вопросы о значении и целях музея, о музеях отдельных народностей, об ознакомлении с музеем широких кругов общества, основании при музеях "особых обществ или кружков ревнителей, способствующих наилучшему выполнению музеями их задач" (292, 310, с. 23 и другие).




1о5„ Ноиейшад истории отношеимй музеж и ©бшщестюа. 1917-1990-е гг. События 1917 года в России внесли перелом и в развитие музейного дела в нашей стране, передвинув отечественные музеи на особый путь развития. В период с 1917 по 1941 годы, который отечественные историки делят не


несколько исторических отрезков: 1917-1921, 1921-1927; 1928-сер. 1930-х, сер. 1930-х - 19417, каждый из которых характеризуется особыми задачами строительства молодого государства и поставленными партией целями, а также особенностями идеологической ситуации, можно выявить несколько "волн" в развитии отношений музея и общества. Первоначально на первый план вышли задачи сохранения и создания новых музеев и осознание их просветительных возможностей; затем - задачи просвещения, образования, воспитания и использования в практическом переустройстве жизни. С 1928 [ года была официально признана формулировка, характеризующая музей как "политико-просветительное" учреждение (53). Деформация социального пространства условиями организации общественной жизни в тоталитарном государстве привела и к деформации социокультурных институтов, неоправданному "выпячиванию" не самых специфических их функций, превращению музея в наглядный идеологический рупор, средство агитации и пропаганды определенных идей. В последние довоенные годы наряду с политическим просвещением больше внимания стало уделяться музейной специфике, основанной на подлинном памятнике и его изучении.

На первом этапе отношение к культурному наследию стало одной из важнейших проблем, вставших в ходе культурной революции. Ленинское учение об исторической преемственности, сохранении и использовании культурного наследия, передаче достижений науки и ценностей культуры в пользование всего народа заложило основы культурной политики, в том числе и в области музейного дела, в новом государстве. Воззвание Совета рабочих и солдатских депутатов в ноябре 1917 года отражает дух этой политики: "Граждане, старые хозяева ушли, после них осталось огромное наследство. Теперь оно принадлежит всему народу. Граждане, берегите это наследство, берегите картины, статуи, здания - это воплощение духовной силы вашей и предков ваших, охраняйте, все это - ваша история, ваша гордость.




Помните, что все это почва, на которой вырастает ваше новое народное искусство" (258, с. 14).

Музейной дело, как и другие области общественной жизни, стали заботой правительства, которое принимало серьезные меры по сохранению музеев и имущества, оставшегося без хозяев в результате революционных событий (306, с. 18-38). В марте 1918 г. при Народном Комиссариате Просвещения была создана Всероссийская коллегия по делам музеев и охране памятников искусства и старины, осуществлявшая централизованное управление в музейной сфере с подотделами в губерниях. Новое государство волевым усилием от лица народа, т. е. всего общества, могло концентрировать в своих руках основную часть историко-культурных ценностей, оставшихся от прежней России. Эмиссары музейного отдела принимали все возможные меры к охране имущества музейного значения. В 1917-1922гг. на учет было взято 520 усадеб, 1500 церквей, 200 монастырей, множество художественных ценностей, брошенных владельцами, произведений искусства из сейфов и антикварных магазинов (60, с. 9-22). В 1918-20 гг. численность музеев выросла в два раза по сравнению с числом музеев до революции (306, с. 36) и составила более 450 музеев. То была эпоха постреволюционного "музейного бума". Государство дало предоставило новые возможности для реализации общественной инициативы, пробужденной и освобожденной эпохой революционных преобразований: "...особое развитие, - констатирует Д.А. Равикович, - получил традиционный путь создания музеев, связанный с научной и просветительной деятельностью прогрессивной общественности. К этой категории вновь созданных музеев относилось более 70 местных музеев, главным образом краеведческого характера" (306, с. 32). В это же время значительное число музеев создавалось по инициативе центральных и местных органов управления музейным делом и охраной памятников при СНК и местных Советах, различными комиссиями и коллегиями, поддерживалось местными партийными и советскими




организациями. В 1918 году из брошенного имущества, невостребованных вещей из ломбардов, хозяйственных складов и т.п. районными Советами депутатов трудящихся города Москвы были организованы восемь "Пролетарских музеев", ознаменовавших новую эпоху в отношениях музея и общества: роль прежних "низов" населения в создании собраний, отражение ценностей данных сообществ в составе и презентации собраний. Современники и исследователи отмечают пестрый состав, непрофессиональность составления собраний этих музеев (247, 306), однако само возникновение подобный институтов характеризует процесс перехода музейных ценностей из частного владения в пользование народа. На базе брошенных и национализированных особняков в провинции было отмечено возникновение более 30 таких музеев (306, с. 30). В этот период возникают музеи новых типов и профилей, призванные содействовать решению идеологических и народнохозяйственных задач: Музей Революции в Петрограде в 1919г., Музей Красной Армии в 1919 году в Москве и 1920 году в Петрограде; Военно-инженерный музей РККА, Центральный педагогический музей, Музей Новых высших учебных заведений, многочисленные музеи и выставки санитарного просвещения в Москве. Петрограде, Ярославле, Туле. Клину и т.п.

Однако существуют и иные тенденции. Расформировываются и переименовываются те музеи, идеологическая направленность которых не соответствует духу нового времени (церковные древлехранилища Александро-Невской Лавры и Московской синодальной ризницы; название "Императорский" убирается из названий музеев). Церкви, монастыри, дворянские усадьбы, обладавшие богатыми собраниями культурных ценностей, подвергаются разграблению, часть национальных сокровищ распродается за рубеж в трудное для государства время. Кадры музейных работников редеют: страну покидают ученые и часть прогрессивной


интеллигенции, чья деятельность была связана с музеями (П.С. Уварова, Н.П. Кондаков и др.)

Сеть музеев изменяется также с упразднением учреждений царской администрации, при которых были музеи, с изменением структуры армии. Музеи бывших статистических комитетов и архивных комиссий, имевшие уже общедоступный характер, изменили свой статус. Расформировано большинство полковых музеев. Создание к 1923 г. Государственного музейного фонда как совокупности всех предметов, находящихся в музеях и хранимых РСФСР, и основы Государственной музейной сети в стране неизбежно стало накладывать отпечаток на любые отношения музея и общества.

История музеев СССР, как и практически всех социокультурных институтов общества, связана с изменениями в политике партии и правительства, с потребностями государственной идеологии в инструментах ря своей реализации. После окончания Гражданской войны Советское государство вступило в немногим более стабильный этап развития, приступая к этапу хозяйственного строительства и выдвигая новые задачи мобилизации всех сил на восстановление разрушенного хозяйства, что предопределило практическую направленность подходов к музею. Широкое развитие получили краеведческие музеи, действовавшие в русле массового краеведческого движения, перед которыми ставились задачи из области практической жизни: содействие реконструкции народного хозяйства, путем изучения природных ресурсов и экономических возможностей края, воодушевление и широкое вовлечение населения в эту деятельность, построенную на научных принципах, общественно-просветительная деятельность среди местных жителей, изучение местной истории, охрана памятников природы, истории и искусства. Это движение имело конкретные организационные формы: существовал координирующий всю краеведческую работу орган - Центральное бюро краеведения (1920-1937), периодические


издания "Известия Центрального бюро краеведения", "Краеведение", 'Советское краеведение".

Создавая публичные музеи и содействуя организации корпоративных, государство заняло жесткую позицию в отношении к личным музеям и коллекциям, как и к любой другой частной собственности (53, 258). Ведущие музеи и крупнейшие коллекции музейного типа были национализированы, стали базой государственных музеев (собрания И.С. Остроухова, СИ. и Д.И. Щукиных, И.А. Морозова, Д.Г. Бурылина и других), либо вошли в государственный музейный фонд. Узаконен был учет частных коллекций, за ними сохранялся государственный контроль, права собственников ограничивались: преимущественное право покупки при продаже музейного предмета предоставлялось музейному отделу; любое передвижение предметов подлежало обязательной регистрации; музейный отдел имел право использовать эти собрания для публикаций и выставок. Государство оставляло за художниками право распоряжаться их произведениями и давало право продолжить коллекционную деятельность крупнейшим представителям научной и художественной интеллигенции (258, с. 15, 22-24, 25, 42 и др.). Соответствующим органам было достаточно затруднительно осуществлять контроль над подобным массивом рассредоточенных памятников и после перерегистрации 1923-26 гг. многие собрания были сняты с учета и пошли в торговый оборот (149, с. 128).

Постоянно росла посещаемость музеев. По данным музейного отдела, только в Москве в 1925 году музеи посетило 866 360 человек, а в Ленинграде -830 674 человека. Через год число посетителей увеличилось на 18-19% и составило в Москве 1 033 300, а в Ленинграде - 990 000 человек, всего же в России музеи, состоящие на государственном бюджете, посетило более трех миллионов человек (149, с. 131).

В 1920-е гг. четче определяются важнейшие категории публики, ищутся конкретные подходы к каждой группе музейной аудитории, в том числе


83

потенциальной. Практически все "появившиеся" в последние годы формы и методы работы музея с обществом были уже опробованы в 1920-30-х гг.. Музей уже был и "культурным центром" - музеи местного края сочетали в себе организационный центр, библиотеку, читальню; проведение выступлений, лекций, бесед; содержали опытное поле, ферму, мастерские (229, с. 24). Был и "живым" музеем - местом проявления живого творчества его аудитории, постоянного обновления путем активного участия общества в формировании его коллекций, исследовательской и поисковой работе, помощи в организации экспозиций; музей выходил на улицы и площади (354, т. 1, с. 144, 166), предвосхищая концепции экомузея и музеефикации окружающей среды. Понималась необходимость "докоммуникативной стадии" общения человека и музея, подготовки непосвященного зрителя к музейной обстановке, что нашло практическое воплощение в установке уличных витрин с наглядными пособиями на Крымской площади у Наркомпроса (229, с. 26). Средством приобщения к музею, "агитации за музей" (354, т. 1, с. 143-145, 168) были признаны выставки - "передвижки".

В 20-х гг. в отечественных музеях проводятся социологические исследования публики. Изучением музейной аудитории занимался мето дико-воспитательный отдел Третьяковской Галереи, по итогам работы которого в 1926 году был выпущен сборник "Изучение музейного зрителя" (104). Изучение музейного зрителя велось также в Музее изящных искусств в Москве, Музее революции, Историческом музее, и некоторых других. Особый акцент был сделан на изучении одиночного посетителя, его запросов. Предложено было создавать специальные группы для этих посетителей, устраивать для них лекции, консультации. Для особой аудитории -обучающей и обучаемой (педагогов и школьников) предложено было создавать специальные витрины, делать путеводители (314, с. 134-149). Большие усилия были посвящены изучению восприятия детской аудитории в деятельности Я.М. Мексина, А.В. Бакушинского, А.Д. Бартрама на


специальных детских выставках "Про детей и про зверей", "Что чем движется" (1925-29 гг), "Древняя Греция" (1931), в особых музеях -"Музее детской игрушки" (1918-31), "Музее детской книги" (1934-41). Примером в этих исследованиях послужила деятельность музеев США по изучению музейного зрителя, работы Дж. Дьюи "Публика и ее проблемы" (431), Уолтера Липмана "Фантом публики" и др., с опытом работы американских музеев некоторые отечественные деятели были лично знакомы. Тогда с США еще пытались наладить дружественные отношения как с федеративной республикой, там были сильны профсоюзы, и тогда еще эта страна не декларировалась "оплотом империализма". Еще и в 30-х гг. секцией техники музейного дела НИИ краеведческой и музейной работы проводились семинары, на которых выступали члены секции с сообщениями по изучению зарубежного опыта: В.Н. Кордес "Работа с посетителями американских музеев", доклад Н. Черноусова о Международной выставке в Нью-Йорке (372, с.85).

В эти годы неизмеримо повышается значение музея в обществе, укрепляются связи между музеем и публикой, музеем и другими учреждениями и средствами массовой информации, причем развитие музеев в СССР в отличие от положения музеев в зарубежных странах происходит некоторое время в удивительно благоприятной обстановке при поддержке (финансовой, организационной, законодательной, идеологической) государства и правящей партии, в обстановке общественного подъема и признания равенства культурных возможностей для всех, экономической стабилизация в стране. Благодаря этому в нашей стране не стоял так остро, как в других странах, вопрос о "высокой" и "низкой" культуре, о доступности музеев не только буржуазной публике, но и простому народу; не сковывал развития музеев и мировой экономический кризис 1929 года.

Однако все большая идеологизация музеев, вехой в которой можно назвать события Первого Всероссийского музейного съезда 1931 года8, призванного содействовать устранению недостатков на "музейном участке",


который "долго оставался одним из наиболее отсталых участков культурно-политического фронта" (354, т.1, с. 7), не могла не отразиться на его взаимодействиях с обществом. Музей был включен в политико-просветительную работу как одно из ее "звеньев" с различными формами осуществления этой деятельности: кружками, экскурсиями, лабораториями, читками, лекциями, школами, передвижками (354, т.1, с. 133-141). Унификация музеев в соответствии с политикой партии помогала государству в унификации массового сознания, при чем терялась специфика основы музея, всегда опиравшегося на такие качества как уникальность и многообразие предметного мира и представляемой музеем модели действительности.. В процессе разгрома краеведческого движения пострадали и музейные работники; многие опытные специалисты были репрессированы. Избирательное отношение к культурным ценностям, когда некоторые произведения признавались "социально-вредной рухлядью", послужило причиной разбазаривания культурного достояния страны.9 Негативное отношение появилось и к зарубежному опыту, в котором достойными некоторого внимания считались только "технические" моменты, ко всему "иному", что как раз и составляет суть музейного феномена.

Во время II Мировой войны во всех странах мира была признана необходимость усиления национального единения и потребность на время отбросить мешающие этому патриотическому единению, необходимому в борьбе с врагом, дробящие общество противоречия. В самых разных странах музей становится одним из средств проявления патриотических чувств, отражает тему единения народа. Огромную любовь и бережное отношение к своему культурному наследию проявил русский народ, спасая памятники, музеи и их коллекции, создавая новые музеи по следам военных событий. Музеи, несмотря на тяжелое военное положение, не прекратили свою деятельность, вели активное пополнение фондов из материалов, "предоставленных" войной, вышли из стен в форме "передвижек,


направляемых на производство, фронт, помогая своему народу, поддерживая в тяжелой борьбе (А.Д. Маневский (181), Н.В. Фатигарова (359) и др.) Близкая тенденция, знаменуемая лозунгом "встречать публику на полпути на улице" (526, с. 240), характерна и для американских музеев в годы войны.

После войны статус мирового экономического и политического лидерства перешел от Европы к Америке. Культурная атмосфера в Европе, помимо боязни "американизации" Европы и разрушения западных культурных стандартов, испытала также влияние "водораздела" на Западно- и Восточноевропейский блоки, и развитие музейного дела в интерпретации западноевропейских ученых до 1960-х гг. остается в стадии относительного затишья. В Восточном блоке и СССР на волне воодушевления страны-победительницы, патриотических чувств, восстанавливаются старые и строятся новые музеи, возникает движение по созданию общественных музеев, отчасти совпадающее с новым взлетом краеведческой активности населения. В 1955 году появляется учебник "Основы музееведения" (257),-достаточно основательное пособие по всем областям музейной деятельности. Создается история музейного дела, вопрос об изучении которой был поставлен еще в 1939 году в НИИ краеведческой и музейной работы. В 1960-х гг. об общественной инициативе, об организации отношений музея и общества пишут В.Г. Лурье (171-173), A3. Крейн (147), М.А. Казарина (121). Государством проводятся Всероссийские и Всесоюзные смотры музеев, приуроченные к памятным датам (первый был задуман к 40-летию Великой Октябрьской социалистической революции), мобилизующие не только музей, но и связывающие местные и партийные органы, привлекающие внимание общественности к музейным проблемам. Элементы соревнования, желание достойно представить себя, награды за призовые места стимулируют музей к активизации работы.

В США в послевоенные годы продолжается исследование музейного посетителя на фоне нового этапа в развитии музеев. Быстрый рост дохода


граждан, рост предместий городов, усиленный поток миграции, новые покупательные способности и увеличение свободного времени у американцев серьезно заинтересовали социологов. Новый музейный посетитель характеризуется как пришедший в музей "в поисках статуса" (status seeker), -"разносторонний и неглубокий", он "не щепетилен по отношению к тому, что видит, и смотрит довольно радостно на все, что представлено. Он пришел увидеть художественный музей; он не предпринимает вояж только чтобы увидеть коллекцию индийской скульптуры или раннего американского серебра" (423, с. 64; 673). Музей опять предстает перед исследователями как хранитель стандартов вкуса среднего класса (Руссель Лайнз. "Создатели вкуса", 1954), представитель демократических, популярных традиций Америки, связанный с другими "хранителями культуры". В некоторых исследованиях, посвященных критике массовой культуры (Дж. Кулидж, В. Пакард: 423) видны черты коллективного портрета публики - пустой, поверхностной, массовой, озабоченной материальным успехом.

В 1960-70-е гг. во всем мире музей начинает экспансию во внешнее пространство; широко распространяются различные общественные службы, специальные формы работы, кружки, студии, классы, мастерские, филиалы музеев для привлечения тех людей, на которых не повлиял головной музей. Вновь возникают представления о том, что музей способен содействовать социальным преобразованиям, должен противостоять расовой и этнической несправедливости и городской бедности. Характерным примером может служить музей Анакостия (филиал Смитсониановского института), так называемый "музей по соседству", созданный в 1967 г. в неблагополучном квартале Нью-Йорка, районе проживания чернокожей бедноты (461), с целью социализации его жителей.

Музей привлекает новые группы посетителей, появление которых вызывает новые вопросы, необходимость разработки новых методов, что приводит к новому этапу общественно-ориентированных исследований в


музее. Изучение музейной публики становится повсеместным явлением. Из сравнительно аморфного, однородного тела вновь проступают структуры. Возникновение нового класса "потребителей культуры" фиксирует Элвин Тоффлер в книге "Потребители культуры" в 1964 г: нового обеспеченного, образованного, процветающего и мобильного класса, готового тратить свой досуг и деньги на культуру и образование в большей степени, чем на отдых (535). Появляются попытки провести типологию публики (например, по отношению к художнику и художественному музею: друзья художника; потенциальные покупатели и коллекционеры; зрители; критики), которые оборачиваются выводами, что посетители - это не единые, постоянные группы, а аморфные, временные социальные структуры, произведенные внеличностной коммуникацией и контактами (526, с.49). Серьезные исследования посетителя проводятся в Канаде Д.С. Эбби и Д. Камероном в 1959-61гг., а затем Брайаном Диксоном, А.И. Корни и Р. Бэйли в начале 1970-х гг. В результате была выявлена основная закономерность: образование -наиболее важная переменная, отличающая посетителей от не-посетителей. В исследовании, проведенном в Европейских музеях изобразительного искусства П. Бурдье и А. Парбелом (413, 518) выяснялось отношение к музейному посещению. Авторы пишут о классовом и образовательном прошлом посетителя, которое направляет его выбор, направленный на использование выгодной культурной возможности "приобретения культурного богатства". Глубоко интериоризованные ценности помогают определить отношение к музею, его образовательным возможностям и предлагаемому им культурному опыту. У многих авторов (например, Поля ди Маджио и Майкла Юсима (Paul di Maggio, Michael Useem. Social Class & Arts Consumption, 1978) подчеркивается неравномерность потребления произведений культуры среди различных социально-экономических страт, преобладание среди посетителей музея образованных, достаточно


обеспеченных, сравнительно молодых людей с относительно небольшим представительством рабочего класса и этнических меньшинств.

В нашей стране после длительного перерыва исследования своей публики и в целом общественных связей музея стали проводиться в 1970-х гг. Научно-исследовательским институтом культуры. Исследование "Музей и посетитель" охватило в 1973-75 г. краеведческие музеи, в 1976-80гг. - музеи-заповедники (223). В 1983 г. на базе Владимиро-Суздальского музея-заповедника был проведен его третий этап, посвященный рассмотрению такого явления, как "музейная культура" посетителя (303, с. 3-8). Помимо творческого коллектива НИИ культуры, занимавшегося изучением посетителя (Казарина М.А., Ломунова А.К., Пищулин Ю.П., Равикович Д.А., Чумалова Т.Е., Юхневич М.Ю. и некоторых других), этим вопросом занялись также научные коллективы и исследователи некоторых музеев, в основном, музеев изобразительного искусства. Это сектор социологии Государственного Эрмитажа и Т.И. Галич (57), защитившая диссертацию по этой теме, коллектив ГМИИ им. А.С. Пушкина, и Г. Красилина (144), Б.И. Агафошина, Л.В. Родионова, Л.Е. Фельдман в Политехническом музее (4), Л.Я. Петрунина, М.В. Потапова и некоторые другие. В отдельных работах этого вопроса касались Е. В. Волкова (45-47) и Ю.Н. Петрова (267). О типах восприятия искусства писали Г.Г. Дадамян и Д.Б. Дондурей (79), чьи мысли были переработаны по отношению к восприятию в музее Т.И. Галич (72-75), Л.Я. Петруниной (268-270). О публике других социально-культурных институтов, например, о публике театра, существует ряд интересных работ: С. Беннет: 411, с. 219), отечественный сборник 1973 года "Театр и зритель", исследования Н.А. Хренова (379-380). В 1994-1997 гг. в Петербурге проводилось исследование "Взаимодействие музея и школы" (43),в рамках которого изучались особенности детской аудитории. Многие музеи считают необходимым провести изучение своей публики. В Санкт-Петербурге планомерными исследованиями посетителя занимаются Русский музей и


Государственный Эрмитаж. Последние несколько лет изучение посетителя проводилось в таких музеях, как Государственный музей политической истории России (ГМПИР), Центральный Военно-морской музей и др. Существует проект исследования посетителей музеев Санкт-Петербурга и Ленинградской области (236, с. 86-88). Подобная деятельность является тем более необходимой если учесть, что радикальные преобразования социокультурной жизни в течении последних лет изменили многое в составе реальной и потенциальной аудитории, в ее ценностных ориентациях и отношениях к музею; привели музей ко все более тесной зависимости от поддержки общества в условиях кризиса государственного финансирования, и непосредственного участия музейной публики в судьбе музея. Во многих западных музеях уже поняли, что публика является главным источником существования, развития и процветания музея. У каждого музея есть своя, определенная публика, так же, как и свое лицо, своя индивидуальность, и поэтому одной из основных задач музея сегодня является изучение "своего" посетителя, его запросов и интересов, поиски потенциального посетителя и развитие его потребностей до уровня осознанных интересов по отношению к музею и его коллекциям.

Таким образом, историко -генетический подход к проблеме взаимодействия музея и общества выявляет в качестве основных социокультурные предпосылки формирования музея. Институализация музея начинает происходить лишь в Новое время при вызревании соответствующих культурно-исторических условий. Музей открывается для широкой публики, что зачастую связано с изменением политической ситуации, отражающей новую расстановку социальных сил и новые культурные требования общества к музею.

Современный музей как относительно устойчивый элемент социокультурной жизни общества прошел длительный период институализации в условиях взаимодействия трех основных социальных


групп: владельцев музейных ценностей, публики и специалистов -"музейщиков". Особенности отношений этих групп наложили отпечаток на специфику формы музея: 1) личная; музей существует по инициативе и исключительно благодаря усилиям и влияниям сильной индивидуальности, субъекта, и распространяет свое воздействие на узкий круг лиц, друзей и близких знакомых, учеников и почитателей личности собирателя-владельца, отличается от частной коллекции только фактом публикации собрания; 2) корпоративная; музей существует по инициативе и на средства корпоративного субъекта (группы ученых, общественной организации, учебного заведения, муниципалитета (городской и местной администрации), предприятия и т.п.), представляя групповые ценности и интересы более широкого круга общественности, выражая корпоративную идентичность; 3) государственная (общественная); приходит при осознании правящими кругами значимости потенциала музея, когда последний начинает рассматриваться как одно из средств идеологического воздействия и один из институтов государства с регламентированными структурой, функциями и целями. Безличное государство перепоручает музейное дело управленческому аппарату и музейным работникам и музей декларируется публичным учреждением и общенародным достоянием. Последняя форма музея, широко распространенная в мире и охватывающая наиболее значимые мировые и национальные сокровищницы, выводит в качестве владельца культурных ценностей все общество, превращая, таким образом, вышеуказанную формулу взаимодействия в следующую: Общество - публика - музейные работники, где публика, или референтное сообщество, является связующим звеном между музеем и обществом. Мы предлагаем следующее обобщение связей музея и общества (См. табл. 2):


Таблица 2

Социальная система в контактах с музеем

Уровни контактов Индивидуал ьный Групповой Общественный
Професси оналы Музейный работник Музейный коллектив Музейное сообщество на мировом уровне и уровне национальных государств
Музейные пользова тели Посетитель -друзья музея -активная публика -случайные посетители -не посетители -музейная публика -союз Обществ Друзей музеев
Общество в целом Гражданин (член общества) -демографические -образовательные -профессиональные -этнические -профессиональные -институциональные -социальные (сословия, страты) -политические -экономические -маргинальные группы и прочее -общество в целом (национальные государства и мировое сообщество) ■окружающая социальная среда музея государственные и интернациональные движения и организации, координирующие свою деятельность с музейным сообществом

Если рассматривать музей с общественно-ориентированной точки







Сейчас читают про: