double arrow

Т.С. Зотеева


ЛИТЕРАТУРА

Приложение

Ситуативный контекст: дочь (А., 39 лет) звонит по телефону матери (Б., 63 года). В этот день А.и Б. уже разговаривали.

А. – Мамочка//

Б. – Да//

А. – Приветик//

Б. – Леночка/ ну что/ погуляли?

А. – Да ещё как! Слушай/ расскажу тебе про твоего любимого//

Б. – (ВСТРЕВОЖЕННО) Господи/ что такое?

А. – (СМЕЯСЬ) Да ничего страшного/ слушай//

Б. – Ну?

А. – Пошли с Герасимом платить

Б. – за телефон//

А. – за телефон//

Б. – Ну-ну?

А. – Вот. На поводке/ всё как положено// Пошли через дворы/ гуляем/ всё хорошо/ дорогу перешли/ к этой/ к нашей почте/ и он у меня бегом на стоянку/

Б. – Ну?

А. – удержать-то не могу ведь/ и он меня как потащил как потащил / и туда порскнул// А там охраны человек пять на воротах// В общем подбегаю/ говорю <Пропустите меня/ заберу собаку/ у меня тут машина стоит>// О-ой… А они говорят/ <Ну давайте/ забирайте/ и чтоб он тут не бегал>// я смотрю/ он у машины сидит/ ждёт когда поедем// я его беру за ошейник/ он у меня доходит до ворот бодрым шагом… и садится/ рядом с этими охранниками/

Б. – Ой! Ой кошмар!

А. – и ни туда и ни сюда// представляешь?

Б. – Кошмар Лена!




А. – Я его уговариваю/ пошли рядом/ значит за поводок/ за шкуру взяла/ дошли в результате мы до… входа на фабрику “Уралобувь”/ он у меня развернулся и обратно/

Б. – Он ехать хочет?

А. – Да// он вокруг машины ходит/ все двери обнюхал/ сел// я его два раза доводила до ворот/

Б. – Ой/ ужас! Что делать?

А. – и он два раза убегал обратно// А я же пошла на почту от машины не взяла

Б. – Ну да/

А. – ключи/

Б. – Ну конечно/

А. – Ну я и думаю <что делать?>// я говорю охране/ <знаете что/ мужики/ я его привяжу тут/>

Б. – (СМЕЁТСЯ)

А. – к столбу-то/ на стоянке/ там никого же нет/ машин мало/

Б. – Ой Леночка/ невероятно просто!

А. – <и пойду> говорю< за ключами от машины/ он никуда не уйдёт>// мужики уже ржут/ говорят/ <зачем вам такая собака/ которая вас не охраняет/ которую на руках носить надо/ и вообще/ давайте говорит я его укушу/ он сам уйдёт>/ короче обхохотали меня со всех сторон//

Б. – (СМЕЁТСЯ)

А. - Я тогда его привязала/

Б. – Ага/

А. – отошла/ оборачиваюсь/ смотрю сидит – его колотит/ бьёт дрожь крупная// ну холодно/ дождь ведь идёт/

Б. – Ага/

А. – Я думаю/ нет/ ну нельзя так/

Б. – Конечно/ что ты Лена//

А. – его оставлять-то/ он ещё напереживается что его одного тут привязали/

Б. – И помрёт ещё от страха/ ага//

А. – ещё от стресса что-нибудь с ним случится// смотрю/ подъезжает “Газель” к воротам/ я подошла/ смотрю там… ну такой молодой парень сидит нормального вида/

Б. – Ага/

А. – Я говорю/ (ИЗОБРАЖАЯ УМОЛЯЮЩИЙ ТОН С ПРИДЫХАНИЕМ) <знаете/ у меня к вам такая (СО СМЕХОМ) необычная просьба…>//

Б. – (СМЕЁТСЯ)

А. – Он так насторожился/ видимо уже ко всему готов/ думает/ баба сбрендила//



Б. – Ой/ не могу!

А. – Гера-то там привязан/ я одна/ у меня ещё видок соответствующий/ знаешь/ эта куртка/ юбка цыганская цветастая/ какие-то кроссовки/

Б. – (ХОХОЧЕТ)

А. – вышла погулять с собакой называется/ я и говорю/ < я вам заплачу двадцать рублей/ вы меня с собакой довезите через дорогу/ до угла вон того/ тут рядом>/ он так недоверчиво говорит/ (ПОДРАЖАЯ ИНТОНАЦИЯМ ВОДИТЕЛЯ) <а какая собака у вас?>/ я говорю (НЕБРЕЖНО) <ну собачка не очень крупная>

Б. – (ХОХОЧЕТ)

А. – (С ОПАСЕНИЕМ, ПОДРАЖАЯ СОМНЕВАЮЩЕМУСЯ ТОНУ ШОФЁРА) <А она меня не укусит?>// Я говорю (ИЗОБРАЖАЯ УБЕДИТЕЛЬНОСТЬ) <Нет/ что вы/ он ласковый как котёнок/ он очень напуган/ не могу увести со стоянки/ (ИЗОБРАЖАЯ ПОЛНОЕ ОТЧАЯНИЕ) помогите/ говорю/ мне пожалуйста! А то я тут заночую с ним>//

Б. – (ЗАХОДИТСЯ ОТ ХОХОТА)

А. – В общем парень этот сменил гнев на милость/ сжалился надо мной/ и говорит/ <ну ладно/ довезу>// а сам стоит уже у пропускного пункта на этой фабрике//

Б. – Ну-ну?

А. – Я ему говорю/ <подождите/ мы сейчас придём>/ побежала Герасима уговаривать/ тороплюсь/ думаю/ уедет/ говорю ему/ <пойдём мой хороший/ пойдём домой/ я тебе колбаски дам/ всё что хочешь/>



Б. – Сосиску надо было/ он любит// Ну?

А. – Ага/ в общем доползли до ворот/ а эта “Газель” уже выехала за ворота/

Б. – Ага//

А. – понимаешь/ и он у меня не идёт дальше/ сел//

Б. – Боже мой!

А. – Мне эти мужики-охранники говорят/ <давайте мы его на руках отнесём>/ а я <да что вы/ он прикоснуться к себе не даст/

Б. – Не даст//

А. – кабан такой/ он вас загрызёт>

Б/ – Ну что ты/ конечно//

А. – (СО ВЗДОХОМ) Я говорю/ <помашите этому шофёру/ чтобы он дал задний ход/ заехал обратно и нас взял/>

Б. – Ага//

А. – Ну представляешь/ я как баба с холодильником/ с этой собакой/ и с собой не возьмёшь и тут не оставишь/ он же сразу к машине моей обратно//

Б. – Ой/ ну надо же/ ну что же это такое?

А. – Ну не знаю мам/ он заехал обратно/ открыли дверь/ и этот с такой радостью туда сиганул/ на переднее сиденье

Б. – Ох!

А. – как будто он всю жизнь/ ездил на этих “Газелях”//

Б. – А ты куда?

А. – Ну я села на переднее сиденье/ а он в ногах у меня// так слушай/ когда этот парень увидел эту “небольшую собачку” и пасть крокодилью рядом со своим лицом/ ей-богу/ я думала высадит// но ничего/ справился / довёз нас до входа во двор/ до ларька// представляешь?

Б. – Ой/ Лена/ ужас/ не представляю/ что же это такое//

А. – Вот так мы славно погуляли/ (СО СМЕШКОМ) заодно и за телефон заплатили//

Б. – У тебя с ним постоянно какие-то истории/ то ты его из ямы не можешь вытащить/

А. – Ну видишь/ он так боится машин теперь/ дороги/ он туда-то со мной перешёл/ думал видно что за машиной идём/ поедем куда-то/ на энтузиазме-то перешёл/ а обратно ни в какую//

Б. – Ой/ да ты что!

А. – В общем мама/ сорок минут я там гарцевала с ним//

Б. – Ты наверно замёрзла?

А. – Я замёрзла ужасно/

Б. – Ой/ Лена/ опять заболе…

А. – Я правда в капюшоне меховом/ в этой куртке/

Б. – Но всё равно//

А. – Но всё рав…/ а он-то замёрз! он тоже мокрый весь// домой пришёл/ вырубился насмерть/ вот до сих пор не поднимал морды//

Б. – Ну Лена/ это просто …. он так дорог боится?

А. – Да/ боялся обратно через дорогу//

Б. – Вот пакость какая/ ты скажи/ я за тебя-то так боюсь/ ты промёрзла/ пёс-то переволновался//

А. – Но он-то точно переволновался/ потому что… его колотило прямо/

Б. – Ну да/ как всегда ты говоришь при этом/ при сердечном приступе// дай ему Лена валидол какой-нибудь/

А. – А чё-то я не догадалась/ правда дам//

Б. – Дай ему чё-нибудь/ а?

А. – Валокордин у меня есть//

Б. – Ну и всё равно/ хоть что!

А. – Ага/ валерьянки!

Б. – Подожди Леночка/ вот можно валидол/ а можно ещё/ как он называется/ вот побыстрее который действует?

А. – Элениум что ли?

Б. – Да нет/ этот…

А. – Нитроглицерин?

Б. – Нитроглицерин/ да!

А. – Да нет/ он боль ведь снимает/ а ему надо успокаивающее/ вроде валерьянки что-то//

Б. – Леночка/ ну есть что-нибудь?

А. – Да есть конечно/

Б. – Дай ему/ ладно?

А. – Ага/

Б. - В колбаске как-нибудь/

А. – Ага/

Б. – он сразу успокоится/ Ой! А сама-то/ господи! Звонила бы мне/ я бы приехала//

А. – Ну что ты/ мамочка/ (СМЕЁТСЯ) пока бы ты приехала/ мы бы уже все там обморозились// (ПАУЗА) Ну ладно мамочка/ все живы/ вы завтра на дачу?

Б. – Да нет/ погода-то говорят плохая будет/ так и не поедем//

А. – Ну ладно/ пойду/ у меня там карто…

Б. – Лена/ так его ведь там знают охранники-то/ да? Или он теперь и не ходит на стоянку с вами?

А. – Да нет/ мы с ним ходим/ я не знаю что такое/ но обычно за машиной-то придём/ а уезжаем на машине//

Б. – Ну да/ ну да/ а тут он хотел ехать Лена//

А. – Ну знают его/ сторожа-то знают его на стоянке//

Б. – Ой-ой! Ты подумай какой командир!

А. – Ну ладно/ мамочка/ папе расскажи сама уж/ у меня сил нет ему пересказывать//

Б. – Ладно// ну погладь его/ пусть успокоится//

А. – Да успокоился уже давно//

Б. – Ну чудо у тебя собака! И всё Лена с тобой случается!

А. – Он у нас харáктерный!

Б. – То ты его/ помнишь/ тебе машину пришлось/ снова его со стоянки везти//

А. – Ну так это зимой было/ в Новый год/ когда петарды взрывали//

Б. – Ну ладно/ теперь гуляешь/ бери ключи от машины//

А. – (СО СМЕХОМ) Да не говори/ теперь надо во всеоружии выходить//

Б. – Да/ да//

А. – Ну ладно мамочка/ завтра созвонимся//

Б. – Да/ хорошо// Димуля дома?

А. – Да/ пришёл недавно//

Б. – Ну в макушечку поцелуй//

А. – (СМЕЯСЬ) Если дотянусь//

Б. – Пока!

А. – Пока! (КЛАДЁТ ТРУБКУ)

Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М., 1999.

Баранов А.Г. Когниотипичность текста: К проблеме уровней абстракции речевой деятельности // Жанры речи. Саратов, 1997.

Борисова И.Н. Русский разговорный диалог: структура и динамика. Екатеринбург, 2001.

Виноградов В.В. О языке художественной прозы. Избранные труды. М., 1980.

Винокур Т.Г. Информативная и фатическая речь как обнаружение разных коммуникативных намерений говорящего и слушающего // Русский язык в его функционировании: Коммуникативно-прагматический аспект. М., 1993.

Дейк Т.А. ван. Язык. Познание. Коммуникация. М., 1989.

ЖР – Живая речь уральского города: Тексты. Екатеринбург, 1995.

Китайгородская М.В., Розанова Н.Н. Речь москвичей: Коммуникативно-культурологический аспект. М., 1999.

Кожевникова Н.А. Типы повествования в русской литературе ХIХ-ХХ вв. М., 1994.

Кожин А.Н., Крылова О.А., Одинцов В.В. Функциональные типы русской речи. М., 1982.

Красильникова Е.В. О соотношении монолога и диалога // Поэтика. Стилистика. Язык и культура. Памяти Т.Г.Винокур. М., 1996.

Одинцов В.В. Стилистика текста. М., 1980.

Пропп В.Я. Морфология сказки // Вопросы поэтики. Вып. ХII. Ленинград: Academia, 1928 (репринтное издание: СПб, 1996).

Тодоров Ц. Поэтика // Структурализм: “за” и “против”. М., 1975.

Успенский Б.А. Поэтика композиции: Структура художественного текста и типология композиционной формы. М., 1970.

Шабес В.Я. Событие и текст. М., 1989.

Шведова Н.Ю. К изучению диалогической речи // Вопросы языкознания. 1956, № 2.

Ширяев Е.Н. Структура разговорного повествования // Русский язык: Текст как целое и компоненты текста. Виноградовские чтения ХI. М., 1982.

Якубинский Л.П. О диалогической речи // Якубинский Л.П. Избранные работы. Язык и его функционирование. М., 1986.

Г.М. Ярмаркина

Жанр просьбы в неофициальном общении: риторический аспект

Обращение к риторическому аспекту исследования жанров речи закономерно, поскольку исторически жанровые нормы изучались частными риториками. Частные риторики разрабатывали рекомендации по использованию тех или иных языковых средств при составлении текста определенного жанра.

Жанры неофициальной коммуникации возможно рассматривать в рамках частной риторики обыденного общения (обыденной риторики).

Для описания жанров речи в сфере обыденного общения мы принимаем определение К.Ф. Седова, представляющего речевой жанр как “вербальное оформление типичной ситуации социального взаимодействия людей” [Седов 1998: 11]. Изучение жанров речи, напрямую связанное с риторикой, привело к пониманию важности разграничения собственно речевых и риторических жанров [Сиротинина 1999; Седов 1998]. Главным критерием их разграничения выступает фактор специального планирования речи и отбора языковых средств. Риторический жанр требует определенных усилий и умений прежде всего от адресанта: в ситуации риторического жанра адресат не только распознает жанр, но и оценивает умения адресанта. Отбор и употребление тех или иных языковых средств имеет целью получение определенного эффекта и во многом зависит от удачного способа выражения интенции.

Закономерно, что большинство жанров в разговорной речи спонтанно. Вместе с тем и в повседневном общении существуют условия, способствующие реализации риторических жанров: будущее высказывание можно продумать, спланировать хотя бы в плане содержания. Это можно проследить на примере некоторых жанров побуждения, функционирующих в повседневном общении.

В ситуациях просьбы, предложения, убеждения и уговоров предполагается ответное действие адресата (или согласие исполнить это действие). С этой точки зрения данные жанровые разновидности (жанры и субжанры по терминологии К.Ф. Седова) могут входить в поле риторических жанров при условии сознательного отбора языковых средств, спланированной стратегии и тактики речевого воздействия.

Анализ ситуации побуждения показал существование в обыденной сфере общения разных типов ситуаций, выделяющихся в зависимости от фактора подготовленности/ неподготовленности речи. Особенно отчетливо это деление наблюдается в ситуациях просьбы.

Многообразие ситуаций просьбы в рамках обыденного общения можно свести к нескольким типам:

(1) К первому типу ситуаций относятся такие ситуации просьб, которые характеризуются очевидным спонтанным характером просьбы: просьба может быть вызвана различными факторами (физическое состояние адресанта, информационный интерес одного из коммуникантов и др.). Так, упоминание в дружеском разговоре об имеющейся у рассказчика книге Бабеля вызывает у собеседника просьбу дать прочесть эту книгу:

Б. <...> Интересно очень пишет. Причем это вот у меня томик избранного Бабеля, вот...

А. Дай Бабеля почитать, дай.

Б. Возьми, вот. А ты знаешь, где он? [РРР СГУ].

Просьба может быть никак не связана с темой разговора. В приведенном ниже примере просьбу порождает оценка ситуации как неблагоприятной и стремление улучшить условия общения (в разговоре о театре участвуют приятельницы (Т. и М.) и сын М. (Н.)):

Т. <...> (по телевизору в это время передают концерт, слышна музыка, Т. обращается к Н.) Никита убавь, пожалуйста, это... эту...

М. Да/ муру//[РРР М:53]

(2) Ко второму типу ситуаций просьбы мы относим такие, в которых имеет место более осознанное и более подготовленное выражение интенции просьбы. В данном случае на первый план выступает вынужденность просьбы, вызванная ограничением в возможностях адресата. Вербальное оформление этого типа ситуаций просьбы представлено, как правило, прескриптивным диалогом, основная цель которого — просьба:

А. Привет Галь//

Б. Привет//

А. У меня к тебе такая про-осьба// У тебя словарь сейчас не занят?

Б. (отрицательно качает головой)

А. Можно я слова посмотрю?

Б. Конечно// Посмотри//

А. Мне по политологии слова надо посмотреть// Там конфронтация/ либерализм// Тут же есть?

Б. Должны быть//[РРР РЗ]

(3) Кроме выделенных типов ситуаций просьбы, противопоставленных по признаку подготовленности/спонтанности, можно говорить и о промежуточных случаях, приближенных, однако, ко второму типу. В нашем материале можно выделить диалоги, включающие в себя тактику вопроса — выяснения намерений адресата, которая подготавливает ситуацию просьбы: (у телевизора муж (М.) и жена (О.)).

О. Ну что, “Дневник социалистического соревнования”

М. Рабочие какие-то, нефтяники очевидно. Ну ты будешь слушать его? Нет?

О. Да нет.

М. Нет? Тогда выключи, пожалуйста.

О. Счас, я только звук отрегулирую. [РРР СГУ]

С выделенными типами ситуаций просьбы связана возможность интерпретации жанра просьбы как речевого или риторического.

Просьбу в первом типе ситуаций мы называем спонтанной или собственно речевой; просьбу во втором типе ситуаций мы называем задуманной или риторической; просьбу в третьем типе ситуаций мы называем риторико-речевой.

Следует отметить, что выделенные типы ситуаций характерны не только для просьбы, но и для иных видов побуждения, в частности, аналогично обстоит дело с ситуациями предложения.

Первые попытки соотношения жанров речи с выделенными ситуациями показывают определенную зависимость в способах выражения речевых, риторических и риторико-речевых жанров побуждения. Прежде всего это касается объема речевого произведения. В проанализированном материале (около 304000 словоупотреблений) нам встретилось 275 просьб.

Учет одноактных и многоактных способов выражения просьбы показал следующее распределение материала с учетом выделенных ранее типов ситуаций просьбы:

1) в первом типе ситуаций просьбы обнаруживается тяготение к одноактным способам выражения: 114 при 47 многоактных;

2) в условиях задуманной, спланированной просьбы количество просьб, выраженных одним речевым актом и несколькими РА оказалось равным: 47 и 47;

3) третий тип ситуаций иллюстрируют лишь 20 просьб, 7 из которых выражены единичным РА, 13 — многоактные просьбы.

Просьба как речевой субжанр обыденного общения тяготеет к одноактным высказываниям просящего. Причем основной компонент субжанра — глагол каузируемого действия, как правило, выражен специализированной формой императива. Речевой субжанр “просьба” допускает использование вопросительного индикатива глагола КД, нередко сопровождаемое актуализаторами, направленными на получение ответной (речевой или неречевой) реакции адресата просьбы.

Тяготение к одноактным способам выражения просьбы обусловлено и спецификой протекания разговорного диалога (неоднократно описанной): ограничение времени на обдумывание, незапланированность просьбы, очевидная спонтанность побуждения в виде просьбы — это способствует использованию в речи привычных, устойчивых способов выражения, не требующих дополнительных усилий и времени на обдумывание.

При анализе многоактных способов выражения речевого субжанра просьба обнаруживается следующая тенденция: тактики, способствующие побуждению, не подготавливают, а поясняют причину обращения с просьбой. Например: А. — Ой, Люсенька сверни, а то она у меня что-то разворачивается все больше. [РРР СГУ].

Вероятно, высказывания, поясняющие причину обращения с просьбой, тесно связаны в представлении говорящего, смягчают побуждение, а дополнительная информация помогает избежать возможных вопросов адресата.

Однако в риторическом субжанре просьба обнаруживаются более разнообразные способы выражения просьбы. Здесь мы обнаруживаем как сочетание косвенных и прямых тактик побуждения, так и сочетание побудительных тактик с другими (мы называем их сопутствующими или подготавливающими побуждениями). Наш материал отражает своеобразную градацию подготавливающих тактик, отражающих разную степень уверенности адресанта в возможностях адресата:

1. Есть / нет вопросы:

А. Галь/ у тебя есть маслица?

Б. Маслице? Есть // (открывает холодильник)

А. Дай пожалуйста/прям пять капель//[РРР РЗ]

2. Использование девербатива “просьба”:

А. Галь/ у меня к тебе ма-ленькая просьба // Ты не дашь мне немножко соли?

Б. (Соглашается)

А. Второй день забываю соль купить// Мимо рынка хожу и забываю // Домой прихожу, а соли нет //[РРР РЗ]

3. Вопросительные тактики-уточнения условий для побуждения:

А. Галь/ тебе надо завтра куда-нибудь идти?

Б. Да …

А. А во сколько?

Б. Часов в десять //

А. А можно/ я разбужу тебя полвосьмого? А то у меня будильника нет … Ты дашь мне будильник? [РРР РЗ]

4. Если адресант уверен в возможностях адресата, то он может использовать тактику прямого заявления о том, что он видел, знает и т. п.:

А. Галь// Я знаю у тебя есть “Бурда Моден” // Принеси пожалуйста Галь // Галюш / принеси пожалуйста Галюш //[РРР РЗ]

5. Напоминание какого-то элемента общей апперцепционной базы: слова или прошлые обещания адресата:

А. Галь/ помнишь ты мне обещала конверт дать?

Б. Да //

А. Дашь?

Б. Конечно // [РРР РЗ]

Преобладания одноактных и многоактных способов выражения риторического субжанра просьба не выявлено.

При анализе одноактных способов выражения просьбы мы обращаем внимание на количественное соотношение прямых и косвенных просьб. Вопрос о прямом и косвенном выражении интенции, о прямых и косвенных РА не нов. Однако он является важным при описании способов выражения речевого жанра.

К прямым просьбам, наряду с императивными конструкциями, конструкциями с перформативом, с глаголом “просить” в изъявительном и условном наклонении, мы относим и ряд вопросительных конструкций. Это конструкции, содержащие вопросительный индикатив глагола каузируемого действия (далее гл. КД) с отрицательной частицей НЕ и без нее:

– Галь, не дашь будильник? [РРР РЗ]

Вер/ выключишь свет/ а?[РРР РЗ]

В эту группу мы включаем т. н. вопросы-“осведомления” о возможностях адресанта (по терминологии Н.И. Формановской; или вопросы-побуждения по терминологии Л.В. Дудника, относящего таковые также к прямым способам выражения интенции просьбы), вопросы о возможностях адресата и как вариант — просьбу о разрешении:

– Галь, ты не могла бы нас сфотографировать? [РРР РЗ]

К косвенным способам выражения просьбы мы относим т. н. есть/нет вопросы (вопросы о наличии/отсутствии предмета), некатегоричное побуждение с желательным бы, конструкции с модальным предикатом и инфинитивом гл. КД, а также ситуативно-контекстуальные косвенные просьбы.

Количественные данные показывают преобладание прямых способов выражения просьбы в РР над косвенными во всех трех типах ситуаций:

I: 106 прямых и 8 косвенных

II: 38 прямых и 9 косвенных

III: 7 прямых — при отсутствии косвенных

Можно подчеркнуть качественное отличие риторического субжанра от речевого: просьба как риторический субжанр требует от говорящего знания различных вариантов обращения с просьбой и умения использовать не только самые привычные способы выражения просьбы, но и подготовить побуждение, выразить доброжелательное отношение к адресату, подчеркнуть ненавязчивость и вынужденность просьбы или указать на возможность адресата выполнить просьбу.

Поскольку существуют различия в вербальном оформлении интенций в зависимости от ситуаций, то становится очевидной необходимость разграничения собственно речевых, риторико-речевых и риторических жанров, а также необходимость изучения риторических жанров и обучения им. Особенно это касается убеждений и уговоров, которые в чистом виде встретить сложно, и так же сложно оценить их эффективность (подробнее см.: [Ярмаркина 2001]).

ЛИТЕРАТУРА

Дудник Л.В. Экстралингвистическая обусловленность вариативности речи (на материале структурных вариантов речевого действия): Дис. … канд. филол. наук. М., 1982.

Седов К.Ф. Анатомия жанров бытового общения // Вопросы стилистики. Саратов, 1998. Вып. 27.

Сиротинина О.Б. Некоторые размышления по поводу терминов “речевой жанр” и “риторический жанр” // Жанры речи-2. Саратов, 1999.

Формановская Н.И. Коммуникативно-прагматические аспекты единиц общения. М., 1998.

Ярмаркина Г.М. Обыденная риторика: просьба, приказ, предложение, убеждение, уговоры и способы их выражения в русской разговорной речи: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Саратов, 2001.

СОКРАЩЕНИЯ

РРР М – Русская разговорная речь. Тексты. М., 1978.

РРР СГУ – расшифровки магнитофонных записей разговорной речи из фондов кафедры русского языка Саратовского государственного университета.

РРР РЗ – ручные записи разговорной речи.

О некоторых компонентах жанра просьбы

Жанр просьбы представляет собой вежливое побуждение адресата к действию, направленному в пользу говорящего. Поскольку адресат не обязан выполнять действие, о котором его просят, говорящий стремится построить свое высказывание таким образом, чтобы оно как можно более эффективно воздействовало на собеседника. Для говорящего нередко оказывается важным оформить не только собственно просьбу, но и сопроводить ее “этикетными компонентами”, к которым обычно относят просьбу о просьбе и обоснование обращения с просьбой [Карасик, Шейгал 1991: 35]. Целью статьи является изучение функционирования высказываний, сопровождающих собственно просьбу в английской драме ХХ века. Всего проанализировано 500 диалогических единств с исходной репликой-просьбой.

В исследованном материале использование говорящим просьбы о просьбе зарегистрировано в единственном примере. Зарубежные лингвисты подобную речевую тактику называют “preparator” [The CCSARP Coding Manual 1989: 287]: говорящий с помощью такого высказывания как бы подготавливает адресата к собственно просьбе. Ср.:

Maire: Anne, honey, do something for me.

Anne: What will I do?

Maire: You'll meet father coming up with Brian, and take him away.

Anne: And will you tell me everything to-night? (Anne goes out…) [P. Colum].

На наш взгляд, говорящий использует просьбу о просьбе тогда, когда он считает, что существуют определенные препятствия для выполнения действия. Это либо трудность действия, либо нежелание адресата его выполнить. Единичный пример использования подобного высказывания в текстах драматических произведений, по-видимому, объясняется тем, что частое использование просьбы о просьбе в речи персонажей может несколько затянуть развитие сюжета. Можно сделать предположение о том, что в живой разговорной речи просьба о просьбе используется гораздо чаще.

В качестве обоснований для просьбы могут использоваться различные по характеру высказывания. Некоторые лингвисты предлагают называть подобные высказывания “pre-requests” [Tsui 1994: 110-111]. На наш взгляд, это определение не совсем удачно, так как обоснование обращения с просьбой может не только предшествовать собственно просьбе, но и следовать за ней.

В исследованном материале чаще всего зарегистрировано объяснение говорящим причин, побудивших его обратиться с просьбой. Такое объяснение может располагаться как непосредственно перед просьбой, так и сразу же после нее. Зарубежные лингвисты называют подобные высказывания “grounder” [The CCSARP Coding Manual 1989: 287]. Например:

[старый слуга – хозяйке дома]

I must see my daughter. Have the goodness to send for her, m'lady. (Lady Cheshire goes to the billiard-room, and calls: “Freda, come here, please.”) [J. Galsworthy];

[фотограф – новому начальнику]

Oh, sir, would you keep your stand just for a minute. A photograph of you is required!

May I ask who you are, sir? [P. Colum].

Выявлено, что при общении в официальной обстановке только нижестоящий по статусу говорящий сопровождает свою просьбу объяснением причин, которые заставили его просить адресата о чем-либо. Говорящий обычно ссылается на некие объективные, независящие от него причины.

При общении в семейном и дружеском кругу говорящий также может сопровождать свою просьбу объяснением мотивов, побудивших его обратиться с просьбой. В подобных ситуациях общения эти мотивы носят, как правило, личный характер. Ср.:

[разговор подруг]

Sit down for a while, Sally; it's a long time since I was speaking to you. (Sally sits down besides Ellen) [P. Colum];

[жена – мужу]

You'll wake everybody in the house; can't you speak quiet?

– [More loudly still] What do I care for anybody in the house?… [S. O'Casey].

Коммуникация в семье и среди друзей отличается бóльшей свободой вербального поведения собеседников, чем в других ситуациях общения. Если при обращении к вышестоящему по социальному положению собеседнику характерно сопровождение собственно просьбы объяснением причин, побудивших говорящего обратиться с просьбой, то при общении членов семьи и друзей собственно просьба может сопровождаться также и другими высказываниями.

Например, просьба сопровождается обещанием чего-либо со стороны говорящего в ответ на выполнение адресатом желаемого действия:

[разговор друзей]

Stay here and I'll be as nice to you as if we were in another house.

Are you not coming out with me? [P. Colum].

Обоснованием обращения с просьбой может служить проявление заботы со стороны говорящего по отношению к адресату:

[разговор сестер]

Won't you go back to bed? Please do! You'll be so much more comfortable.

– [Rushing at stove] Where's the coffee? Where's the coffee-pot? Is that water boiling? [D.H. Lawrence].

Обращаясь с просьбой, говорящий может пытаться убедить адресата в том, что выполнение действия не займет у него много времени (или не затруднит его):

[разговор друзей]

Will you play it [the piece – Т.З.] for us? Half a minute. (Barker goes out after Nellie. Through the open door comes the crashing sound of the miner's banging through “The Maiden's Prayer” on an old sharp-toned piano.) [D.H. Lawrence].

Собственно просьба может сопровождаться высказыванием, указывающим на то, что говорящий не стремится “навязать” адресату выполнение действия. Зарубежные лингвисты называют такие высказывания “imposition minimizer” [Ibid: 288]. Например:

[разговор друзей]

If you're bringing in your snap can you bring mine with you?

Aye [D. Storey].

В одном примере, желая усилить воздействие на адресата, говорящая сопровождает свою просьбу угрозой:

[разговор сестер]

Annie, will you give me that coffee-pot at once or I shall lose my temper?

–[Thrusting the pot at Sarah] Oh, go on have the damn thing then [A. Ayckbourn].

Таким образом, исследованный материал позволяет выделить в качестве компонентов жанра просьбы не только собственно просьбу, но также просьбу о просьбе и обоснование обращения с просьбой. Просьба о просьбе является своеобразной “подготовкой” адресата к выполнению собственно просьбы. Особенностью просьбы о просьбе является то, что она не называет конкретное действие, к которому побуждается адресат. С ее помощью говорящий вызывает у адресата интерес к собственно просьбе, так как обычно в ответ на просьбу о просьбе адресат спрашивает о желаемом для говорящего действии.

Использование высказываний, которые дают обоснование обращения с просьбой, зависит от обстановки общения и характера взаимоотношений коммуникантов. При общении в официальной обстановке с вышестоящим по социальному статусу собеседником обоснованием для просьбы, как правило, является объяснение объективных причин, которые заставляют просить о чем-либо.

При коммуникации в семье и среди друзей обоснования обращения с просьбой гораздо многообразнее. Это объяснение субъективных причин, заставивших обратиться с просьбой; обещание или проявление заботы со стороны говорящего; убеждение адресата в несложности действия и в ненавязчивости просьбы; наконец, угроза. Сопровождение собственно просьбы обоснованием обращения с просьбой в любой ситуации общения призвано повысить эффективность воздействия на собеседника.

ЛИТЕРАТУРА

Зотеева Т.С. Диалогическое единство в жанре просьбы и его эволюция в английской драме XVI-XX вв.: Автореф. дис. … канд. филол. наук. Саратов, 2001.

Карасик В.И., Шейгал Е.И. Градация речевого этикета // Материалы республиканской научно-методической конференции “Вопросы совершенствования обучения (иностранному) языку как средству межнационального общения”. Харьков, 1991. Ч. 2.

The CCSARP Coding Manual // Cross-Cultural Pragmatics: Requests and Apologies. Norwood, 1989.

Tsui A. English Conversation. Oxford, 1994.







Сейчас читают про: