double arrow

НАЙДЕНЫШ


Рэнк и Тофер молча спустились в мастерскую. Приближался вечер. Чучельник зажёг на столе свечи и налил обоим вина, которое они должны были выпить в честь Нелли.

– Ты что-то сказал про «тогда»... – вспомнил Рэнк. – «Совсем, как тогда!»… Это когда же – «тогда»?.. И что было тогда?..

Тофер не ответил.

– А может здесь какая-то тайна?.. – в раздумьи спросил он.

– Чья тайна?.. – заволновался вдруг ни с того, ни с сего, Рэнк.

– Ну… её… Или – твоя!

– Что ты! Что ты! – замахал Рэнк руками. – У меня нет никаких тайн! Клянусь тебе!

– А ты вспомни!

– Нет!.. Нет! Я ничего не помню! И, собственно, что я должен помнить?!

– Девочку. Лет пяти… Помнишь?

– К-какую девочку? – заикаясь, переспросил Рэнк.

– В голубом платье и с алой лентой в волосах!

– Ты это о чём?.. – испуганно зашептал Рэнк. – Шутишь, да?.. Запугиваешь?!..

– С чего бы мне тебя запугивать? – не унимался Тофер. – Только теперь мне кажется, что я не ошиб­ся. И твоя тайна уже никакая не тайна.

– Замолчи! – закричал вдруг Рэнк, глядя на Тофе­ра безумными глазами. – Сгинь! Не знаю я ни про какую девчонку!

– Тогда на дворе стояла зима, а я выдумал её – сказал Тофер, – в одном летнем платье и сандали­ках... На душе было холодно, а так хотелось тепла... Когда она исчезла, я испугался, что замёрзнет. Это было уже на другой день. Я обыскал весь город, но Нелли, тогда она была ещё просто «Девочкой над городом» – моей лучшей картиной, – исчезла!.. И вот, наконец, нашлась! Ведь это она, Рэнк! Твоя и моя тайна!.. Кроме неё и крылатой козы никто в городе не умел летать!

– Дьявол! – с ненавистью глядя на Тофера, произ­нёс Рэнк. – Я не отдам её тебе! Это – моя дочь! Моя!

– Ах, Рэнк! – с теплотой вдруг сказал Тофер. – Но я не собираюсь отнимать её у тебя! Она – твоя! Просто её полёт возвратил мне прошлое, инастоящее, и будущее!.. Понимаешь? Много лет я жил в каком-то тумане, не зная, кто я, откуда, и вдруг – всё вспомнил! И это – благодаря… Нелли!

– Поздравляю… – обессилено ответил Рэнк, отки­нувшись на спинку стула. – Ну, и напугал же ты меня, парень!

Он тяжело поднялся из-за стола, подошел к буфе­ту, отпер ключом дверцу и достал оттуда небольшой сундучок, а из сундучка – голубое платье и алую ленту, разложил их на столе и принялся за рассказ:

– Это и вправду случилось зимой, двенадцать лет назад, поздней ночью… Я уже спал, когда сквозь сон до меня донёсся жалобный плач…




…Рэнк вскочил с постели и прислушался. Вначале ему почудилось, будто это плачет ветер в печной трубе. Он встал, надел шлепанцы и подошёл к ками­ну. Догоравшие угольки тихо потрескивали в золе, но плач шёл не отсюда.

Плач шёл от окна, и Рэнк, подойдя к нему, при­близил своё лицо к холодному стеклу. Всю неделю трещал такой мороз, что даже птицы падали на лету. Может, это – одна из них, упавшая под его окном. За окном было темно – ни звезды, ни огонька. Плач на время утих, и Рэнк уже направился, было, к постели, как он раздался снова, жалобный и сиротливый.

«Собака!.. – подумал Рэнк. – Эта не даст уснуть до утра».

Он набросил халат, волчью шубу, зажёг свечу, взял кочергу и, выйдя на крыльцо, обомлел. Перед ним стояла маленькая девочка в летнем платьице, почти вся занесённая снегом. Её волосы уже заиндевели, а сама она даже не плакала – жалобно хныкала всё тише и тише.

Рэнк подхватил её на руки и унёс в дом. Сбросив всё, что на ней было, он тут же уложил девочку в постель, затем набрал две пригоршни снега, стал на­тирать им худенькое тело, затем завернул в шерстя­ную рубаху и накрыл пуховым одеялом.

Девочка вся горела. Ресницы её дрожали, волосы рассыпались по подушке. Она была в забытьи и что-то бормотала. Рэнк несколько раз наклонялся над ней, но так ничего и не разобрал. Он не ложился до рассвета, менял компрессы на её лбу, и его одинокое сердце наполнялось непонятным теплом…



Утром постучала молочница, приносившая ему ежедневно кувшин молока. На этот раз он не пустил её в дом, а выйдя на крыльцо, стал расспрашивать: не случилось ли чего в городе. Молочницу знал каждый дом, и она знала всё обо всём. Она сообщила Рэнку о десятках мёртвых птиц на дорогах: по её мнению, для господина чучельника такая новость была бы весьма кстати. Больше новостей не было.

Прошла неделя. Все новости молочницы за эти дни были очень разнообразны: пропала левретка у жены бочара; кот столяра поймал огромную крысу, и столяр интересуется: не нужна ли она чучельнику; чуть не сгорел дом кузнеца, а когда пожарные погасили огонь, начальник пожарной команды обнаружил в кузнице кучу монет, которые чеканил хитрый кузнец, за что, обожжённого и обгоревшего, тотчас же упрятали в тюремную больницу; повысились цены на рынке; провалился мост, а вот когда выстроят новый – никому неизвестно. Словом, новости как новости. Девочку никто не искал.

А девочка ожила. Она уже сидела в постели и требовала то одно, то другое, то куклу, то – киселя, и Рэнк тут же бросался выполнять любое её желание, испытывая при этом сладкое чувство, которого он был лишён всю жизнь. В его сердце вошла отцовская любовь.

Для соседей и мэрии девочка была объявлена как его племянница-сирота. У неё не было имени, что было уж совсем странно: она ничего не помнила о себе до той ночи. И Рэнк назвал её «Нелли» – так же, как звали его мать; под этим именем девочку и вписали в «Книгу горожан».

Пришла весна. И он стал брать её с собой за город. Ловил ей птиц, а она выпускала их на волю!.. Она не любила работу отца, но ведь кто-то, объяснял он, должен был заниматься и этим – набивать паклей разные чучела!.. «Впрочем, зачем? – время от времени думал Рэнк. – Живые звери и птицы – это живое чудо!.. Не заняться ли чем-нибудь другим?..».

И хотя его частенько можно было видеть в харчевнях с друзьями, – он всегда помнил о дочери, много работал, вырастил её. Он жить без неё не мог. Но устроил в столичный пансион…

Был поздний вечер.

Рэнк растопил камин и зажёг новые свечи. С мансарды доносился громкий раскатистый храп Авис Беатитудо.

– Здорово храпит! – заметил Тофер. – Не надоела?

– Да ну её! – ответил Рэнк. – Пусть лучшехрапит, а то научилась, понимаешь, разговаривать! То – пи­рожное ей подай, то – клетку накрой: из окна, видите ли, дует! Советы стала давать!

Внезапно Рэнк уронил голову на локти и без­звучно зарыдал.

– Ты чего? – нахмурился Тофер. – Успокойся, старина!

Но Рэнк был безутешен.

– Я её обманул! Понимаешь, Тофи! Мы же никог­да не врали друг другу!

– Мне кажется, я знаю, где надо искать Нелли, – сказал художник и вышел из дома.

Старый чучельник продолжал сидеть, уставив­шись на детское платьице.

Храпенье Птицы затихло. Но, когда часы на площади пробили полночь, раздалось её недовольное бормотание, и вслед за этим – оглушительный металлический звук лопнувших прутьев.

Рэнк вскочил на ноги, схватил подсвечник и, под­няв его над головой, стал подниматься на мансарду.

Навстречу ему спускалась разгневанная Авис Беатитудо.

Рэнк поразился: Птица выросла! Но – как! Докакой степени! Ростом с хорошего страуса, она,безобразная и мерзкая, переваливаясь на кривых маленьких ножках, спускалась в мастерскую.

– Изжога замучила! – икнула Птица. – Пропусти! Пойду прогуляюсь!.. Ну и тесно же у тебя!.. А мне... Ой!.. Простор нужен!..

Она хлопнула дверью и исчезла в ночи, оставив в мастерской напуганного Рэнка.


ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

Заказать ✍️ написание учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой

Сейчас читают про: