double arrow

Барокко. Рассказ Х. Л. Борхеса «Сад расходящихся тропок» - как модель барочного сознания


Рассказ Х. Л. Борхеса «Сад расходящихся тропок» - как модель барочного сознания.

5. Барочная эстетика поэмы Вен.Ерофеев «Москва-Петушки».

6. Работа художника лэнд-арта Роберта Смитсона «Спиральный молл» как пример барочной стилистики. (О нём статья Николь Рудик «Ментальные пространства Роберта Смитсона» Художественный журнал", №60 /декабрь 2005. Режим доступа : http://xz.gif.ru/numbers/60/smitson) .

7. Барочные черты современной архитектуры. (См. книгу Чарльза Дженкса — Язык архитектуры постмодернизма. М. 1985)

8. Творчество режиссёра Питера Гринуэя и традиции живописи барокко.

9. Барочные элементы и влияние Бернини в творчестве трансавангардиста Франческо Клементе .

10. Проблема телесности в искусстве барокко и актуальном искусстве. (См. Антология «Эволюция от кутюр. Искусство и наука в эпоху постбиологии» Калининград, 2009. – Режим доступа: http://www.videodoc.ncca-kaliningrad.ru/.)

Для справки словарные статьи и статья М.Липовецкого, касающаяся необарокко:

Барокко (предположительно: от португ. perola barroca — жемчужина причудливой формы или от лат. baroco — мнемоническое обозначение одного из видов силлогизма в схоластической логике), главенствующий стиль в европейском искусстве конца 16 — середины 18 вв. Более широкое понимание Б. включает в него внешние формы быта, карнавалы, процессии, особенности философского и научного изложения, рассматривая Б. как общее явление культуры (подобно Готике и Ренессансу). Б. отразило кризис феодализма в эпоху первоначального накопления и колониальной экспансии, нарастающие противоречия в религиозном и социальном сознании. Б. широко использовалось Контрреформацией в храмовом зодчестве, отличавшемся особой пышностью (постройки иезуитов; архитектура "ультрабарокко" в Латинской Америке). Однако Б. получило широкое распространение не только в католических, но и в протестантских странах, а позднее странах православного круга. Ограничивать Б. рамками Контрреформации и феодальной реакции неосновательно. Наряду с придворным и церковным Б. развиваются формы "низового Б", связанные с выражением антифеодального, протеста, а также национально-освободительного движения славянских народов против Габсбургов и османского ига. Б. отличается антиномичностью восприятия и отражения мира, чувственным и интеллектуальным напряжением. Аскетические призывы сочетаются с гедонизмом, изысканность с грубостью, отвлечённая символика с натуралистической трактовкой деталей. Б. — динамический, аффектированный стиль, которому свойственны театральность, фееричность, иллюзионизм. Б. усваивает и перерабатывает различные художественные традиции, включая их в развитие национальных стилей. Для Б. характерно стремление к взаимодействию различных видов искусства (опера), понимание поэзии как говорящей живописи, а живописи как немой поэзии, увлечение эмблематикой и аллегорикой. Б. опирается на схоластическую логику и риторику, развёртывает сложные метафоры и уподобления, наследует наиболее экспрессивные художественные формы средневековья и Ренессанса, сочетает античные образы с христианскими. Риторический рационализм Б. облегчал выражение его средствами идей Раннего Просвещения. Отмечается рецепция Б. в романтизме и в новейших модернистских течениях.






В архитектуре, изобразительном и декоративном искусстве Б. было одним из основных стилевых направлений с конца 16 до середины 18 вв. Б. утвердилось в эпоху интенсивного складывания наций и национальных государств (главным образом абсолютных монархий), расцвета мануфактурного производства и одновременного усиления феодально-католической реакции. Тесно связанное с монархией, аристократией и церковью, искусство Б. было призвано прославлять и пропагандировать их могущество. Вместе с тем оно отразило новые представления о единстве, безграничности и многообразии мира, о его драматической сложности и вечной изменчивости, интерес к среде, к окружению человека, к природной стихии. Б. пришло на смену как художественной культуре Возрождения, так и изощрённому субъективистскому искусству маньеризма. Отказавшись от присущих классической ренессансной культуре представлений о гармонии и строгой закономерности бытия, о безграничных возможностях человека, его воли и разума, эстетика Б. строилась на антитезах человека и мира, идеальных и чувственных начал, разума и власти иррациональных сил. Человек в искусстве Б. предстаёт уже не центром Вселенной, а многоплановой личностью, со сложным миром переживаний, вовлечённой в круговорот и конфликты среды. На искусство Б. повлияли и антифеодальные крестьянские и плебейские движения, буржуазные революции, внёсшие в него струю демократических бунтарских устремлений.



Для искусства Б. характерны грандиозность, пышность и динамика, патетическая приподнятость, интенсивность чувства, пристрастие к эффектным зрелищам, совмещению иллюзорного и реального, сильным контрастам масштабов и ритмов, материалов и фактур, света и тени. Виды искусства образуют торжественное монументально-декоративное единство, поражающее воображение своим размахом. Городской ансамбль, улица, площадь, парк, усадьба стали пониматься как организованное развивающееся в пространстве целое, многообразно раскрывающееся перед зрителем при его движении. Дворцы и церкви Б. благодаря роскошной, причудливой пластике фасадов, беспокойной игре светотени, слитности как бы текучих форм, сложным криволинейным планам и очертаниям приобретают живописность и динамичность, словно вливаясь в окружающее пространство. В парадных интерьерах архитектура сливается с многоцветной скульптурой, лепкой, резьбой; зеркала и росписи иллюзорно расширяют пространство, а плафонная живопись создаёт иллюзию разверзшихся сводов.

В изобразительном искусстве Б. преобладают виртуозные декоративные композиции религиозного, мифологического или аллегорического характера, парадные портреты, подчёркивающие привилегированное общественное положение человека. Идеализация образов, безудержные гиперболы сочетаются в них с бурной динамикой, неожиданными композициями и оптическими эффектами, реальность — с фантазией, религиозная аффектация — с подчёркнутой чувственностью. В живописи большое значение приобретают эмоциональное, ритмичное и колористическое единство целого, часто — непринуждённая свобода мазка, в скульптуре — живописная текучесть формы, ощущение изменчивости, становления образа, богатство аспектов и впечатлений.

В Италии — на родине Б. — в его рамках сложились и полное религиозной и чувственной аффектации искусство Л. Бернини,Ф. Борромини, Пьетро да Кортоны, и академизм болонской школы, и демократический бунтарский реализм Караваджо; позднее итальянское Б. эволюционировало к фантастичности построек Г. Гварини, бравурности живописи С. Розы и А. Маньяско, головокружительной лёгкости росписей Дж. Б. Тьеполо. Во Фландрии рожденное нидерландской революцией мироощущение внесло мощные жизнеутверждающие реалистические и подчас народные начала в господствовавшее искусство Б. (живопись П. П. Рубенса, А. ван Дейка, Я. Йорданса). В Испании в 17 в. некоторые черты Б. проступали в аскетичной архитектуре школы Х. Б. де Эрреры, в реалистической живописи Х. де Риберы и Ф. Сурбарана, скульптуре Х. Монтаньеса, но в 18 в. в постройках круга Х. Б. де Чурригеры формы Б. достигли необычайной сложности и декоративной изощрённости (ещё более гипертрофированной в "ультрабарокко" Латинской Америки). Великолепие и пышность Б. получили своеобразное истолкование в Австрии (архитектор И. Б. Фишер фон Эрлах и Л. Хильдебрандт, живописец Ф. А. Маульберч) и абсолютистских государствах Германии (архитектор Б. Нёйман, А. Шлютер, М. Д. Пёппельман, братья Азам, семья Динценхофер), в Польше, Чехии, Словакии, Венгрии, Словении, Хорватии, Западной Украине, Литве. Во Франции, где ведущим стилем в 17 в. стал классицизм, Б. оставалось до середины века побочным течением, но с полным торжеством абсолютизма они сливаются в единый помпезный стиль (убранство залов Версаля, живопись Ш. Лебрёна). В странах интенсивного буржуазного развития — Англии и Голландии — влияние Б. было лишь частичным.

В России развитие искусства Б., отразившего рост и укрепление дворянской абсолютной монархии, падает на 1-ю половину 18 в. При общей для Б. сословной природе, русское Б. было свободно от экзальтации и мистицизма (характерных для католических стран) и обладало рядом национальных особенностей, обусловленных чувством гордости за успехи государства и народа. Русская архитектура Б., достигшая величественного размаха в городских и усадебных ансамблях Петербурга, Петергофа, Царского Села и др., отличается торжественной ясностью и цельностью композиции зданий и архитектурных комплексов (архитектор М. Г. Земцов, В. В. Растрелли, Д. В. Ухтомский, С. И. Чевакинский); изобразительного искусства, освободившиеся от средневековых религиозных пут, обратились к светским общественным темам, к образу человека-деятеля (скульптура Б. К. Растрелли и др.). В России, как и в других странах, эпоха Б. отмечена подъёмом декоративных искусств, тесно взаимосвязанных с архитектурой. В 1-й половине 18 в. Б. повсеместно эволюционирует к грациозной лёгкости стиля рококо, сосуществует и переплетается с ним, а с 1760-х гг. вытесняется классицизмом.

Понятие "Б." нередко распространяется на всю художественную культуру 17 в., в том числе на явления, далёкие от Б. по содержанию и стилю (например, "нарышкинское Б.", или "московское Б.", в русском зодчестве конца 17 в.).

Литература. Термин "Б." применялся к литературе уже с середины 19 в. (Дж. Кардуччи, 1860, Порембович, 1893); в 20-х гг. 20 в. возник ряд проникнутых субъективностью толкований Б. у экспрессионистов и представителей духовно-исторической школы. Б. часто служит для обозначения прециозной литературы во Франции, гонгоризма в Испании, маринизма в Италии, "метафизической поэзии" в Англии, придворно-схоластической поэзии в России. Однако эти явления не покрывают всего объёма термина; более широко Б. рассматривают как общий стиль, исторически закономерный для европейского литературного развития. Выдвигается представление о "низовом Б.", отвечающем потребностям бюргерства и народных масс. Различные проявления умственного брожения, связанные с социально-утопическими движениями и чаяниями, также обращались к формам литературного Б. (Я. Бёме, К. Кульман, Амос Коменский). Для литературного Б. характерны риторичность и сложный метафоризм, основанный на "принципе остроумия" (консептизма), требовавшем неожиданного и поражающего воображения сочетания "далёких" идей, образов и представлений. Б. отличается стремлением к резким контрастам, экзальтацией и живописностью; питает пристрастие к полигисторству, экзотике и гротеску. Ведущие жанры: трагедия, изобилующая ужасами, кровавыми сценами и взрывами страстей, и сатира (не лишённая книжности). Чувство неустойчивости и беспокойства, вызванное войнами и социальными потрясениями, выдвинуло тему превратности и тщетности бытия ("Vanitas"), подхваченную Контрреформацией. В низшем слое Б. эта тема отражает реальные перепитии жизни, то вздымающие, то бросающие в бездну человека, который чувствует себя "щепкой" в водовороте жизни, что отвечает судьбам "солдат Фортуны", ландскнехтов и авантюристов эпохи. Низовое Б. усваивало готовые риторические формулы, мотивы и сюжетные схемы галантного и прециозного романа, сатирически переосмысляя и перерабатывая их и используя для построения новой большой формы народного романа ("Симплициссимус" Гриммельсхаузена). Проза Б. часто аморфна, наполнена тяжеловесной учёностью и дидактикой. Большое значение приобретают периферийные жанры: путешествия, литературные сборники, где смешан новеллистический и учёно-энциклопедический материал. Литература Б. представлена в Испании поэзией Гонгоры, трагедиями П. Кальдерона, драмой Тирсо де Молины, отчасти плутовским романом: в Италии поэзией Т. Тассо и Дж. Марино; в Англии драмами У. Уэбстера; в Германии трагедиями А. Грифиуса и Лоэнштейна, сатирой И. Мошероша и Гриммельсхаузена; во Франции д'Обинье; в Хорватии эпической поэмой Гундулича, драмами И. Джорджича и др. Некоторые исследователи усматривают черты Б. или относят к нему позднюю драму У. Шекспира ("Буря"), произведения Мильтона, Вондела, Корнеля и мн. др. В России возникновение Б. тесно связано с укреплением церковной проповеди и школьной драмы; оно представлено поэзией С. Полоцкого и С. Медведева. В "Жизнеописании" Аввакума усматривают черты Б. — антиномичность, трагический характер повествования, ломку традиционных жанров и др. С конца 17 в. Б. охватывает в России церковную проповедь (С. Яворский, Ф. Прокопович), школьный театр, панегирическую поэзию петровских "триумфов". Дальнейшая секуляризация тем и мотивов, перемена системы стихосложения видоизменили и затушевали связь новой русской поэзии с этой традицией. Однако бурный слог, напряжённый метафоризм, разительная образность и живописность, риторика, работа в области изобразительного искусства (мозаика, иллюминации) позволяют видеть в творчестве М. В. Ломоносова новый этап развития Б. в России.

Музыка. В зарубежном музыкознании термин "Б." стал применяться с начала 20 в. Эпохой музыкального Б. считается весь период развития музыкальной культуры в европейских странах, соответствующий периоду Б. в архитектуре и изобразительном искусстве. Основанием для выделения эпохи музыкального Б. служили прежде всего некоторые общие черты в области композиционной техники. Так, период конца 16 — середины 18 вв. ознаменовался утверждением генерал-баса, становлением мажоро-минорной системы, осознанием гармонической "вертикали" и функциональных соотношений созвучий, а также сильных и слабых долей (с чем связано введение тактовой черты), появлением некоторых новых музыкальных жанров и форм — партиты, сонаты, ричеркара, фуги и в особенности концерта.О слабых сторонах этой концепции свидетельствует то, что в эпохе музыкального Б. объединяются различные, порой противоречивые музыкальные явления — от мадригалистов рубежа 16—17 вв. до творчества Г.Ф. Генделя и И. С. Баха. Советские исследователи полагают, что в музыкальном искусстве европейских стран этого периода наряду со стилем Б. проявлялся, взаимодействуя с ним, и стиль классицизма, поэтому они отказываются от выделения целостной эпохи музыкального Б. Согласно воззрениям советских музыковедов, творчество крупнейших композиторов этого периода — Генделя и Баха — не укладывается в рамки какого-либо одного стиля. В стиле музыкального Б. советские музыковеды считают ведущими не формально-технические моменты, но определенный тип образов, характер музыкальной выразительности — величие, пышность, декоративность, выражение сильных аффектов и т.п. Стиль Б. в музыке отличает, с одной стороны, стремление к. глубокому отображению внутреннего мира человека, к драматизму и синтезу искусств — (опера, оратория, кантата, пассионы), с другой — к освобождению от союза со словом (развитие инструментальных жанров). Стиль музыкального Б. наиболее ярко проявился в итальянской музыке (монументальные вокально-инструментальные произведения композиторов венецианской школы во главе с Дж. Габриели, оперные сочинения М. А. Чести, органное творчество Дж. Фрескобальди и др.), несколько позднее — в немецкой музыке (оперы Р. Кейзера, органное творчество Д. Букстехуде, клавирные произведения И. Кунау и др.).

Лит.: Вельфлин Г., Ренессанс и барокко, пер. с нем., СПБ, 1918; его же, Основные понятия истории искусства, пер. с нем., М., 1930; Смирнов А., Шекспир, ренессанс и барокко, "Вестник ЛГУ", 1946, № 1; История русского искусства, т. 5, М., 1960; Ливанова Т.Н., На пути от Возрождения к Просвещению XVIII века, в сборнике: От эпохи Возрождения к двадцатому веку, М., 1963; Всеобщая история искусств, т 4, М., 1963; История эстетики. Эстетические учения 17—18 в., т. 2, М., 1964; Ренессанс. Барокко. Классицизм, М., 1966; Морозов А., Проблемы европейского барокко, "Вопросы литературы", 1968, № 12; его же, "Маньеризм" и "барокко", как термины литературоведения, "Русская литература", 1966, №3; его же, Ломоносов и барокко, там же, 1965, №2; Лихачев Д. С., Барокко и его русский вариант XVII века, "Русская литература", 1969, №2; Weisbach W., Die Kunst des Barock in Italien, Frankreich, Deutschland und Spanien, 2 Aufl., B., 1929; Retorica e barocco, Roma, 1955; Die Kunstformen des Barockzeitalters, hrsg. von R. Stamm, Bern—Munch., 1956; Tapie V.-L., Baroque et classicisme. P., [1957]; Angyal A., Die slawische Barockwelt, Lpz., 1961; В lume F., Begriff und Grenze des Barock in der Musik, "Svensk Tidskrift for Musikforskning", 1961, Bd 43: Manierismo, Barocco, Rococo. Concetti e termini, Roma, 1962; Le baroque musicale. Les congres et colloques de l'Universite de Liege, Liege, 1964; Windfuhr M., Die Barocke Bildlichkeit und ihre Kritiker, Stuttg., 1966.

А. А. Морозов (введение, литература), В. Н. Брянцева (музыка), А. М. Кантор (архитектура, изобразительное и декоративное искусство).

Яндекс.Словари › БСЭ, 1969-1978

НЕОБАРОККО ("новое барокко" — предположительно от португал. perola barroca — жемчужина причудливой формы или от лат. barroco — мнемоническое обозначение одного из видов силлогизма в схоластической логике) — термин, употребляемый в рамках постмодернизма для обозначения состояния западного общества конца 20 в., при котором вопреки расширению массовизации и унификации на макроуровне доминируют дезинтеграционные процессы при одновременном усилении интеграционных тенденций на уровне микрогрупп. Одним из первых понятие "Н." использовал испанский философ Х.Р.де Вентос. По мнению представителей постмодернизма, основные черты мироощущения, стиля жизни и состояния культуры барокко вновь обозначились в обществе конца 20 в., что дает основание назвать этот феномен "Н.". Для периода барокко (конец 16—середина 18 в.) характерно доминирование фрагментарного и антиномичного восприятия над целостным, ощущение неустойчивости и беспокойства, ориентация на динамизм, напряжение между чувственным и интеллектуальным, сочетание утонченности и грубости, аскетизма и гедонизма, науки и мистики. В литературе и искусстве наблюдается взаимодействие и взаимопроникновение жанров, а также размывание их прежних границ и принципов, сочетание отвлеченной символики с подчеркнутым натурализмом. Как особое мироощущение барокко характеризуется глубинным чувством призрачности, неподлинности, театральности жизни, которое скрывается за внешней карнавальностью, пышностью, демонстративным благополучием и легкостью. В обществе барочного типа любое событие воспринимается как простая условность, чистый символ, лишенный содержания и исторического измерения. Общество Н. не приемлет научный и идеологический тоталитаризм. В то же время само оно характеризуется отсутствием научного обоснования, комплекса идей и ценностей, обеспечивающих его функционирование как целостности. Своеобразным девизом общества Н. становится принцип: "Главное — не быть, а казаться". Как альтернатива дуальности и фрагментаризации жизни в обществе Н. развивается этико-эстетическое сознание малых групп, формируются, по выражению Делеза и Гваттари, "племенные культуры" и "племенная психология", на основе которых складывается "групповая солидарность". Наряду с понятием "Н." представители постмодернизма используют и другие названия: "общество спектакля" (Г.Дебор), "театрократия" (Ж.Баландье), "империя эфемерного" и "эра вакуума" (Ж.Липовецкий), "система симулякров" (Бодрийяр) и др. Л.Л. Мельникова   назад вперед  

Концептуализм и необарокко

Биполярная модель русского постмодернизма1

2000-09-07 / Марк Липовецкий

ПРИЗРАК без признаков" - так в 1997 году назвал свою статью о русском постмодернизме Владимир Новиков, кстати сказать, организатор первой, тогда еще в СССР, конференции об этом самом призраке (Литинститут, 1990). Призрачность русского постмодернизма носит весьма парадоксальный характер. С одной стороны, даже такие просвещенные критики, как Владимир Новиков или Станислав Рассадин в России, Карил Эмерсон и Норман Шнейдман на Западе, отказываются признавать за русским постмодернизмом какую-либо оригинальность. С другой стороны, вокруг постмодернизма сложилась целая индустрия моды, внедряющая это понятие в общественное сознание настолько активно, что как-то раз один из самых мракобесных министров внутренних дел в постсоветской истории, жалуясь на очередные безобразия, воскликнул: это просто постмодернизм какой-то! - о чем незамедлительно сообщили все российские газеты.







Сейчас читают про: