double arrow

Правила Живого Действия 8 страница


Lux Veritatis

Вторым великим достижением Харона в качестве Консула стала доктрина Lux Veritatis или Света Истины. В соответствии с этой доктриной, Стигия должна была посвятить себя сбору и сохранению величайших творений человечества. Для этого, все призраки должны были собирать шедевры искусства и скульптуры, а также великие труды и достижения человеческой мысли, где бы они их ни находили, после чего доставлять в Город, где им суждено было храниться глубоко под зданием Сената в специальных хранилищах. Это было связано с тем, что Харон хорошо запомнил слова Владычицы, запечатлевшиеся в его сердце – те самые слова, которые гласили, что Забвение должно встречать ожесточенное сопротивление не только на поле боя, но и в человеческом разуме. Харон верил, что благодаря Свету Истины, самые лучшие и самые мудрые идеи Жизни смогут помочь Неупокоенным Мертвецам обрести мир, которого они столь отчаянно жаждут.

IV. Падение Республики

Харон исходил вдоль и поперек все Земли Теней, которые в те дни были изменчивой пустыней, где хаотично появлялись и исчезали Нихили. Он в одиночку пересек Реку Смерти и, все так же один, весь покрытый шрамами и зарубцевавшимися ранами, полученными в бесчисленных сражениях, стал лидером, Избранным, которому суждено было принести мир и порядок обитателям этого скорбного места. Из ничего он воздвиг великий Город на семи холмах, и этот город стал посмертным отражением величия Рима. Из отчаявшихся, мятущихся душ Харон воспитал отважных Перевозчиков, которые сопровождали Неупокоенных к Далеким Берегам и защищали Республику от Забвения. Из ненадежного форпоста, расположенного на вершине утеса Острова Скорбей, Харон создал Республику, которая стала путеводной звездой этого мира, направляющей души к благословенному Вознесению.




Ренегаты

Но даже несмотря на успешную борьбу Республики с Забвением, дела в Землях Теней обстояли не совсем гладко. В Мире Быстрых начали проявляться первые признаки того, что великая империя Рима слабеет, и это, в свою очередь, отразилось на Мире Мертвых. По мере того, как против Рима восставали живые повстанцы и мятежники, которым суждено было в свое время пересечь Саван, в Землях Теней появлялись свои бунтари, стремившиеся обрушить свою горечь и злобу на то, что казалось им Римом Мира Мертвых. Слишком гордые, слишком надменные для того, чтобы признавать свое поражение даже после смерти, они начали открыто высказывать недовольство правлением Харона, положив, тем самым, начало будущим Ренегатам. Скитаясь по дорогам Харона, подобно хищным стервятникам, они нападали на Перевозчиков, которые сопровождали души мертвых, направляющиеся к Далеким Берегам. Целые караваны душ перехватывались и рассеивались, в результате чего невинные мертвецы были вынуждены следовать дальше на ощупь, что делало их легкой добычей Спектров. Узнав о преступлениях Ренегатов, Харон создал кавалерийский отряд, представителей которого стали называть Всадниками, после чего обязал их сопровождать Перевозчиков на дорогах Земель Теней. Эти рыцари смерти должны были поддерживать порядок в тех землях, по которым проходили дороги Харона. Основной их обязанностью стала защита караванов Перевозчиков, перед которыми возникла новая угроза в лице тех, кто не собирался подчиняться порядку, установленному Хароном с благословения Владычицы Судьбы.



Упадок и Падение

Случилось так, что Риму, именовавшемуся некогда Вечным Городом, была уготована та же судьба, что и всему, что было создано руками обычных смертных. Нестареющая империя на семи холмах в один миг стала немощной и оказалась на грани гибели.

В самый разгар хаоса, который принесло с собой это ужасное падение, в Землях Теней появились те, кто следовал учению Христа. Эти Рыбники пришли к Морю-без-Солнца и начали строить свои собственные корабли из выброшенных на берег обломков. Они отринули помощь Перевозчиков и, вместо этого, отправились на поиски "Рая", Далекого Берега, который не был известен ни Харону, ни его ученикам.



Конец того Мира, который Они знали   ...оно вырвалось из земли, подобно исполинской, ревущей черной волне, извергаясь из провала Венозной лестницы и всех остальных порталов, а его отвратительное зловоние, вызывающее в сердцах отчаяние, поднималось в серое небо. Земля содрогнулась, и бездонные провалы, ведущие прямо в Забвение, открылись в ней, поглощая тысячи невинных душ. Дороги, построенные Нудри и его учениками, раскололись на части, и невыносимый жар, исходящий из темноты, расплавил булыжники душ, оставив на их месте лишь раскаленные лужи смолы. Река Смерти вскипела, сжигая суда Перевозчиков, которые находились в ее водах, и Спектры, вынесенные из глубин земли исполинскими адскими потоками, низвергались в отравленную Реку. Я видел множество чешуйчатых тварей с несколькими головами, изрыгающими туда свою отвратительную скверну... -Из журнала Датиана Севера, Перевозчика

Первый Великий Вихрь

По мере того, как Империя Быстрых неуклонно приближалась к своему закату, в Землях Теней также нарастало беспокойство, которое, в конце концов, охватило практически всех призраков. Многие говорили о том, что в окрестностях Стигии начало появляться все больше Спектров, сверкающие глаза которых с ненавистью следили за Неупокоенными Мертвецами. Пожранные Тенью все чаще приходили в Подземный Мир, распространяя повсюду ненависть, разрушение и Забвение. Вскоре они пересекли границу с Миром Живых, вселяясь в тела безымянных варваров, племена которых начали нападать на земли Рима. Души этих варваров после смерти переходили в Земли Теней. Считая Республику Харона воплощением Рима, они нападали на нее, а за ними, подобно диким вепрям, следовали Спектры. На защиту Стигии были призваны Всадники; Перевозчики отложили свои шесты и весла, чтобы взяться за оружие, обращая его против насильников и убийц. Даже сам Харон вышел на поле битвы со своей боевой косой, и лезвие Сиклос сеяло опустошение в рядах захватчиков. Многие отважные Легионеры пали в этих сражениях, но даже после смерти варвары не могли сравниться с Хароном и его призраками и, в конце концов, они были отброшены. К сожалению, последующая осада Стигии Спектрами, которые следовали за варварами, практически исчерпала силы великого Города Харона.

В год Господа нашего 476 город Рим пал в результате очередного нападения варваров. Его величественные храмы и, вместе с ними, средоточия науки и власти, были уничтожены, а жители Города подверглись насилию, смерти и порабощению. Здание за зданием появлялись в Землях Теней, и вслед за ними туда приходили целые толпы Неупокоенных Мертвецов. Этот хаос оказался слишком велик даже для Харона и его Перевозчиков, невзирая на то, что они всеми силами пытались направить эти души к Далеким Берегам.

В самый разгар безумия, в глубинах Лабиринта раздался оглушительный звон и Харон сразу же понял, что он исходит от его стражей, которые звонили в исполинские сторожевые гонги, возвещающие о наступлении темнейшего часа Подземного Мира – начале Первого Великого Вихря.

Вихрь оставил от Стигии и соседствующих с ней поселений лишь пылающие руины, но самое страшное произошло тогда, когда Спектры, подобно шакалам стягивающиеся к эпицентру разрушений, и отчаянно изголодавшиеся по боли и страданиям, атаковали Остров Скорбей. Никто не сумел помешать им прорваться за стены Города и, подобно чумным крысам, они начали продвигаться к Цитадели, сокрушая величественные монументы и уничтожая прекрасные храмы и особняки. Более того, им даже удалось поджечь Ониксовую Башню, но, к счастью, Харон покинул свое пристанище, чтобы встретить Легионы Ада на поле боя, где ему и его Перевозчикам лишь чудовищным напряжением сил удалось одержать победу и спасти Город от разрушения.

Но что это была за победа! Город Мертвых представлял собой пустую, выжженную тень своей прежней славы! Русло Реки Мертвых оказалось завалено обломками и ее отравленные воды вышли из берегов! Величественные дороги, которые некогда соединяли каждую часть Земель Теней с портами, откуда корабли уходили к Далеким Берегам, были разрушены и уничтожены! И этот удушливый запах горечи и смерти! Харон безмолвно взирал на поле битвы, понимая, скольких отважных Перевозчиков отняло у него сегодня Забвение, и скорбел о них, вспоминая, какую отвагу они проявили в этом безнадежном сражении. Он видел, что его Республика умирает, Сенат уничтожен, а призраки жмутся к стенам своих убежищ и тайных пристанищ, в безграничном страхе перед новым нападением. Он видел Ренегатов, рыщущих во Тьме в поисках мусора, который принес с собой Вихрь. И Харон оплакивал их, всех их, включая самого ничтожного из мертвых, понимая, что теперь ему вновь придется начинать все сначала, и он один должен будет возвести новый Город, новую Стигию, которая будет еще более могучей и прекрасной, чем раньше, чтобы все Неупокоенные смогли обрести мир и безопасно достичь Далеких Берегов.

V. Эра Возрождения

Из праха Республики Харон возродил свой Город, и он вновь поднялся из отчаяния, рожденного глубинными сотрясениями Забвения. Разрушенные башни старой Республики стали свидетелями нового расцвета, а потрескавшиеся и разрушающиеся фасады прежних славных лет стали, казалось, чуть прочнее и светлее, оказавшись за стенами нового Города Харона.

Последствия

Наш великий лидер Харон полностью сосредоточился на том, чтобы отстроить свой Город из мертвого праха, который усеивал Земли Мертвых. Старая Республика была мертва, и никто из обитателей Подземного Мира не смог бы вновь вдохнуть в нее жизнь. Харон хорошо понимал это, и потому решил создать новую Стигию, следуя примеру великих лидеров Мира Живых, но не забывая при этом о заветах Республики прошлого, и сохраняя верность велениям Владычицы.

По примеру цезарей Харон нарек себя Императором и призвал к себе семерых Сенаторов, которым даровал титулы Владык Смерти, приказав возглавить различные объединения душ, которые приходили к ним. Каждый из Владык Смерти получил власть над определенными призраками, которые оказались разделены в соответствии с причинами, которые привели к их появлению в Землях Мертвых. Умершие от старости, скончавшиеся после тяжелой болезни, ставшие жертвами насилия или наложившие на себя руки, погибшие вследствие природных катаклизмов – все они стали слугами Владык Смерти.

Всадникам и Легионерам суждено было стать первой великой армией Стигии, ибо Харон назначил их оберегать Город и близлежащие земли, чтобы как можно скорее добиться возрождения Империи. И столь важным было восстановление Стигии в беспощадном противостоянии с Забвением, и столь необходимым представлялось то, чтобы оно происходило как можно быстрее и спокойнее, что ряды Легионов и Всадников уже очень скоро достигли немыслимой ранее численности, а их представители стали живым воплощением идеалов отваги и верности.

Перевозчики были разгневаны деяниями Харона, отказываясь служить кому-либо, кто называет себя Императором. Многие из них отказались от своих обязанностей, отринув данные ранее клятвы и не желая доставлять души новым Владыкам Смерти. В гневе и разочаровании Харон изгнал этих дезертиров, приказав, чтобы их имена вычеркнули из всех записей Стигии, их самих лишили дарованных им наград, а их лживые заявления подвергли осмеянию. Перевозчики были обязаны оберегать души от Забвения; если они не собирались хранить верность клятвам, принесенным Стигии и миру Мертвых, они должны были противостоять Тьме в одиночку. Зная об их неуступчивом характере, Харон изгнал всех непокорных Перевозчиков с Острова Скорбей. Многие из них стали Ренегатами или же отправились на Далекие Берега, тогда как другие сознательно отдались Забвению, совершив тем самым финальный акт отрицания власти Харона и неповиновения приказам своего прежнего господина.

Прошли десятилетия и Стигия начала постепенно восстанавливаться. Но эта задача оказалась очень сложной, ибо великие шторма, представляющие собой отголоски Первого Вихря, продолжали терзать Город Харона в своей безграничной ярости. Дикие Ренегаты возводили свои деревушки возле запруженной Реки и разбитых дорог, стремясь избежать власти Харона или же подорвать ее, распространяя при этом беспорядки и недовольство. По мере того, как вера в Христа продолжала шириться в мире живых, а дни языческих богов подходили к концу, Сияющие, внезапно, обнаружили, что их сила также начала слабеть. Жестокие и злобные призраки проникали через Саван, появляясь перед испуганными смертными в обличье покрытых гнойниками демонов, которые требовали от людей подчинения и жертвоприношений.

Выковывание Души   Я увидел юного аколита, афинянина, называвшего себя Аристогейтоном, который вошел в легендарную кузницу, именуемую Киклопами. Там его уже дожидался Великий Высокий Мастеровой Нудри, чей истертый старый молот был готов к работе, как, впрочем, и всегда. Пробормотав несколько ритуальных формул и речений, Нудри склонился к основанию Киклопов и взялся за мехи, после чего пламя в кузнице взвилось на такую высоту, что я мог бы поклясться, будто бы его испепеляющий жар начал опускаться по моему хребту. Мастеровой Нудри почти небрежно пробормотал еще несколько мистических фраз, а затем передал своему юному ученику его молот, чья отполированная черная головка матово поблескивала в свете кузни. Аристогейтон сжал свой новый, ранее никогда не использовавшийся инструмент в правой руке, а затем Нудри взял левую руку юноши и сунул ее в ревущее пламя. Пока он удерживал ее там, я мог лишь в полном изумлении созерцать то, как рука юного аколита изменяет свои цвета быстрее, чем свет, проходящий через стеклянную поверхность. Они становились все ярче и ярче, и я мог поклясться, что никогда раньше не видел столь ядовитых оттенков привычных мне цветов. Юный грек издал столь оглушительный и мучительный крик, что мне казалось, будто бы на нас сейчас обрушится крыша кузницы. Он извивался и корчился, едва не вырвав свою руку из плечевого сустава в отчаянных попытках освободиться, но Нудри продолжал удерживать его возле ревущего горнила, как будто бы не ощущая этого ужасающего жара, и на его безмятежном лице при этом не отражалось ни единой эмоции. В конце концов, спустя нескольких минут, показавшихся мне вечностью, Нудри вытащил из пламени руку аколита, которая светилась так, как если бы в нее вселились некие потусторонние силы. Он отвел юношу к наковальне и возложил на нее его руку, которая уже начала менять форму и извивалась, как раненая змея. После этого, он взял штамп для одной из стигийских монет, и приложил его к руке юноши, после чего приказал Аристогейтону выковать обол из своего собственного Корпуса. Юноша посмотрел на Нудри, и на лице его отобразилось отчаянное желание, чтобы предложение нанести себе столь ужасающее увечье оказалось шуткой. Его глаза молили древнего Мастерового, чтобы тот испытал его волю каким-либо иным способом, но только не этим. Но непроницаемое лицо великого Нудри не давало ему ни единой надежды на снисхождение, а в его пустых глазах юноша увидел нечто такое, что заставило афинянина поднять свой новый молот и обрушить его огромный вес на свою собственную плоть. Аристогейтон наносил удар за ударом, и каждый из них рождал звук, эхом разносящийся по кузнице, пока, в конце концов, на наковальне не осталась лежать небольшая монетка. Нудри достал сосуд с плазмой, чтобы смочить несчастный Корпус Аристогейтона, и когда он притупил его боль, изможденный юноша упал на колени. Нудри поднял монету с наковальни и повесил ее на тонкую цепь. Затем он надел эту цепь на шею юного афинянина и произнес всего три слова: "Помни об этом". Я уверен в том, что он будет помнить об этом. Что же до меня, то я знаю, что до сих пор не забыл то, что произошло в тот день, и никогда этого не забуду. -Атрофил, Перевозчик и свидетель одного из первых Ритуалов Выковывания Душ

Восстановление и Реформы

Лишь спустя много веков последний из Спектров, пришедших в Подземный Мир вместе с Первым Вихрем, был уничтожен или изгнан в скорбные глубины Лабиринта. И, когда этот миг все же настал, Харон ступил на улицы Стигии для того, чтобы почтить всех тех, кто сражался за Город во время нападений прислужников Забвения, сохраняя достоинство и честь в борьбе с этими чудовищами после падения Республики. Харон основал Имперский Орден Серпа, и посвятил в его члены всех тех, кто сражался на стороне Республики, включая Всадников и Перевозчиков, которые не покинули Стигию после того, как ее стены обрушились под безумными ударами Спектров. Многие Неупокоенные присоединились к Харону, восхваляя благородные деяния этих отважных воителей, и вскоре новые призраки начали вступать в ряды воинов стигийской армии, которые без устали продолжали патрулировать Земли Теней, надеясь в один из дней стать членами великого Ордена Харона.

Что же касается самого правителя Стигии, то в те дни он полностью посвятил себя восстановлению своего некогда прекрасного Города. Нудри и его ученики неустанно работали в кузницах, занимаясь починкой дорог и зданий. Они также возводили новые строения, включая величественную морскую стену, окружающую Остров Скорбей, не говоря уже о возрождении великой Ониксовой Башни. Мимолетная природа жизни в Землях Плоти обеспечила Стигию большим количеством новых рук, которые могли трудиться, прокладывать дороги или возвращать древние сокровища, унесенные безумием Вихря.

Именно в ходе восстановления Стигии имя Рыбников впервые стало широко известным среди обитателей Подземного Мира. Золотой Корабль Рыбников, доставляющий души к их Далекому Берегу Рая, часто появлялся у берегов Острова Скорбей, забирая с собой множество призраков, питавших надежды на лучшее существование. Кроме того, Рыбники возвели великий Храм на одном из холмов Острова Скорбей, который располагался внутри величественных новых стен Города. Они пришли к Харону и потребовали, чтобы он заплатил десятину их Храму. Харон выслушал их слова, но отказался делать это, сказав, что служит Владычице Судьбы и всему Миру Мертвых, а не Далеким Берегам. Встреча их продолжалась немало времени, и, в конце концов, Харон сделал мудрое предложение Рыбникам, сказав, что если они поделятся с ним Реликвиями, которые им удалось собрать, Харон передаст под опеку Рыбников все новые души, желающие добраться до Рая. Это соглашение, известное как Райский Договор, установило порядок в Стигии и закрепило взаимовыгодное сотрудничество между новой Империей и Рыбниками, численность которых постоянно росла.

Иерархия

Священные крестовые походы в Землях Быстрых позволили тысячам душ, как из числа христиан, так и из числа мусульман, пересечь Саван и войти в Земли Теней. При этом они продолжали хранить заветы своей веры, присоединяясь к соответствующим Легионам прямо с залитых кровью полей сражений и из осажденных, пылающих городов. В те времена удивительная ситуация, когда христиане и мусульмане одновременно пытались продолжить свое противостояние даже по эту сторону Савана, и, в то же время, помогали Нудри и его последователям восстанавливать и прокладывать новые дороги Стигии, была не такой уж и редкой. Более того, некоторые из них даже вступали в ряды стигийской армии, отбрасывая былые разногласия и сражаясь плечом к плечу с бродячими бандами Ренегатов и Спектрами.

По мере того, как менялся образ жизни в Землях Плоти, Харон изменял Империю Стигии, которая все больше напоминала одно из европейских королевств. Для этого он основал Иерархию, краеугольным камнем которой стали обычаи и нравы владений Быстрых, в соответствии с коими призраки должны были знать свое место в этом мире так же, как они знали его в Мире Живых, избегая тем самым лживых искушений Забвения. Так появилась Иерархия, на вершине которой стояли Харон и его Владыки Смерти, за которыми, в свою очередь, следовали Легионеры и Рыцари (которых некогда именовали Всадниками), а также те Перевозчики, которые сохранили верность Харону. Самые низкие ступени этой лестницы суждено было занять тем призракам, которых именовали Невольниками, несчастным крепостным душам, закованным в цепи из стигийской стали, которых представители правящего сословия использовали в качестве рабов или же своеобразных средств платы.

Подобно тому, как королевства Быстрых стремились организовать работу ремесленников и представителей различных профессий с помощью своеобразных объединений, предназначенных для сохранения и распространения доступных им умений, как среди их числа, так и среди простого люда, Харон также решил упорядочить существование тех призраков, которые обладали особенными Арканои, чтобы они стали полноправными членами общества Стигии и были должным образом защищены от чужаков. В результате этого, свободные призраки, обладающие определенными талантами и связями, смогли присоединиться к различным Гильдиям, которые должны были контролировать использование их способностей, как в Мире Мертвых, так и в Мире Живых. В конечном счете, представители Гильдии заняли свое место в Иерархии, следуя сразу же за Рыцарями и Легионерами.

Скакуны Легионов   Обычно духи животных не пересекают Саван. В Землях Теней у этого правила было всего одно исключение: исполинские черные жеребцы, которые некогда скитались по топким берегам Реки Мертвых. Прирученные самим Хароном в давно забытые дни, они с незапамятных времен служили Владыкам Смерти и элитным частям Легионеров, именуемым Всадниками. Достаточно любопытно то, что эти скакуны не погружаются в Дрему и не требуют пищи, и никто из призраков не знает, каким образом они поддерживали свое существование на протяжении всех этих веков. Известно лишь то, что они исключительно опасны в сражении, способны мчаться быстрее ветра, и безукоризненно верны избранным ими хозяевам.

Второй Великий Вихрь

В год Господа нашего 1347 Великая Чума опустилась на королевства Европы, забирая тысячи тысяч жизней; она не испытывала снисхождения ни к правителям, ни крестьянам, пожирая целые семьи и селения, и, вскоре, сам воздух этих земель пропитался зловонием смерти и болезни. Души начали пересекать Саван с тревожной быстротой, что возвещало близость второго Вихря, вызванного резким приливом страданий и горя. Призраки, скопившиеся в Землях Теней, представляли собой удивительное смешение сословий и профессий, которое вряд ли можно было представить себе в Мире Живых. Многие из Неупокоенных Мертвецов все еще были покрыты шрамами и нарывами, оставшимися после кошмарной болезни, которая привела их сюда.

В этот раз Стигия выстояла. Харон и новая Иерархия не стали для новоприбывших призраков чем-то чужим и непонятным, и, благодаря этому, они быстро привыкли к своему новому существованию в Землях Теней. Великая морская стена оказалась достаточно прочной, дороги, на этот раз, не подверглись тем ужасающим разрушениям, которые сопровождали Первый Великий Вихрь, а Всадники и призраки-Рыцари быстро и эффективно рассеяли ряды вырвавшихся из Лабиринта Спектров. Учитывая то, что новые души прибывали в невиданных ранее количествах, Харон решил провести перепись всех подданных Стигии, после чего обложил их десятиной для того, чтобы поспособствовать росту Империи, которая должна была удовлетворять потребности этих новых душ.

Кодекс Мертвых   Диктум Мортум или Кодекс Мертвых был создан Хароном для того, чтобы положить конец злоупотреблениям силами призраков, которые процветали в Темные Века. Хотя он занимает множество томов, суть его сформулирована еще в преамбуле, часть которой приведена здесь: Я, Харон, Император Стигии, властью, данной мне Владычицей Судьбы, устанавливаю эти законы, дабы они служили поддержанию порядка между этим миром и нашим былым пристанищем; чтобы ни один призрак, ни при каких обстоятельствах и вне зависимости от причин не пересекал барьер, разделяющий Земли Мертвых и Земли Быстрых; чтобы ни один из них не вступал в какие-либо отношения с тем, кто еще жив, или говорил с Быстрыми о событиях, которым еще должно свершиться; чтобы ни один из них не смел угрожать, беспокоить, ранить или как-либо еще принуждать тех, кто находится в Землях Живых, к выполнению повелений тех, кто пребывает в Мире Мертвых; чтобы ни один из них не смел внушать тем, кто находится в Землях Живых, желание или повеление отнимать жизнь, независимо от того, свою или чью-либо еще, дабы повлиять на переход одного или более Быстрых в Землю Мертвых, будь то друг или враг, родитель, ребенок или возлюбленный... -Из книги Квентина Эндрю Макалая, глава 7, там же

Мятеж и Предательство

Известия о десятине разгневали лидера Рыбников, именующегося Архиепископом, который добился аудиенции у Харона. Он потребовал, чтобы Император уменьшил десятину для Рыбников, которые на тот момент представляли собой самое большое объединение призраков Стигии, обладающее своими собственными рыцарями-Крестоносцами и епископами Смерти. Харон хорошо представлял себе мощь Рыбников и понимал, что они могут стать настоящей угрозой для успешного перемещения душ на Далекие Берега, так как агенты Рыбников использовали не самые честные средства и рассказывали призракам далеко не всю правду о своих целях, стремясь лишь к пополнению своих рядов новыми душами. Именно поэтому Харон отказался подчиняться требованиям Архиепископа, приказав распустить ряды Крестоносцев и удвоить десятину для Рыбников.

На протяжении многих месяцев, Храм Рыбников возвышался темной громадой на вершине одного из холмов, расположенного на окраине Стигии, где его продолжали охранять непокорные Крестоносцы, открыто нарушающие распоряжение Харона. Однако вскоре по Стигии прошел слух о том, что Крестоносцы собрали большой отряд воинов и отправились к Ониксовой Башне, напав на дворцовую стражу Харона, состоящую из Всадников. Тем не менее, Крестоносцы не знали, что один из их числа отказался последовать за своими надменными собратьями. Он бежал из расположения Крестоносцев и поведал об их планах Всадникам, которые приготовились к приближению отряда безумцев и стащили их со скакунов, после чего повесили на пылающих цепях, свисавших с вершины маяка. Там тела этих предателей пылали на протяжении семи дней.

После этого, Харон и его Всадники отправились в Храм Рыбников и обнаружили там огромное количество сокровищ и Реликвий, обещанных Императору Рыбниками, но сокрытых ими в нарушение Райского Договора. Разгневанный подобным беззаконием, Харон отправил своих самых верных Рыцарей на Далекие Берега, чтобы те поговорили с Сияющими, которые находились там, после чего издал указ, в соответствии с которым все Сияющие, пребывающие на Острове Скорбей, должны были отправиться на Далекие Берега со следующим приливом.

Прошло несколько часов, и среди холмов разнесся звук великого приливного гонга Острова Скорбей. Из всех портов и гаваней, на каждой доступной лодке, плоту и скифе, Сияющие покидали Остров Скорбей в ходе великого Очищения. Все судна были забиты до отказа, и Сияющие уходили по водам Моря-без-Солнца к Далеким Берегам, сжимая в руках все, что они смогли унести из своих прежних домов в Великом Городе, провожаемые лишь заревом пожаров, которые охватили их храмы.

Еретики

Спустя некоторое время Рыцари вернулись из своего путешествия по Морю-без-Солнца, и в сердцах их царило замешательство и печаль, ибо им суждено было принести Харону крайне прискорбные известия. Далекие Берега перестали быть тем, чем они когда-то были, ибо теперь их сложно было назвать чудесными королевствами безмятежности и спокойствия. Сияющие отринули заветы Харона и Владычицы Судьбы, забыв о своих обязанностях на Далеких Берегах, и требуя одной лишь покорности от несчастных, отчаявшихся душ, стенающих от ужасных мук и страданий, вызванных бездумной и капризной жестокостью Сияющих. Более того, множество душ попросту оказывались брошенными, ибо верующие, которые в поисках успокоения с огромным риском преодолевали воды Моря-без-Солнца, становились бессловесной скотиной, загнанной в краали и брошенной там на произвол судьбы! Одна лишь мысль о тех столетиях, на протяжении которых эти развращенные властью и жадностью чудовища лишали своих подопечных уготованного им покоя в земле обетованной, в результате чего все они оказались лишены даже гипотетической возможности Вознесения, вызвала у Харона безмерную печаль. Он доверял этим Сияющим, некоторые из которых были первыми его Перевозчиками, но они предали его, предали ради безумного упоения мимолетной и жалкой властью.

Харон удалился в свои личные палаты и на протяжении многих недель никто не видел его. Многие в Стигии опасались худшего, ибо новости о преступлениях Сияющих могли вызвать у него такое беспросветное отчаяние, что его душа оказалась бы навсегда потеряна в глубинах Забвения. В конце концов, Харон появился на своем балконе и обратился к Стигии с Воззванием Разума, проклиная Сияющих и всех подобных им на все грядущие времена:

Поскольку Перевозчики, именуемые Сияющими, нарушили принесенную ими Клятву направлять души в королевства Вознесения; отринули обязательства, предписывающие им бороться с Забвением и, вместо этого, подвергли мучениям и унижениям невинные души, преследуя при этом свои собственные корыстные цели; сговорились друг с другом для того, чтобы обманывать, соблазнять и обращать в свою веру посредством лживых слов, уводя ничего не подозревающие души от истинного света, живущего в их сердцах; мы больше не собираемся предоставлять им аудиенцию, разрешать свободный проход или даровать помощь в Землях Теней. В силу этого, мы нарекаем Сияющих и всех тех, кто хранит им верность, Еретиками и, в соответствии с велениями Владычицы Судьбы, посвящаем свое существование их окончательному и неотвратимому уничтожению.







Сейчас читают про: