double arrow

ЯВЛЕНИЕ X


К е р у б и н о, С ю з а н н а, Ф и г а р о, г р ф и н я, г р а ф, Ф а н ш е т т а, Б а з и л ь, т о л п а с л у г, к р е с т ь я н о к и к р е с т ь я н, одетых во все белое.

Ф и г а р о (держа в руках женский головной убор с белыми перьями и лентами, обращается к графине). Ваше сиятельство, вы одна можете добиться для нас этой милости.

Г р а ф и н я. Видите, граф, они приписывают мне влияние, каким на самом деле я не пользуюсь, но так как в их просьбе ничего неблагоразумного нет...

Г р а ф (в замешательстве). Надо, чтобы она была вполне благоразумна.

Ф и г а р о (тихо Сюзанне). Поддержи меня.

С ю з а н н а (тихо Фигаро). Это бесполезно.

Ф и г а р о (тихо). А все-таки попытайся.

Г р а ф (Фигаро). Чего же вы хотите?

Ф и г а р о. Ваше сиятельство, ваши вассалы, благодарные вам за то, что вы в знак любви к ее сиятельству отменили одно ненавистное право...

Г р а ф. Ну да, этого права уже не существует, что же дальше?

Ф и г а р о (лукаво). Так пусть, наконец, воссияет, добродетель такого достойного господина! Сегодня я особенно ее оценил, и мне бы хотелось прославить ее первому на моей свадьбе.

Г р а ф (в крайнем замешательстве). Полно, друг мой! Отмена постыдного права -- это дело чести. Испанец может стремиться пленить красавицу настойчивыми ухаживаниями, но требовать от нее первых, наиболее сладостных ласк как некоей рабской дани, -- о, это тирания, достойная вандала, а не законное право благородного кастильца!

Ф и г а р о (берет Сюзанну за руку). Позвольте же юному этому существу, коего честь находится под охраной вашего целомудрия, получить из ваших рук в присутствии всех девственный убор, украшенный белыми перьями и лентами, символ чистоты ваших намерений. Соблаговолите установить этот обряд для всех брачующихся, и пусть стихотворение, которое мы споем хором, навеки запечатлеет в памяти...

Г р а ф (в замешательстве). Если б я не знал, что влюбленным наравне со стихотворцами и музыкантами прощаются всяческие сумасбродства...

Ф и г а р о. Друзья, поддержите меня!

В с е. Ваше сиятельство! Ваше сиятельство!

С ю з а н н а (графу). Зачем же уклоняться от прославлений, столь вами заслуженных?

Г р а ф (в сторону). Коварная!

Ф и г а р о. Взгляните на нее, ваше сиятельство: такая красивая невеста -- это лучшее доказательство величия вашей жертвы.

С ю з а н н а. Оставьте в покое мою наружность -- не будем восхвалять ничего, кроме добродетели его сиятельства.

Г р а ф (в сторону). Все разыграно, как по нотам.

Г р а ф и н я. Я присоединяюсь к ним, граф. Этот обряд будет мне вечно дорог, оттого что своим возникновением он обязан той нежной любви, какою вы некогда любили меня.

Г р а ф. И какою я люблю вас поныне. Только ради нее я изъявляю свое согласие. В с е. Виват!

Г р а ф (в сторону). Я попался. (Вслух.) Я бы только хотел для пущей торжественности отложить празднество до вечера (В сторону.) Скорей послать за Марселиной!

Ф и г а р о (Керубино). А что же ты, шалунишка, не радуешься?

С ю з а н н а. Он в отчаянии: граф отсылает его.

Г р а ф и н я. Граф, простите его!

Г р а ф. Он этого не заслуживает.

Г р а ф и н я. Ах, он еще так молод!

Г р а ф. Вовсе не так молод, как вам кажется.

К е р у б и н о (дрожа). Я не думаю, чтобы вы, ваше сиятельство, женившись на графине, упразднили право сеньора -великодушно прощать.

Г р а ф и н я. Граф упразднил только то право, которое составляло несчастье всех ему подвластных.

С ю з а н н а. Если бы даже его сиятельство и лишил ce6я права миловать, то затем он, конечно, именно его в первую голову пожелал бы тайно восстановить.

Г р а ф (в замешательстве). Разумеется.

Г р а ф и н я. Почему?

К е р у б и н о (графу). Это правда, ваше сиятельство, поведение мое было легкомысленно, но чтобы я когда-нибудь проговорился...

Г р а ф (в замешательстве). Ну-ну, довольно...

Ф и г а р о. О чем это он?

Г р а ф (поспешно). Довольно, довольно. Раз все просят, чтобы я его простил, то я согласен, и даже больше: я произвожу его в офицеры моего полка.

В с е. Виват!

Г р а ф. С условием, однакож, что он немедленно отправится к месту его расположения -- в Каталонию.

Ф и г а р о. Ах, ваше сиятельство, нельзя ли до завтра?

Г р а ф (настойчиво). Я так хочу.

К е р у б и н о. Слушаюсь.

Г р а ф. Проститесь с вашей крестной и попросите у нее благословения.

Керубино становится перед графиней на одно колено н не может выговорить ни слова.

Г р а ф и н я (в волнении). Так как вам не разрешают остаться даже на сегодня, то поезжайте, молодой человек. Вас ожидают новые обязанности, исполняйте же их добросовестно. Покажите, что вы достойны чести, которую вам оказал ваш благодетель. Вспоминайте этот дом, где все были так снисходительны к вашим молодым летам. Будьте послушным, честным и храбрым. Мы обещаем вам следить за вашими успехами.

Керубино встает и возвращается на прежнее место.

Г р а ф. Вы очень взволнованы, графиня!

Г р а ф и н я. Не отрицаю. Кто знает, что станется с мальчиком на таком опасном поприще? Он мой родственник и к тому же крестник.

Г р а ф (в сторону). Я вижу, что Базиль был прав. (Вслух.) Молодой человек, поцелуйте Сюзанну... в последний раз.

Ф и г а р о. Почему же в последний, ваше сиятельство? Он будет приезжать сюда на побывку. Поцелуй же и меня, капитан! (Целуется с ним.) Прощай, мой маленький Керубино! Теперь для тебя, малыш, начнется совсем другая жизнь. Да, брат, теперь тебе уже не сновать по целым дням на женской половине, конец пышкам, пирожным с кремом, конец пряткам и жмуркам. Дьявольщина! Вместо этого бравые солдаты, загорелые, оборванные, большое, тяжеленное ружье: на-пра-во, на-ле-во, марш вперед к славе, да гляди, не споткнись дорогой, а то один меткий выстрел -- и как раз...

С ю з а н н а. Да перестань! Какой ужас!

Г р а ф и н я. Хорошее напутствие!

Г р а ф. Где же Марселина? Странно, что она не с вами.

Ф а н ш е т т а. Она, ваше сиятельство, пошла проселочной дорогой, мимо фермы, в деревню.

Г р а ф. Когда же она вернется?

Б а з и л ь. Это уж как бог даст.

Ф и г а р о. Если б только он дал, чтоб он никогда этого не дал!..

Ф а н ш е т т а. Она шла под руку с господином доктором.

Г р а ф (живо). А доктор разве здесь?

Б а з и л ь. Она в него тотчас же вцепилась...

Г р а ф (в сторону). Он как нельзя более кстати.

Ф а н ш е т т а. Она, как видно, была чем-то очень недовольна: идет, а сама громко-громко говорит, потом остановится и давай размахивать руками, вот так... а господин доктор вот так на нее ладонью: успокойтесь, мол... Должно быть, уж очень она рассердилась. Все поминала моего двоюродного братца Фигаро.

Г р а ф (берет ее за подбородок). Будущего... двоюродного братца.

Ф а н ш е т т а (указывая на Керубино) Ваше сиятельство, а вы простили нас за вчерашнее?

Г р а ф (прерывая ее). Ступай, ступай малышка.

Ф и г а р о. Это все проклятая любовь мутит Марселину -- как бы она не испортила нам праздника!

Г р а ф (в сторону). Еще как испортит, будь спокоен! (Вслух.). Мы можем идти, графиня. Базиль, зайдите ко мне.

С ю з а н н а (Фигаро). Ты заглянешь ко мне, мой мальчик?

Ф и г а р о (тихо Сюзанне). Ну что, поддели мы его на удочку?

С ю з а н н а (тихо). Молодчина!

Все уходят.


Сейчас читают про: