В тупике. Грабители буйствуют

9. В тупике

 

– Стойте на месте! – крикнул полицейский.

« Чувак, – подумал я. – У нас нет выбора. Мы прижаты к стене».

– А теперь медленно повернитесь с поднятыми руками!

Не верится, что это происходит на самом деле.

Я посмотрел на высокую кирпичную стену передо мной, затем на Фрэнка.

– Хорошо, Мистер Всезнайка. Что нам теперь делать?

Он глубоко вздохнул.

– Не знаю, Джо. У тебя есть идеи?

– Можем притвориться невменяемыми.

– Это объяснит клоунские наряды.

Мы слышали за нашими спинами приближающиеся шаги копов.

– Руки вверх, парни!

Мы медленно начали поднимать руки.

– Без резких движений,– приказал офицер с низким голосом.

Это полный отстой.

Мне не хотелось, чтобы у меня сняли отпечатки пальцев, сфотографировали и бросили в тюремную камеру. И больше всего мне не хотелось, чтобы меня сфотографировали в клоунском гриме.

Так тупо.

– Вы имеете право хранить молчание.

Полицейские были примерно в пятнадцати футах позади нас.

– Всё, Фрэнк, – прошептал я брату. –Нас посадят в тюрьму.

– Нет, не посадят, – он кивнулнаверх. – Смотри.

С кирпичной стены свисала длинная веревочная лестница.

– Пора уходить!– Фрэнк, схватился за лестницу и полез наверх.

Я карабкался прямо за ним, просовывая большие ботинки сквозь верёвочные перекладины и подтягиваясь так быстро, насколько мог.

– Эй! Стойте!– крикнул один из полицейских.

– Они уходят!

Копы бросились к нам, хватаясь за качающуюся лестницу.

Но мы оказались проворнее их.

Ха!

Фрэнк исчез за стеной, приземлившись с другой стороны с громким стуком. Я перекинул ногу через верх и потянул за собой верёвочную лестницу. Полицейские подскочили и попыталисьсхватить её… но не успели.

– Вам, копы, никогда не достать нас живьём!– крикнул я, спрыгивая со стены.

Я тяжело приземлился с другой стороны, перекувыркнулся к ногам Фрэнка.

– «Вам, копы, никогда не достать нас живьём»? – спросил он, глядя на меня сверху вниз. – Ты что, гангстер?

Я пожал плечами.

– Всегда хотел это сказать.

Брат протянул руку и помог мне подняться. Затем мы обернулись, чтобы посмотреть, кто спас нас.

– Папа?

Отец стоял перед нами, скатывая верёвочную лестницу и качая головой.

Никто иной не мог удивить меня ещё больше.

«Папа? Пособничество,соучастие разыскиваемым преступникам? И папа?»

– Идите за мной, – не теряя времени, приказал он, махнул рукой и повёл нас мимо задней части ресторана, за угол, на улицу.

Его машина была припаркована у тротуара, двигатель всёещё работал.

– Запрыгивайте, клоуны.

Мы с Фрэнком нырнули на заднее сиденье. Папа быстро сел за руль и нажал на газ. Шины заскрипели по асфальту, мы рванули вниз по дороге. После нескольких крутых поворотов мывыехали из Бейпорта и помчались по шоссе.

– Спасибо, папа, – произнес я.

– Скажите себе спасибо, – ответил он. – Это ваша верёвочная лестница. Мне пришлось её прятать после вашего вчерашнего побега.

Он включил поворотник и вырулил на съезд с автострады.

– Куда мы едем?– спросил я.

– Назад в ваше убежище. Вы остановились в моей старой рыбацкой хижине, верно?

– Да,– сказал я. – Откуда ты знаешь?

– Я был детективом, забыл?

– Это сложно забыть,– протянул я, подмигивая брату.

– Кстати, хорошая маскировка.

Мы с Фрэнком расхохотались.

– Этот грим отвратителен,– проворчал я. – В бардачке есть салфетки?

Папа открыл бардачок и бросил нам пачку.

– Вот, держите.

Мы с Фрэнком сорвали парики и принялись стирать с лиц клоунский грим.

– Я получил твоё письмо, Фрэнк, – продолжил говорить папа, глядя на нас в зеркало заднего вида. – Мог быдогадаться, что вы не станете слушать инструкцийАППП.

Брат вздохнул.

– Ты ведь не сердишься на нас?

Отец покачал головой.

– Я знал, что вы не сможете просто прятаться и ничего не делать. Вы– Харди. Вы раскрываете преступления. Это у вас в крови.

– Мы идём по стопам нашего отца, – не устоял я.

– Эй, не пытайся повесить это на меня. Меня не разыскивают за ограбление.

– Нет, но теперь ты соучастник, – заметил Фрэнк.

– Верно.

Фрэнк и я сняли столько грима, сколько смогли. Без этой отвратительной косметики на лице я почувствовал себя заново рождённым.И мой бедный нос больше не болел от краснойрезины на нём.

– Вы сегодня видели подозреваемых?– спросил папа.

– Да, – помрачнел Фрэнк. – Мы поймали их с поличным, когда они грабили ювелирный магазин.

– Опиши их.

– Они выглядели точь-в-точь как мы с Джо. Один и тот же возраст. Тот же рост. Та же комплекция.

– Да, но мой двойник не настоящий блондин,– добавил я. – Его волосы неопрятны из-занеудачной покраски. Ониоднотонные и неестественные, не то что у меня.

– Спустись уже на землю,– простонал Фрэнк, закатывая глаза.

– Спустись ты на землю.

Нас перебил отец:

– Он прав, Фрэнк. Крашеные волосы– ключ к разгадке. Хорошее наблюдение, Джо.

Я ухмыльнулся Фрэнку.

– Ну, так расскажите мне, – продолжал папа. – Что случилось после того, как вы застали их за ограблением магазина?

Мы с Фрэнком переглянулись и вздохнули.

– Они сбили нас с ног и убежали, – признался я.

– Джо застрял под витриной, – засмеялся Фрэнк.

– Не смешно. У меня на локте синяк.

Папа усмехнулся.

– Ну, тысможешь подлечиться в хижине. Эти большие злые задирывас там не найдут.

Я взглянул на брата.

– Может, надо сказать папе о письме?

– Какое письмо? – нахмурился папа.

– Подозреваемые каким-то образом получили наш новый адрес электронной почты, – объяснил я и рассказал о сообщении, которое мы получили вчера вечером от «Фрэнка» и «Джо». – Они назвали нас «гадкие мерзкие стукачи»и сказали:«Мы знаем, где вы прячетесь».

Лицо отца побледнело.

– Гадкие мерзкие стукачи?

– Ага.

Он ничего не сказал, но я видел, что он расстроен.

– Что случилось, папа?

Он прочистил горло.

– Мне кажется, я знаю, кто эти самозванцы.

Мы с Фрэнком подскочили на своих местах.

– Кто?

Папа глубоко вздохнул.

– Это долгая история.И началась она очень давно… прежде чем вы родились.

Я озадаченно посмотрел на Фрэнка.

Что всё это значит? Неужели у папы какие-то проблемы?

Отец продолжал:

– Я вступил в полицейские ряды сразу после женитьбы на вашей матери. Чёрт, как я любил свою работу. И я любил своего напарника. Его звали Джейк Йохансен, и он был бывшей звездой футболаиз Бостона. С момента нашей первой встречи мы стали лучшими друзьями. Мы всё делаливместе – рыбачили, играли в мяч, ездили семьями на пикники. Наши жёны тоже стали хорошими подругами.Они обе забеременели одновременно. Да, это были сказочные дни. Наши семьи были двапортрета с одной газеты. У каждого из нас было по два мальчика и многообещающая карьера в полиции.

Папа помолчал.

– Вот тогда-то всёначало рушиться.

Он уставился на дорогу и больше ничего не сказал. Я нервно глянул на брата.

– Что случилось, папа?– спросил я.

Он вздохнул.

– С мест преступлений, которые мы расследовали, начали исчезать вещи. Деньги, драгоценности, часы. Сначала я подумал, что люди, причастные к преступлениям, лгут о кражах. Всё-таки большинство из них были преступниками. Но потом якак-то мельком увидел содержимое шкафчика Джейка. Он былзаполнен украденными вещами. Думаю, ему нравилось рисковать, воруя прямо под нашим носом. Ноигра закончилась – я понял, что мой напарник, мой лучший друг был вором.

– Что ты сделал?

Папа нахмурился.

– Я не хотел сдавать Джейка, поэтому попытался поговорить с ним об этом, дать ему возможность исправиться. Сначала он всё отрицал. В конце концов, он признал, что у него, может быть,есть проблема – какое-то безумное желание украсть. Он обещал мне, что проконсультируется с профессионалом. Он также пообещал, что больше никогда не будет воровать.

– Дай угадаю, – встрял я. – Он солгал.

Отец кивнул.

– Во всяком случае, стало только хуже. Он даже начал воровать улики из полицейского участка. Оказалось, что подозреваемые платили ему. Он саботировал дела ибогател. Через несколько месяцев я уже не мог этого выносить.

– Ты сдал его?

Отец медленно кивнул.

– Иво время следствия ядаже давал против него показания.

Я посмотрел на Фрэнка.

– Наверное, тебе было нелегко, папа. Давать показания против своего лучшего друга.

Папа вздохнул.

– Он был не в себе. Ты прав, действительно ужаснобыло видеть, как он катится по наклонной. На суде он сошёл с ума, кричал и орал на меня, называл «гадким мерзким стукачом». Когдаего выволокли из зала суда, он посмотрел на меня и сказал: «Я доберусь до тебя, Харди. До тебя и до твоей маленькой семьи».

Я покачал головой.

– Ничего себе.

– Да… ничего себе, – повторил папа. – Я никогда не рассказывал вам об этом, потому что… не знаю, вы были младенцами. Джейка посадили в тюрьму на севере штата, а его жена и дети– двое маленьких мальчиков, как вы,– переехали. У меня никогда не было причин поднимать эту тему.

Некоторое время мы сидели молча. Отец свернул на дорогу, ведущую к озеру Миднайт, и по ухабистой колее направил машину к хижине.

– Значит, Джейк уже вышел из тюрьмы?– спросил я.

– Его выпустили много лет назад, – ответил папа. – Я слышал, что он переехал в Калифорнию.

– И ты думаешь, он подговорил своих детей отомстить нашей семье?

Папа мрачно кивнул.

– Я тут кое о чём подумал, – вступил в разговор Фрэнк, наклоняясь вперёд. – Вы с Джейком вместе ходили на рыбалку. Значит, он знает о хижине?

– Да. Раньше мы рыбачили здесь каждые выходные.

– Значит, возможно, это не самое лучшее убежище, – продолжил мысль Фрэнк, – хотя она и идеальна.

– Да, не лучшее, – согласился папа. –Только если вы не хотите поймать их.

– Так ты предлагаешь...

– Я предлагаю устроить ловушку до того, как они доберутся сюда.

Так держать, папа!

Я знал, что он хочет, чтобы мы сами поймали этих гадов.

Подъехав к дому, отец припарковал машину и открыл дверцу. Мы с Фрэнком выскочили из машины и буквально за пять секунд сорвали с себя клоунскую одежду. Я с облегчением ощутил обволакивающий ноги свежий воздух.

– Где ваши мотоциклы?– спросил папа, направляясь к двери хижины.

– Мы спрятали их за домом, – ответил я. –Давай, пап, расскажи нам, как подготовиться к гостям? Установим какие-нибудь ловушки? Шокируем их засадой?

Отец распахнул дверь, шагнул внутрь и резко остановился.

– Ну, шокировать их мы не сможем.

– Почему? В смысле?

Мы с Фрэнком заглянули в хижину.

– Не может быть… – простонал брат.

Дом был полностью разгромлен. Вся мебель перевёрнута. Рюкзаки опустошены, их содержимое разбросано по полу. Даже кухонные ящики вырваны с корнем.

Но это ещё не самое худшее.

Вандалы разрисовали баллончиками все стены. Огромными пятнистыми буквами были выведены слова «виновны», «разыскиваются» и «гадкие мерзкие стукачи».

Но самым жутким было сообщение над камином:

ВЫ ТРУПЫ

 

ГРАБИТЕЛИ БУЙСТВУЮТ!