double arrow

Русская философия XIX— начала ХХ века. Философия свободы Н.А. Бердяева


Философия всеединства В.С. Соловьева

Владимир Сергеевич Соловьев (1853—1900)был сыном известного отечественного историка С.М. Соловьева. Получив прекрасное и разносторонне образование, В.С. Соловьев стал одним из крупнейших отечественных философов, создавших оригинальную и вполне законченную философскую систему (некоторые историки философии считают, что именно с Соловьева началась в Россия профессиональная философия).

В.С. Соловьев по­пытался создать целостную мировоззренческую систему, которая связала бы воедино запросы религиозной и социальной жизни человека. Основой такого мировоззрения, по замыслам Соловьева, долж­но стать христианство, в совокупности всех христианских конфессий.

Владимир Соловьев считается основоположником философии всеединства. В основе его идеи всеединства лежит славянофильская идея соборности, но у Соловьева эта идея принимает поистине космический масштаб.

По его учению, сущее есть единое, всеобъемлющее. Всеединство — это совокупность человека, природы и Бога. Низший и высший уровни бытия взаимо­связаны, так как низшее обнаруживает свое тяготение к высшему, а каждое высшее «вбирает в себя» низшее (здесь сказалось увлечение Соловьева каббалой, согласно которой то, что находится вверху, отражает то, что находится внизу).




Соловьев разделяет мир на «идеи» и «мировую душу», которые находятся в диалектическом взаимодействии. Эта вечная божественная идея в системе Соловьева получила названиеСофии — мудрости. София — ключевое понятие системы Соловьева, поэтому его учение носит также название софиологии.

В гносеологическом аспекте принцип всеединства реализу­ется через концепциюцельного знания, представляющего собой неразрывную взаимосвязь трех разновидностей этого знания: эмпирического (научного), рационального (философского) и мистичес­кого (созерцательно-религиозного).

На рубеже XIX—ХХ вв. русская культура переживает свой подъем, в том числе подъем испытывает и отечественная философия. Появляется большое число самостоятельных и оригинальных мыслителей, которые не только воспринимали опыт западных коллег, но и сами оказывали влияние на западную философию.

Однако следует обозначить одно характерное отличие отечественно философии — она имела ярко выраженный религиозный характер. Собственно, именно по этой причине русская философия указанного периода именуется религиозной. Еще одной особенностью русской философии была ее литературность, публицистичность. Наиболее ярким представителем такого стиля был интереснейший мыслитель Василий Васильевич Розанов (1856—1919).

Основой философской позиции Розанова стала его попытка осмыслить значение христианства, решить проблему соотношения Бога и мира.



Розанова не устраивало то, что христианство призывало отвернуться от радости жизни, от плоти, от семьи, от пола. Таким образом, объектом философского внимания мыслителя становится бытовая сторона человеческой жизни, его интересует человек как носитель не только духа, но — в большей степени — плоти. И здесь его позиции радикально расходятся с христианским толкованием проблемы тела. В своих сочинениях, написанных нарочито провокационным стилем, — «Опавшие листья» (1913—1915), «Люди лунного света» (1911), «Уединенное» (1912), «Апокалипсис нашего времени» (1917—1918) — Розанов критикует христианство за его стремление к страданиям и игнорирование мирских радостей. По мнению философа, христианство акцентирует внимание на страданиях Христа на Голгофе и не замечает обыкновенной материнской радости в Вифлееме.

Для Розанова объектом внимания становится половая жизнь человека, которой он придавал огромное значение. Чтобы осмыслить проблему пола, Розанов обратился к мистическому наследию иудеев — Ветхому Завету.

Чрезвычайно крупным явлением в русской и мировой философии была деятельность Льва Исааковича Шестова (1866—1938), популярного на западе мыслителя, оригинального писателя.

Шестов в свое время испытал серьезное влияние Кьеркегора и Ницше. В свое время его книги даже запрещали читать молодежи, но тем острее был искус познакомиться с резкими, спорными утверждениями Шестова.



Шестова можно с полным правом назвать русским экзистенциалистом (в свое время он оказал влияние на Хайдеггера). Позиция мыслителя заключается в следующем. Человеческая культура следует в своем развитии двум традициям — афинской и иерусалимской, т.е. эллинистической (рациональной) и богооткровенной. Для философа нет сомнения, что афинская разумность толкает человека на утверждение собственной независимости от Бога, свергает в конечном счете саму идею Бога, поскольку развивает в нем чувство неверия, сомнения. Этому должно противостоять истинное религиозное сознание, и даже не сознание — человек должен жить истинной верой, без оглядки на рацио, разум, который ограничен и не способен познать многообразие мира.

Значительный след в истории философии оставил замечательный отечественный мыслитель Иван Александрович Ильин (1883—1954). Несмотря на то, что Ильин начал свою философскую деятельность в рамках академизма, вскоре, под влиянием идей христианства, точнее, православия, мыслитель сосредоточил свое внимание в большей степени на вопросах нравственности.

Здесь перед Ильиным стала проблема борьбы со злом. Болезненно пережив революцию в России, Ильин стал идеологом белого движения. В этих условиях он создает свой знаменитый труд «О сопротивлении злу силой» (1925). Ильин подвергает критике этическую установку Толстого о непротивлении злу силой, который утверждал, что лучше быть убитым, нежели «пустить в ход насилие».

Как же решить эту этическую проблему: с помощью насилия искоренять насилие?

Ильин определяет природу зла как отвращенность от Божественного мира, от Бога. Поэтому, сущность всякой религии — в самоограничении. Только ограничивая себя, можно отказаться от дурных привычек, греховных поступков и т.д. Другими словами, Ильин поднимает тему о самопринуждении. Однако не все люди способны к такому самоограничению. Поэтому к ним необходимо применить принуждение, которое вовсе не является насилием. Насилие исходит от злой души и не контролируется. Принуждение же исходит из доброжелательности, его цель поддержать неокрепшую морально душу. Исходя из этих позиций, Ильин считал, что физическое принуждение не только возможно, но и необходимо для ограничения «злых» людей.

Николай Александрович Бердяев (1874—1948) начинал свой философский путь как марксист. Однако скоро у него начались идейные разногласия с марксизмом. Бердяев так же, как и марксисты, считал, что мир, наполненный несправедливостью и ложью, должен быть изменен. Однако эти изменения, по его мнения, должны были носить не социальный характер, а этический: мир должен измениться на основе свободы и творческого акта человека.

В своей работе «Философия свободы» (1911) Бердяев говорит о том, что свобода есть самостоятельное явление, а не творение Бога: Бог тоже действует в порядке свободы. Таким образом, свобода — понятие у Бердяева сугубо духовное. Последовательно развивая эту персоналистскую идею, в дальнейшем философ придет к новой, религиозной антропологии, очерченной им в книге «О назначении человека» (1931). Согласно этой антропологии человек располагается в трех планах бытия: божественном, природном и дьявольском.

Наиболее четко философская позиция Н.А. Бердяева нашла свое выражение в его сочинении «Смысл творчества. Опыт оправдания человека» (1916). Творчество, в понимании философа, есть чистое выражение свободы. Творческий акт ничем не детерминирован — творчество всегда есть творение из ничего, и здесь Бердяев сближает человека и Бога. Именно творчество, а не покаяние, есть спасение человека. Творчество является высшим выражением внутренних сил человека, открывает перед человеком новое бытие, новую жизнь Однако в творчестве заложен и трагический момент. Дело в том, что творчество всегда материализуется, находит свое выражение в форме (ваяние, живопись и т.д.), а форма всегда ограничена и не может выразить полноту творческого замысла. Таким образом, можно даже говорить о несоответствии между творческим замыслом и его воплощением (схожие идеи будут развивать в рамках французской школы структурализма и семиотика, в частности, у Ролана Барта). Настоящей же трагедией творчества является тот факт, что творец всегда одинок, потому что творчество всегда индивидуально. Оно не может быть коллективным. Однако следует особо подчеркнуть, что одиночество у Бердяева не носит эгоцентрический характер.







Сейчас читают про: