double arrow

Понятие травмы


В очень узкой формулировке мы можем обозначить травму как прерванное действие, попытка борьбы или побега, предпринятая в угрожающий момент, но так и нереализованная. Действие, прерванное в угрожающей ситуации, которое мы запланировали выполнить, но по внешним и внутренним причинам не смогли этого сделать.

По узкой улице навстречу нам мчится автомобиль. Мы пытаемся сманеврировать, но столкновение неизбежно. Перед прямой угрозой жизни наш организм предоставляет все имеющиеся «защитные рефлексы»: мускулатура и органы чувств максимально напряжена. Благодаря этому во многих случаях мы можем на удивление ясно оценить происходящее и найти наиболее приемлемый выход. Но нередко люди внутренне «покидают» опасную ситуацию. Им кажется, что они парят над происходящим и наблюдают за всем со стороны, и устрашающее действие пространственно сдвигается и воспринимается на значительно удаленном от человека расстоянии.

Часто в угрожающей ситуации мы утрачиваем способность, предотвращать трагедию или бороться, впадаем в ступор. В этом случае наше внешнее действие, которым мы пытаемся предотвратить неизбежное, прерывается и оказывается бесполезным, т.к. больше не ведет к цели. Внутри же нас продолжается борьба за выживание. Мобилизуется невероятный запас сил. Каскад нервных гормонов на короткое время способствует невосприимчивости к боли. Наше восприятие изменяется, так как мы оказываемся в новой, казалось бы, невозможной для нас, ситуации. Многие испытывают чувство нереальности: «Это всего лишь фильм или плохой сон; это скоро закончится, и мы с облегчением проснёмся; этого не может быть на самом деле». Ощущение времени растягивается. Доли секунды преобразуются во внутреннем переживании человека в минуты и часы. В то время как они неизбежно убегают, у некоторых людей перед внутренним взором, как в фильме, проплывают важнейшие события их жизни.




Тому, кто пережил горестное событие, сложно вернуться к прежней действительности. Люди опасаются выглядеть не совсем нормальными и избегают разговоров о пережитом даже с теми, кому они доверяют, из-за страха, что их посчитают сумасшедшими. Выжившим в катастрофе людям кажется, что они заглянули в иной мир. Возникает пропасть. Здесь - привычный повседневный мир и человек, которым вы до сих пор были. Там – опыт того, что всё, считавшееся надёжным и незыблемым, может в один миг разрушиться. В ситуации отсутствия каких-либо внешних гарантий защищённости и сам человек оказывается способным лишь на беспомощное ожидание неизбежного. Как в кошмарном сне, в котором пытаешься убежать, но тело не слушается команд. Это переживание немыслимого, «безымянного ужаса» стоит внутри переживания «прерванного действия», в центре травмы.



Вновь стать способным к действиям, обрести контроль над переживаниями и поведением, объяснить необъяснимое, назвать и понять безымянное, включить это, наконец, в нашу жизнь и благодаря этому изменить её – всё это является преодолением травмы. Мы следуем при этом естественной тенденции самолечения, соответствующей заживлению телесных ран: остановка крови предшествует восстановлению повреждений, и лишь потом затягивается кожа. Как при телесных, так и при душевных ранах мы находимся в неустойчивом, легко ранимом состоянии. Подвергая себя дальнейшему стрессу, мы можем, образно говоря, заразить рану. Не желая того, действия окружающих людей или даже наши собственные могут способствовать открытию раны. Некоторые принимаемые нами меры временно облегчают наше состояние. В конечном итоге могут оказаться повреждающими: сильное «бинтование» (изоляция нашей «раненной» части души) обязательно перекроет поток «крови» (живительный поток), приводя к образованию некротических участков. Заживление телесных и душевных ран требует определённого времени. Из-за нетерпеливости мы преждевременно нагружаем повреждённую часть нашей души. Психическое давление (вроде «добрых» советов забыть или прекратить думать о случившемся и т. д.) не только не ускорит процесс восстановления, но может его даже существенно замедлить. Мы вполне можем довериться нашему естественному процессу душевного восстановления или «самолечения» при наличии определённых знаний в области лечения психических ран. Чувства защищённости и покоя образуют так называемые бинт и пластырь, оберегающие душевную рану. Самосознание – это лечебная сила, способная закрыть рану. Повышенная активность, «добрые» советы и торопливые предложения для лечения могут, напротив, помешать нашему естественному процессу самолечения.



Целенаправленное содействие в фазе восстановления способно привести к достижению абсолютного успеха в лечении при минимальных затратах.







Сейчас читают про: