ШУЛЬЦЕ—ШУППЕ



кроме того, что дают ему чувства» («Bibliothek der deutschen Aufklarer des achtzehnten Jahrhunderts», H. 3, В., 1846, S. 23). Проповедовал свободу совести. В работе «Доказательство простирающегося до неба различия между моралью и религией...» («Erweis des himmelweiten Unterschieds der Moral von der Reli­gion...», Fr./M.— Lpz., 1788) доказывал, что разум и природа служат более надежным источником нравств. поступков, чем религия. Мораль имеет естеств. осно­вание и не нуждается в божеств, санкции.

В работе «Разоблаченный Моисей Мендельсон, или Полное объяснение непонятной смертельной досады М. Мендельсона по поводу известия об атеизме Лессинга» Ш., считая Спинозу атеистом, расценивал спинозизм Лессинга как атеизм.

Соч.: Versuch einer Anlcitung zur Sittenlehre fur alle Menschen, В., 1783.

Лит.: Гулыга А. В., Из истории нем. материализма, М., 1962 (по имен, указат.).

О. Фипгер. ГДР. Б. Мееровский. Москва. ШУЛЬЦЕ (Schulze), Готлоб Эрнст (по прозвищу Э н е з и д е м, Aenesidemuf, по названию его произ­ведения) (23 авг. 1761 —14 янв. 1833) — философ-агно­стик, известен как критик Канта; проф. в Виттен-берге, Хельмштедте и Гёттингене, где у него учился Шопенгауэр. Гл. возражение Ш. против кантовской философии (высказанное ранее Якоби) заключается в том, что она неправомерно, с т. зр. заявленных ею принципов, расширяет сферу действия причинности.-

Согласно Ш., Канту не удалось опровергнуть ни субъективный идеализм Беркли, ни скептицизм Юма. Кант не доказал, что нечто, находящееся вне нашего разума, должно быть признано за «вещь в себе», отлич­ную от нашей души, ибо «единственное основание всего нашего познания» («Aenesidemus...», 1792, В., 1911, S. 200) есть, по Ш., ощущение. Учение Канта о «ве­щи в себе», по мнению Ш., «догматично» и есть непоследоват. уступка материализму. С др. сто­роны, обоснование априорного также, с т. зр. Ш., неубедительно, поскольку целиком покоится на «дог­матическом» утверждении, будто априорность следу­ет из невозможности мыслить иначе. Т. о., Ш. «...от­крыто защищает скептическую линию в философии..., решительно отвергает всякую вещь в себе и возмож­ность объективного знания...» (Л е н и н В. И., Соч., т. 14, с. 128; ср. с. 129, 173, 182—84).

Соч.: Kritik der theoretischen Philosophic, Bd 1—2, Hamb., 1801.

Лит.: Фишер К., История новой философии, пер. с
нем., т. 6, СПБ, 1909, с. 54—61; Виндельбанд В.,
История новой философии..., пер. с нем., 3 изд., т. 2, СПБ,
1913, с. 166—67; История философии, т. 3, М., 1943, с. 128—
129; Fischer E., Von G. E. Schulze га A. Schopenhauer,
Aarau, 1901; Wiegershausen H., Anesidem-Schulze,
der Gegner Kants und seine Bedeutung im Neukantianismus,
В., 191(1. В. Асмус. Москва.

ШУЛЬЦЕ-ГЁВЕРНИЦ (Schulze-Gaevernitz), Гер-харт (25 июля 1864—10 июля 1943) — нем. экономист. Проф. ун-та во Фрейбурге. Испытал сильное влияние Л. Брентано, примыкал к историч. школе полптыч. экономии. В своих работах пытался обосновать идеи социальной гармонии классов в условиях капитализ­ма. В господстве монополистич. капитала видел вы­ражение организованного капитализма, при к-ром «пром. гос-во» осуществляет сознат. регулирование х-ва, устраняя действие автоматически функциони­рующих экономил, законов. Ленин подверг критике взгляды Ш. (см. Соч., т. 22, с. 206).

Соч.: Zum sozialen Frieden, Bd 1 — 2, Lpz., 1890; Marx oder Kant, Lpz., 1908; Democracy and religion, L., [1930]; в рус. пер.— Крупное произ-во, его значение для экономич. и социального прогресса, СПБ, 1897; Очерки обществ, х-ва и экономич. политики России, СПБ, 1901.

ШУЛЯТИКОВ, Владимир Михайлович (1872— 1912) — лит. критик, социал-демократ. С 1905 —боль­шевик, сотрудничал в «Правде» и др. парт, изда­ниях. В кн. «Оправдание капитализма в зап.-европ. философии» (М., 1908) Ш. вслед за Богдановым по-


пытался применить т. н. социально-генетич.метод к изучению идеологии, в т. ч. к философии, дать клас­совое объяснение всех филос. идей и понятий. Однако Ш. впал в вульгарный социологизм, считая всякую идеологию скрытой апологией господствующего клас­са, заведомой ложью, прячущей прямой и ближай­ший экономич. интерес. Так, все филос. системы от Декарта до Маха он ошибочно представляет как тео-ретич. оправдание торгашеских выгод различных слоев буржуазии. Антитезу «духа» и «материи» Ш. выводит из социального антагонизма и объясняет апологетич. устремлениями «руководителей». Философия поэтому объявляется им не соответствующей революционной сущности пролетариата и отбрасывается. С этих же позиций III. и задачи лит. критики видит в том, чтобы раскрыть для читателя классовые мотивы поведения героя и замысла писателя и дать социологич. оценку его творчества. В итоге взгляды Ш. оказались злой п жестокой пародией на марксистский метод и были встречены суровой критикой, в т. ч. со стороны Пле­ханова. Ленин отметил у Ш. «...стремление к мате­риализму» (см. Соч., т. 38, с. 502), но подчеркнул, что его книга — «...пример безмерного опошления мате­риализма» и «карикатура на материализм...» (там же).

Соч.: Из теории и практики классовой борьбы, М., 1907; Профессиональное движение и капиталистическая буржуазия, М., 1907; Тред-юнионистская опасность, М., 1907; Избр. ли-тературно-критич. статьи, М.— Л., 1929 (имеется библ.).

Лит.: Ленин В. И., В. Шулятиков. «Оправдание капи­тализма в зап.-европейской философии...» [Замечания на кни­гах], Соч., 4 изд., т. 38; Плеханов Г. В., О книге В. Шулятикова, Соч., т. 17, М., 1925; Луначарский А. В., Еще о театре и социализме, в кн.: Вершины, кн. 1. П., 1909; Г у р ш т е й н А., Один из первых (о В. Шулятикове), «На литературном посту», 1929, Х° 18; Добрынин М. К., В. М. Шулятиков, «Литература и марксизм», 1930, Л«6; его же, Большевистская критика 1905 года, там же, 1931, Л» 1; К а м м а р и М., О заметках Ленина на книгу Шуля­тикова, «ПЗМ», 1937, № 6; Р о з е н т а л ь М., Борьба "Ле­нина против вульгаризации марксизма, «Литературный кри­тик», 1937, № 8; История рус. лит-ры конца XIX— начала XX века. Библ. указат., М,—Л., 1963, с. 440 — 41.

В. Нарпачев. Москва.

ШУЛЯТИКОВЩИНА — синоним грубого упрощен­чества и опошления метода марксизма. Происходит от фамилии лит. критика В. М. Шулятикова, попытки к-рого применить марксистский метод к изучению идеологич. сферы не удались и оказались вульгариза­торскими. Термин имел распространение в 20—30-х гг. в советской лпт-ре, особенно в критике социо­логических воззрений Н. Рожкова, В. Фриче, И. Нусинова и др.

ШУМАКОВ, Михаил Иванович (р. 7 нояб. 1918) — сов. философ, доктор филос. наук (с 1966), профессор (с 1968). Чл. КПСС с 1948. Окончил историч. фак-т МГПИ им. В. И. Ленина (1941) и аспирантуру кафедры фи­лософии там же (1951). Преподает философию в вузах с 1951. С 1968 — зам. зав. кафедрой философии в МГПИ им. В. И. Ленина. Ведет исследоват. работу по историч. материализму, в сен. по проблеме теории социалистич. культуры.

Соч.: О роли социалистич. культуры в развитии сов. об­щества, «Уч. зап. МГПИ им. В. И. Ленина», 1956, т. 95, вып. 1; Ленинская критика пролеткульта и ее значение для развития советской лит-ры и искусства, в сб.: Нек-рые вопросы тео-ретич. наследия В. И. Ленина, М., 1960; Стр-во коммунизма и гармонич. развитие личности, в сб.: Об зстетич. воспитании трудящихся, вып. 1, М., 1962; От культуры социализма к культуре коммунизма, М., 1965; Человек нового мира, новой морали, «Советские профсоюзы», 1967, № 19; Подъем культур-но-технич. уровня рабочих и крестьян, в сб.: Некоторые воп­росы марксистско-ленинской философии, М., 1968 (Уч. зап. МГЗПИ, т. 24, вып. 1).

ШУППЕ (Schuppe), Вильгельм (5 мая 1836— 29 марта 1913), нем. философ, представитель им­манентной философии. Проф. в Грейфсвальде (1873— 1910). В своей «Теоретико-познават. логике» («Erkenn-tnistheoretische Logik», Bonn, 1878) развил идею о единстве логики и теории познания — поскольку для него обе связаны с проблемой истины п различением


ЩЕГЛОВ—ЩЕРБАТСКОЙ




между истинным и ложным мышлением. Как имманен-тист Ш. стоит на позициях феноменализма (близ­кого к махистской ветви); он также стремится избегать всякой метафизич. конструкции, однако, в отличие от махизма (эмпириокритицизма), признает в качестве последнего, неразложимого элемента (основания фи­лософии) опытно устанавливаемое «Я». Содержание со­знания «Я»—это и есть действительность; оно неразрыв­но с субъектом (по типу «принципиальной координа­ции» Авенариуса). Содержание сознания — действи­тельное — состоит, однако, согласно Ш., не только в ощущениях, но также и в чувствах, абстракциях и т. п. В «Очерке теории познания и логики» («GrundriS der Erkenntnistheorie und Logik», В., 1894) Ш. допол­няет свою концепцию постулированием всеобщего сознания, содержанием к-рого является сверхиндпви-дуальная действительность, и, т. о., сообщает «дей­ствительности» объективный характер (пространство и время оказываются независимыми от человече­ского сознания). Так, субъективно-идеалнетич. кон­струкция принимает очертания объективно-идеалисти­ческой.

С резкой критикой Ш. как «... реакционера в фило­софии» выступил Ленин в работе «Материализм и эм­пириокритицизм» (см. Соч., т. 14, с. 4).

Соч.: Grundziige der Ethik und Rechtsphilosophie, Bres-Jau, 1881; Die immanento Philosophie, «Zeitschrift fur immanen-te Philosophie», 1897,Bd 2, H. 1.

Лит.: Ленин В. И., Материализм и эмпириокрити­цизм, Соч., 4 изд., т. 14 (см. указат.); Z о с h e r R., Husserls Phanomenologie und Schuppes Logik, Munch., 1932. См. также лит. при ст. Имманентная философия.

ЩЕГЛОВ, Николай Прокофьевич (1793—26 июня 1831) — рус. физик-материалист. С 1817 — адъюнкт-проф., с 1822—экстраординарный проф. физики Санкт-Петерб. ун-та. Издавал (с 1824) журн. «Указатель от­крытий по физике, химии, естеств. истории и техноло­гии», а также газету (с 1830) «Северный муравей». Щ. считал природу «...совокупностью всех вещей, чувствами постигаемых» и состоящих из материн (см. «Основания общей физики», СПБ, 1824, с. I), и под­вергал критике «пустословие» схоластич. философии, метафизику идеалистов нового времени. Процесс познания, но Щ., происходит в двух формах: «по­средством о и ы т н о с т и» и путем «и р а в и л ь н о-г о у м с т в о в а н и я» (см. там же, с. III). Полеми­зируя с эмпириками, Щ. указывал на ограниченность «опытности»: «...окончив опытные исследования, испы­татель должен сообразить оные и посредством правиль­ного суждения открыть происхождение наблюдаемых им явлений» (там же, c.V). В равной мере Щ. критико­вал и абсолютизацию второй формы познания: вся история науки «...очень ясно показывает, что одни го­лые умствования в естествознании приводят большею частию к заблуждениям» (там же, с. 6). В связи с кри­тикой Щ. априоризма (см. Априори) у него намечаются нек-рые тенденции к агностицизму и позитивизму: от­рицая априорные гипотезы, Щ. отказывается от по­знания сущности вещей, «...способов взаимного влия­ния... вещественного на невещественное...» и т.п., считая в то же время познаваемыми «законы», «каче­ства», «взаимные отношения» (см. там же, с. XIX, 2,31). Моменты агностицизма у Щ., видимо, могут быть объяснены также и терминологнч. нечеткостью ученого, требующего, чтобы выводы делались только на твердом экспериментальном основании, а «предпо­ложения» выдвигались лишь такие, «кои можно бы было пробовать на оселке опытности» (там же, с. 7).

Лит.: «Северная пчела», 1831, № 151, с. 1—2; «Записки ученого комитета Гл. морского штаба», 1831, ч. 7, с. 323—27.

3. Каменский. Москва.

ID,EnAHbCKHM(Szczepanski), Ян (р. 14сент. 1913) — польский социолог. Проф. (с 1951) ун-та в Лодзи, зав. кафедрой социологии пром-сти Лодзинского ун-та,


действит. член Польской АН (с 1965). Директор Ин-та философии и социологии Польской АН (с 1968). В 1966—70 президент Междунар. социологпч. ассо­циации. В 1957—60— депутат сейма, руководил ко­миссией по делам высшего образования и науки.

Щ. принадлежат труды по теоретич. социологии, истории социологии, социологии высшего образования, социальной структуре польского общества. Щ.— ор­ганизатор конкретных социологпч. исследований в ПНР. Руководит (с 1958) изданием «Исследование по­ложения рабочего класса н интеллигенции» («Z badan klasy robotniczej i inteligencji», t. 1 — 24, Lodz, 1959— 1966). На основе курса лекций издал кн. «Элементарные понятия социологии» (Warsz., 1963; рус. пер., М., 1969), выполняющую роль учебника. Щ. исследует социальные отношения и обществ, формы, в к-рых они объективизируются: социальные институты, со­циальные группы п общности, социальные процессы, вызываемые изменениями в социальных отношениях. В качестве предмета социологии Щ. выделяет в си­стеме всех обществ, отношений особую область со­циальной жизни, к-рая не тождественна со сферами экономической, политической и духовной жизни общества, а сопряжена с ними либо как со своей осно­вой, либо как со своим продуктом.

Книга Щ. «Социология. Развитие проблематики и метода» («Socjologia. Rozwoj problematyki i metod», Warsz., 1961) является первой в польской социологпч. лит-ре попыткой создать учебник истории социоло­гии. Щ. излагает развитие осн. социологпч. школ и направлений согласно принятым в них онтология, и методологнч. основаниям.

Итогом многолетней педагогической и организа­торской деятельности Щ. на поприще высшего образо­вания является его кн. «Социологпч. проблемы выс­шего образования» («Socjologiczne zagadnienia wyzszego wyksztalczenia», Warsz., 1963), представляющая собой основанную на эмпирпч. исследованиях разработку теории воспитания в высших уч. заведениях. Осн. положением теории воспитания, разрабатываемой Щ., является понятие «воспитательного отношения» меж­ду профессурой и студенчеством, включающее выпол­нение взаимных обязанностей. Щ. анализирует сово­купность условий, обеспечивающих успешное осуще­ствление задач высшего образования.

Соч.: Inteligencja i spo-teczenstwo, Warsz., 1957; Zagad­nienia socjologii wspofczesnej, Warsz., 1965.

E. Осипова. Москва.

ЩЕРБАТСКОЙ, Федор Ипполитович (19 сентября 1866—18 марта 1942) — рус. исследователь буддий­ской философии. Окончил Царскосельскую гимназию и историко-филологпч. фак-т Петерб. ун-та, в к-ром с 1900 работал приват-доцентом кафедры санскритоло­гии фак-та вост. яз. В 1910 совершил науч. путешест­вие в Индию. В 1918 избран действит. членом Росс, акад. наук. В 1928—37 возглавлял созданный им Ин-т буддийской культуры.

Выделив три гл. периода в эволюции буддийского мировоззрения, Щ. исследовал значение дхармы как элемента бытия (в первом периоде), раскрыл негатив­ный подход к познанию абсолюта в учении о нирване Нагарджуны (второй период), впервые познакомил европ. науку с крптпч. философией позднего будди­зма (третий период). В своем обобщающем труде о буд­дийской логике Щ. сравнил ее выводы с параллель­ными мыслями античных, классических и современ­ных европ. философов, показав сходство в решении мн. проблем (реальности, ч5гвств. восприятия, теории логпч. суждения, законов противоположностей и др.) и большую последовательность инд. т. зр. по нек-рым вопросам (дихотомия, классификации категорий, фигур силлогизма) по сравнению с традиционной европейской. Щ. заложил основы сравнит, изучения


528 ЩЕРБАТСКОЙЩИПАНОВ


западной и инд. философии. Исследование буддийской логики и теории познания было предпринято Щ. в на­дежде содействовать начинавшемуся пересмотру осн. положений этих дисциплин в европ. философии. Щ. осуществил образцовые издания и переводы осн. соч. Дхармакирти и др. позднебуддийских философов с санскрита и тибетского языка на рус. и англ. яз.

Соч.: Логика в др. Индии, «Записки Вост. отд. Рус. ар­хеологии, об-ва», 1902, т. 14; Буддийский философ о едино­божии, там же, 1904, т. 16; Теория познания и логика по уче­нию позднейших буддистов, ч. 1—2, СПБ, 1903—09; Учение о категорич. императиве у брахманов, «Сб. Музея антропо­логии и этнографии Российской АН», 1918, т. 5, вып. 1, 2; The soul theory of the Buddhists, «Изв. Российской АН. 6 се­рия», 1919, т. 13, № 12—15 и 16—18; К истории материализма в Индии, «Вост. записки Ленингр. ин-та живых вост. языков», 1927, т. 1 (перепечатано в сб.: Избр. труды рус. индологов-филологов, М., 1962); The central conception of Buddhism and the meaningof the word «Dharma», L., 1923; The conception of Bud­dhist Nirvana, Leningrad, 1927; Buddhist logic, v. 1—2, Lenin­grad, 1930—32; The doctrine of the Buddha, «Bulletin of the School of Oriental Studies», 1932, v. 6, pt 4; Die drei Richtun-gen in der Philosophic des Buddhismus, «Rocznik orjentali-styczny», 1934, t. 10.

Лит.: Иванов В. В., Ф. И. Щербатской, «Народы
Азии и Африки», 1966, М 6; S h a g t r i D. N., Contribution
of Th. Stcherbatsky to Indian philosophy, «The Modern Review»,
Caleutta, 1953, v. 93, № 2. В. Иванов. Москва.


ЩИПАНОВ, Иван Яковлевич (р. 11 сент. 1904) — сов. философ, доктор филос. наук (с 1953), профес­сор (с 1954). Член КПСС с 1927. Окончил МИФЛИ в 1938, там же аспирантуру в 1941. С 1938— на препода-ват. работе. С 1947— зав. кафедрой истории филосо­фии народов СССР филос. фак-та МГУ. Область науч. деятельности — история рус. и марксистско-ленин­ской философии.

С о ч.: Материалистич. воззрения В. Г. Белинского, в кн.: Великий рус. мыслитель В. Г. Белинский, М., 1948; Обществ.-политич. и филос. взгляды А. Н. Радищева (1749—1802), М., 1950; Из истории рус. философии, М., 1951 (соавтор); Из истории рус. философии 18 —19 вв., М., 1952 (соавтор); Рус. материалистич. философия 18—19 вв. и ее историч. значение, М., 1953; Очерки по истории филос. и обществ.-политич. мысли народов СССР, т. 1—2, М., 1955—56 (соавтор); История философии, т. 1, М., 1957, гл. 9, § 1,7; т. 2, М., 1957, гл. 4, § 3; т. 5, М., 1961, гл. 7, § 1; Против совр. фальсифика­торов истории рус. философии, М., 1960 (соавтор); Нек-рые принципиальные вопросы истории рус. философии, М., 1967; История философии в СССР, т. 1, М., 1968; т. 2, М., 1968; т. 3, М., 1968 (соавтор); Вступит, статьи к книгам: Радищев А. Н., Избр. филос. и обществ.-политич. произведения, М., 1952; Избр. социально-политич. и филос. произве­дения декабристов, т. 1 — 3, М., 1951; Избр. произведения рус. мыслителей второй половины 18 в., т. 1—2, М., 1952; Рус. просветители (от Радищева до декабристов), т. 1—2, М., 1966.


э


ЭББИНГАУЗ, Эбингхауз (Ebbinghaus), Гер­ман (24 янв. 1850—26 февр. 1909) — нем. психолог, представитель ассоциативной психологии. Профессор ун-тов Бреславля (с 1894) и Галле (с 1908); органи­затор (совместно с А. Кёнигом) «Журнала психоло­гии и физиологии органов чувств» («Zeitschrift fur Psychologie und Physiologie der Sinnesorgane»), объе­динявшего психологов, не принадлежавших к школе В. Вундта. Относя психологию к числу естеств. наук, Э. считал необходимым отделение ее от философии. В трактовке психич. явлений стоял на позициях пси-хофизич. параллелизма. Место Э. в истории психо­логии определяется гл. обр. тем, что он положил на­чало экспериментальным исследованиям высших псн-хич. функций, особенно памяти. Наиболее значит, влияние имела его работа «О памяти» («Uber das Ge-dachtnis», Lpz., 1885), в к-рой было показано влияние на запоминание количества запоминаемого материала, числа повторений, близости и направленности ассо­циативных связей; здесь же Э. вывел забывание как функцию времени («кривая Э.»). Им был разработан тест для определения степени умств. развития. Перу Э. принадлежат многократно переиздававшееся руко­водство по психологии «Grundzuge der Psychologie» <Bd 1—2, Lpz., 1897—1908) и «Abriss der Psychologie» (Lpz., 1908).

Соч. в pve. пер.: Основы психологии, т. 1, вып. 1—2, СПБ, 1911 — 12; Очерк психологии, СПБ, 1911.

Лит.: Jaensch E., [H. Ebbinghaus], «Zeitschrift fur
Psychologie und Physiologie des Sinnesorgane». 1909, Bd 51, № 1;
W о о d w о r t h R. S., H. Ebbinghaus, «J. of Philos. Psy­
chology and Scientific Methods», 1909, v. 6, p. 253—56;
Shako w D., H. Ebbinghaus, «Amer. J. of Psychology»,
1930, v. 42, K» 4, p. 505—18; Murphy G., Historical int­
roduction to modern psychology, [rev. ed.], N. Y., 1949,
p. 174 — 81. M. Роговин. Москва.

ЭББОТ, А б б о т (Abbot), Фрэнсис Эллингвуд (6 нояб. 1836—22окт. 1903) — амер. теолог и философ-деист. В 1868 отрекся от сана священннка-унитария (протестантская секта, см. Антитринитарии), вслед­ствие несовместимости своих взглядов с христ. догмати­кой, и основал «Свободную религ. ассоциацию», про­поведовавшую «рациональную религию» без священ­нослужителей и отрицавшую зависимость морали от религии. Деистич. концепция веры изложена Э. в его работе «Науч. теизм» («Scientific theism», Boston, 1885).Филос. произведение Э. «Путь агностицизма» («The way of a agnosticism», Boston, 1890), содержащее критику агностицизма Канта с его разрывом явлений ■и «вещей в себе», вызвало резкие возражения Ройса и последующую дискуссию в филос. лит-ре. Опираясь на гегелевскую критику кантианства, Э. отмежевы­вался вместе с тем от абс. идеализма Гегеля, противо­поставляя ему «научный реализм». Его критика но­минализма оказала влияние на Пирса. См. также ст. Американская философия.

Соч.: The syllogistic philosophy, v. 1—2, Boston, 1906.

Лит.: Schneider H. W., A history of American philosophy, N.Y., 1946; O'K о n n о r D. D., Peirce's debt to F. E. Abbot, «Journal of the History of Ideas», 1964, v. 25.

Б. Быховекий. Москва.


ЭБИОНИТЫ (евр. 'ebjonim — бедные) — обозна­чение пудеохрист. секты 1 в. н. э., локализовавшейся в занорданской Палестине, и нескольких более позд­них пудеохрист. сект. Э. отрицательно отнеслись к универсализации христианства и усвоению им элли­нистических понятийных п мифологич. моделей; от­вергая послания Павла, они стремились удержать ближневост. черты евангельской веры и в этом от­ношении явились предшественниками ислама. Тео­логия Э. дуалнетична: Христос (понятый не как ло­гос, не как ипостась бога, но как глава ангелов) и сатана ведут борьбу, в каждом поколении сатана выс­тавляет против пророка своего лжепророка. Иисус был человеком и пророком Христа; Павел — его анта­гонистом, глашатаем сатаны. Э. требовали строгого соблюдения иудейских религ. запретов и настаивали на сохранении избранничества евреев и в христианстве, однако враждебно относились к иерусалимскому культу. Этика Э. строго осуждала стяжательство и, по-видимому, требовала общности имущества. Все это сближает Э. с традициями иудейского сектантства кум-ранского (ессейского) типа.

Лит.: Общая история европейской культуры, под ред.
И. М. Гревса и др., т. 6, СПБ, [1911], с. 248 — 51; А м у-
син И. Д., Рукописи Мертвого моря, М., 1961, с. 215 —16;
Fitzmayer J. A., The Qumran Scrolls, в кн.: Scrolls
and the New Testament, ed. by K.Stendahl, N.Y., 1957; Stre-
cker G., Das Juden-Christentum in den Pseudoklementinen,
В., 1958. С. Аверинцев. Москва.

ЭВГЕМЁР (E'o-iifxepoc) из Мессены — др.-греч. философ, живший в 4 в. до н. э.; был близок к учению киренаиков. Ему приписывают авторство «Священной записи», хотя уже в древности по этому поводу выс­казывались сомнения (Columella, IX, 2). Судя по Диодору Сицилийскому (V, 41—46; VI, I) и нек-рым христ. авторам, речь идет о филос. романе-утопии, в к-ром Э. пытался рационально осмыслить мифоло­гию. В этой, одной из первых, социальной утопии описаны социальные порядки трех мифич. островов; боги трактуются здесь как порождение человека, вид­ные политич. деятели острова Панхей либо посмертно возводились в ранг богов, либо же сами создавали культ собственной личности и объявляли себя бо­гами. Христианская литература использовала мотивы «Священной записи» в борьбе с язычеством. Позднее идеи Э. использовались в борьбе против христианства п, возможно, влияли на выбор формы социальных утопий.

Лит.: Euhemeri reliquiae, col]. G. Nemethy, Pest, 1889; Block R., Evhemere, Brux., 1877.

M. Петров. Ростов-на-Дону.

ЭВДЁМ (Боб^иос.) Родосский (4 в. до н. э.)— др.-греч. философ, представитель перипатетической школы. Примкнул к Аристотелю, дружил с Теофра-стом. Основал на Родосе собств. школу (Simpl., in Aristot. Phys., 173). По ряду свидетельств, Аристотель выделял Э. среди других учеников: пользовался его советами п помощью при работе над «Метафизикой»



ЭВДЕМОНИЗМ



и даже написал в его честь элегию (Olymp., in Gorg., 336). Э. приписывают формулировку эвдемонизма как этич. принципа перипатетиков, в основе к-рого лежит стремление человека к высшему благу — счастью, пу­тем использования всех духовных сил в согласии с рассудком. Часть исследователей признает Э. автором «Эвдемовой этики», тогда как другая приписывает авторство Аристотелю. По общефилос. вопросам Э. написал: «Физику» (переработка «Физики» Аристо­теля), «Этику» (комментарий к этич. трактатам Ари­стотеля), «Аналитику» (содержавшую крнтич. заме­чания в адрес Аристотеля и Теофраста), «О словах» (трактат о грамматпч. и логич. структуре предложения, близкий по содержанию к работе Аристотеля «Об истолковании»). Большой известностью пользовалась работа Э. «Об угле», от к-рой сохранился один фраг­мент. Э. — автор многих историч. трудов: «Истории арифметики», «Истории геометрии», «Истории астро­номии», содержащих большой фактич. материал, со­храняющий значение до нашего времени как источник сведений об антич. науке.

Соч.: Eudemi Rhodii peripatetici fragmenta, ed. L. Spengl, В., 1870.

Лит.: Fritzsche A. Th. H., Aristotelis ethica Eu-
demia (Eudemia Rhodii ethica), 1851; Wehrli F., Die
Schule des Aristoteles, H. 8— Eudemos von Rhodos, Basel,
1955. M. Петров. Ростов-на-Дону.

ЭВДЕМОНИЗМ (от греч. eu6cxiu.ovia. — счастье, бла­женство) — антич. принцип жизнепонимания, позд­нее в этике — методологич. принцип истолкования природы морали и обоснования ее требований. Пред­посылкой антич. Э. является сократовская идея внутр. свободы, достигаемой благодаря самосознанию лич­ности и ее независимости от внешнего мира. Хотя Э. возник одновременно и в тесной связи с гедонизмом, они в известном смысле противостояли друг другу: счастье есть не просто длительное и гармоничное удовольствие (Аристотель), а результат преодоления стремления к чувств, наслаждениям путем самоогра­ничения, упражнения, аскезы, отрешения от привязан­ностей к внешнему миру и его благам и достигаемая при этом свобода от внешней необходимости и преврат­ностей судьбы; это разумность, тождественная подлин­ной добродетели. Киники выставляют в качестве жиз­ненного принципа борьбу со страстями, порабощающи­ми человека. Антисфен отождествляет стремление к удовольствиям с сумасшествием; счастье не зависит от чего-либо внешнего — богатства, славы, образа жизни; для блаженства достаточно добродетели. «То­лько благодаря неразумию становишься ты несчаст­ным»,— говорит Диоген (Diog. L. VI, 71). «Судьбе про­тивопоставляю я мужество, условности — природу, страсти — разум» (там же, VI, 38). Блаженство дости­гается не от владения вещами, а от преодоления в се­бе влечения к ним. Киренаики в сущности развивают те же мотивы: счастье зависит не от внешних обстоя­тельств, а от выработки правильного отношения к ним. По Гегесию, удовольствие и боль проистекают от тяго­тения к внешним вещам; нужно же «обнаруживать без­различие по отношению к тому, что доставляет нам удовольствие» (там же, II, 96). Стоики еще более конк­ретно описывают эту внутр. свободу, характеризуя ее как радостную покорность судьбе, ибо значение для человека имеет только то, что зависит от его отноше­ния к внешним обстоятельствам, а не от превратно­стей судьбы. По Эпиктету, счастье зависит не от ве­щей, а от наших взглядов на вещи, поэтому «не стре­мись к тому, чтобы события происходили так, как ты хочешь этого, но желай их, как они происходят; так будешь ты чувствовать себя хорошо» (Enchirid, 48,1). Отсюда жизненный принцип апатии — сво­боды от ложных, тщетных страстей, включаемый в бо­лее широкую установку «жить в согласии с природой» (Зенон, см. Diog. L. VII, 87). Т. о., в антич. Э. про-


слеживается внутр. дилемма: с одной стороны, счастье выставляется как естеств. предназначение человека, вытекающее из его единства с природой, с другой — оно есть преодоление непосредств. природности обы­денных страстей и аффектов.

В новое время этот идеал внутр. свободы развивали мн. философы, в особенности Спиноза, к-рый с исклю­чит, остротой поставил антитезу разумного познания и чувств, страстей (см. Избр. произв., т. 1, М., 1957, с. 149) и выдвинул чисто интеллектуальное понима­ние блаженства (amor dei intellectualis). «... Именно познание вызывает любовь... В этом... единственно состоит наше блаженство» (там же, с. 154). Аналогич­ные мотивы обнаруживаются у Гассенди: «... Достаточ­ное условие указанного абсолютного блага человека — это покой тела и духа» (Соч., т. 1, М., 1966, с. 317). Блаженство зависит от умения довольствоваться тем, что есть. «... Даже подвергнутый ужасной пытке, муд­рец останется счастливым» (там же, с. 306). Гассенди уже не противопоставляет счастье удовольствиям, по­нимая их как умение наслаждаться тем, что дано в силу внешних обстоятельств.

Франц. материалисты (Гельвеций, Гольбах и др.) придают понятию счастья откровенно гедонпстич. ха­рактер; отныне в Э. явно преобладают натуралистич. мотивы. Стремление к счастью трактуется как данное человеку от природы и вместе с тем как нравств. прин­цип, конечная цель всякого общества и полезной дея­тельности человека. По этому пути идет и англ. ути­литаризм с его принципом максимального счастья для наибольшего числа людей (Бентам). Эта линия в развитии Э. наталкивается на характерное затруд­нение: в обществе частных интересов стремление к счастью так или иначе ведет к. эгоизму. Отсюда попыт­ки определить «подлинное», «разумное» счастье, дости­жение к-рого не противоречило бы общему благу. Здесь принцип Э. приводит в конце концов к логич. кругу: счастье — основание морали, но само оно обос­новывается с помощью моральных критериев, с т. зр. того, что следует признать должным; провозглашен­ное «естественным», человеч. стремление оказывается, т. о., на деле нравств. императивом.

В совр. бурж. этике чаще всего можно встретить лишь отд. элементы Э. (Дрейк, Сантаяна, поздний Рассел, Дж. Маккей, М. Шлик). Знаменательна судь­ба принципа Э. в «фелицитологии» (от лат. felicitas — счастье) Нейрата. Счастье трактуется здесь как естеств. стремление человека, а этика — как наука о путях его достижения. Нейрат лишает понятие счастья к.-л. нормативного смысла, в результате чего оно обнаруживает свою бессодержательность: не важно, какие конкретно цели преследуют люди и каких результатов они достигают, важно лишь ощу­щение счастья. Это ощущение можно поэтому просто внушить людям, а этика и оказывается учением о ме­тодах такого внушения. Осн. проблема Э. —проб­лема счастья — сводится тем самым к вопросу о на­хождении путей психологич. манипулирования мас­совым сознанием, что вполне отвечает одной из пдеоло-гич. тенденций позднебурж. общества.

Материалистич. этика считает невозможным исхо­дить в теории нравственности из к.-л. изначальных стремлений отд. индивида. Она рассматривает все опре­деления человека (в т. ч. и его побудит, мотивы, напр. стремление к счастью) как продукт историч. развития, момент, обусловленный всей системой обществ, прак­тики, с анализа к-рой и следует начинать исследо­вание оснований нравственности.

Лит.: Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 3, с. 418—21; Аристотель, Этика, СПВ, 1908, кн. 1, § 3—6; Гельвеций К. А., О человеке, его умственных способностях и его воспитании, М., 1938, с. 75—78, 93—99, 274—336; Гольбах П. А., Избр. произв., т. 1, М., 1963, с. 308—50; Кант И., Соч., т. 4, М., 1965, с. 230—57, 340-


ЭВКЛИД—ЭВОЛЮЦИОННАЯ ТЕОРИЯ 531


483; Левитов П., Мораль Э. перед судом общечеловеч. нравств. сознания, X., 1903; Материалисты Древней Греции, М., 1955, с. 153—67, 233—36; PfleidererE., Eudamonis-mus und Egoismus, Lpz., 1880; H e i n z e M., Der Eudamo-nismus in der griechischen Philosophie, Lpz., 1883; N e u-rath O., Foundations of the social sciences, Chi., [1944]-

Т. Кузьмина. Москва.

ЭВКЛЙД, Евклид (E6xXei6T]g), — др.-греч. ма­тематик, живший ок. 3 в. до н. э. в Александрии. По­мимо этого, ничего достоверного о жизни Э. не извест­но. Э. знаменит как автор «Начал» — первого дошед­шего до нас теоретич. сочинения по математике. По словам Эйнштейна, это удивительное произведение дало человеческому разуму ту уверенность в себе, которая была так необходима для его последующей деятельности. Подводя итог трехсотлетнему развитию греч. математики, Э. систематически изложил элемен­тарную геометрию, алгебру квадратных уравнений, общую теорию отношений и пропорций (прообраз позд­нейших теорий действит. чисел; см. Континуум, Ма­тематическая бесконечность, Прерывность и непрерыв­ность), элементарную теорию чисел, метод исчерпыва­ния (элементы теории пределов). «Начала» — первое из известных аксиоматич. изложений математики, чем и определяется их исключит, роль в истории науки. Несо­вершенство аксиоматики Э. с современной т. зр. никоим образом не умаляет ни значения «Начал» как отправ­ного пункта всей последующей истории аксиоматич. метода, ни гениальной интуиции их творца. По суще­ству, каждый новый этап в развитии аксиоматич. метода вплоть до работ Д. Гильберта и его учеников был не­которым уточнением первоначальной концепции Э.; исключение не составляют и идеи Лобачевского, Я. Бойаи и К. Ф. Гаусса, а позднее — Б. Римана, приведшие к созданию «неэвклндовых геометрий» (подробнее см. Метод аксиоматический).

Э. принадлежит и ряд др. произведений, посвя­щенных как самой математике (напр., «Данные»), так и ее приложениям (оптике, теории музыки). При­писываемые Э. трактаты «Конические сечения», «Лож­ные заключения» и «Поризмы» не сохранились. Прокл и др. поздние неоплатоники причисляли Э. к последо­вателям Платона, что не подтверждается, однако, никакими текстами самого Э. (Введение в науку аксио­матич. метода приписывают обычно — также в силу традиции — Пифагору.) Нек-рые историки науки счи­тают, что на взгляды Э., сложившиеся под явным воз­действием идей формальной логики Аристотеля, ока­зал также значит, влияние Евдокс Книдский (к-рому, в частности, принадлежит изложенная в «Началах» теория пропорций). Большая часть собственно гео-метрич. содержания «Начал», очевидно, была известна предшественникам Э. (Фалесу, Пифагору, Платону; по др. версиям — Демокриту) и его современникам (Ар­химеду, Аполлонию). Наиболее оригинальные резу­льтаты Э. относятся к теории чисел: алгоритм нахож­дения наибольшего общего делителя произвольных целых чисел (т. н. «алгоритм Эвклида») и «конструк­тивное» доказательство бесконечности ряда простых чисел.

С оч.: Начала Евклида, пер. с греч., [т. 1—3], М.— Л., 1948—50.

Лит.: Иеторико-математич. исследования, вып. 1—2, М.—Л., 1948—49; Садовский В. Н., Аксиоматический метод построения научного знания, в сб.: Философские во­просы современной формальной логики, М., 1962.

И. Вашмакова, Ю. Гастев. Москва.

ЭВКЛЙД ИЗ МЕГАРЫ (ЕбхЫбл?) (жил между 450 и 380 до н. э.) — др.-греч. философ, основатель мегарской школы. Был близок к элейцам, а затем к Сократу, присутствовал, по преданию, при его смерти. Известен сближением учения элейской школы о еди­ном бытии и учения Сократа о всеобщем благе. Идею тождества блага и единого Э. использовал для отри­цания движения, многого, опираясь на логич. аргумен­тацию элейцев и этическую — Сократа. Э. и мегарики


положили начало логике высказываний, к-рая полу­чила дальнейшую разработку в стоицизме (см. Древ­негреческая логика). По свидетельству Диогена Лаэрт-ского (11, 10, 107), Э. строил свои доказательства апа-гогически (т. е. показывая абсурдность следствия) и подвергал сомнению заключения по аналогии. Из шести диалогов Э. сохранился только один отрывок.

Лит.: Ис тория фил ософии, т. 1, М., 1940, с. 143—44.

\ В. Зубо в"]. Москва, М. Петров. Ростов-на-Дону.

ЭВОЛЮЦИОННАЯ ТЕОРИЯ (в биологии) — совокупность представлений о механизмах и законо­мерностях историч. изменений в органич. природе. Осн. стороны жизни образуют структура, функциони­рование и генезис. В свою очередь генезис может рас­сматриваться в двух аспектах — историческом (эволю­ция) и индивидуальном (онтогенез). Эволюция --про­цесс очень медленный, поэтому для ранних натурали­стов он обнаруживался лишь косвенно, по его резуль­татам — как известная последовательность органич. форм, т. н. «лестница существ». Объяснение этой пос­ледовательности первоначально не выходило за пре­делы идей креационизма, хотя отд. аспекты эволюц. подхода можно обнаружить уже на ранних ступенях развития биологин. Как науч. теория эволюц. учение сложилось лишь в 19 в. с утверждением дарвинизма.

Становление и развитие Э. т. неотделимо от разви­тия самой биологии, прежде всего от развития системы ее осн. понятий, а также от накопления и системати­зации эмпирич. материала. Длит, время единств, эле­ментом живой природы считался организм, на к-рый только и распространялись эволюц. представления. Накопление данных об организмах способствовало быстрому развитию систематики, что в свою очередь привело к формированию концепции вида как осн. систематич. единицы. Изучение многообразия видов увенчалось представлением о едином родословном, или филетич., дереве органич. мира. Фплетич. кар­тина жизни была одним из первых успехов эволюц. идеи в биологии. Если общие контуры филетич. эво­люции организмов вырисовывались все более отчет­ливо, то механизм и движущие силы ее были совер­шенно не исследованы. Это вызвало появление спе­кулятивных концепций эволюции, из к-рых наиболее законченной была теория Ламарка. Согласно Ламарку, эволюция организмов представляет собой двуединый процесс: один тип эволюц. изменений обязан действию внутренних (божественных) сил, другой является ре­зультатом прямого приспособления к среде, следствием упражнения и неупражнения органов. Обе эти идеи не имели под собой практически никаких фактов, и теория Ламарка не получила поддержки. Но само по себе понимание эволюции как изменения ви­дов приобрело вполне определ. очертания^ прокла^ дывая путь дарвинизму.

Создавая свою Э. т., Дарвин опирался на обобщение огромного фактич. материала описат. биологии, гео­логии, палеонтологии, селекции и с. х-ва и исследо­вал прежде всего процесс изменчивости. Это позволило ему отказаться от ламаркистской идеи прямого при­способления и охарактеризовать движущую силу эво­люции как взаимодействие наследственности, изменчи­вости и отбора. Т. к. в процессе отбора основным конт­ролирующим фактором является среда, эволюция ор­ганизмов описывалась Дарвином как результат взаимо­действия организма и среды. Эта т. зр. стала ядром материалистич. понимания эволюции как одноврем. проявления внутренних и внешних сил развития. Она рассматривалась основоположниками марксизма как одно из решающих доказательств в обосновании диа-лектич. характера развития в живой природе.

Дарвин воспринял уже твердо вошедшую в биологию концепцию вида и говорил об эволюции как о про­исхождении видов: собственно приспособит, из-



Понравилась статья? Добавь ее в закладку (CTRL+D) и не забудь поделиться с друзьями:  



double arrow
Сейчас читают про: