double arrow

Либеральный лагерь


Политические партии в революции

Второй этап революции

Осенью заканчивается первый этап революции, который характеризовался развертыванием революции вглубь и вширь, и начинается второй этап. Октябрь — декабрь 1905 г. — высший подъем революции.

Начавшаяся в Москве 19 сентября экономическая забастовка печатников в скором времени превратилась в общенароднуюмассовую политическую стачку. В начале октября в забастовочное движение включился Московский железнодорожный узел, что явилось решающим фактором распространения забастовок на всю страну. Стачка охватила 120 городов России. В ней участвовало 1,5 млн. рабочих и железнодорожников, 200 тыс. чиновников и служащих государственных учреждений, около 500 тыс. представителей демократических слоев города, в это же время в деревне произошло около 220 выступлений крестьян. Об этом событии впоследствии один из лидеров социал-демократии Троцкий написал: “… это маленькое событие открыло собой не более и не менее, как всероссийскую политическую стачку, возникшую из-за знаков препинания и сбившую с ног абсолютизм”.

Граф Витте представил царю программу срочных преобразований, и 13 октября 1905 г. он стал председателем Совета Министров. Этот пост граф Витте принял от императора на условиях одобрения его программы совершенствования государственного порядка. Эта программа была положена в основу знаменитого Манифеста 17 октября. Следует подчеркнуть, что уступки, на которые пошел царизм, издавая этот манифест, во многом определялись не желанием идти путем реформ и преобразований, а стремлением погасить революционный пожар. Только под напором событий, сдержать которые методом подавления и террора было уже невозможно, Николай II примиряется с новой ситуацией в стране и избирает путь эволюции в сторону правового государства.




В Манифесте царь давал российскому народу обещания:

1. Даровать свободу личности, слова, свободу создавать организации;

2. Не откладывать выборы в Государственную думу, в которой должны участвовать все сословия (а Дума впоследствии выработает принцип всеобщих выборов);

3. Ни один закон не принимать без согласия Думы.

Многие вопросы оставались неразрешенными: как именно будут сочетаться самодержавие и Дума, каковы полномочия Думы. Вопрос о конституции в Манифесте не ставился вообще.

Вынужденные уступки царизма, однако, не ослабили накала социальной борьбы в обществе. Углубляется конфликт между самодержавием и поддерживающими его консерваторами, с одной стороны, и революционно настроенными рабочими, крестьянами — с другой. Между этих двух огней оказались либералы, в рядах которых не было единства. Напротив, после издания Манифеста 17 октября 1905 г. еще более поляризовались силы в либеральном лагере.



Этот документ получил высокую оценку в умеренных либеральных кругах, которые сразу же высказали готовность сотрудничать с правительством и оказать ему поддержку в борьбе с революцией. Лидер же радикального крыла П.Н. Милюков, получив известие о манифесте, в Москве в литературном кружке произнес вдохновенную речь с бокалом шампанского: “Ничто не изменилось, война продолжается”.

Начинается процесс организационного оформления либеральных партий. Еще во время Всероссийской политической стачки 12 октября либеральная буржуазия собрала свой съезд. Было все готово для провозглашения Конституционно-демократической партии. Но создавать партию нелегальной не хотели, поэтому и затягивали съезд. Когда же 17 октября появился манифест, то уже 18 октября партия была провозглашена. Съезд принял программу, устав, избрал временный Центральный Комитет. А в ноябре 1905 г. была создана Партия октябристов(“Союз 17 октября”). Это две самые многочисленные партии либерального направления, вызванные к жизни первой революцией в России. К зиме 1906 г. численность кадетской партии составляла 50 — 60 тыс. чел., “Союза 17 октября” — 70 — 80 тыс. чел.



Социальный состав партий был далеко не однороден. Здесь объединялись представители разных общественных групп. Мотивы, которыми руководствовались люди, вступавшие в партию кадетов или октябристов, были весьма разнообразны.

В партию кадетов входил цвет интеллигенции, но в центральных и местных организациях были и крупные помещики, и купцы, и работники банков, и видные предприниматели того времени. В центральном комитете партии было 11 крупных помещиков. Наиболее известные в России фамилии: Ф.А. Головин — гласный уездного и губернского земства, председатель II Государственной думы; князь Павел Дмитриевич Долгоруков — уездный предводитель дворянства; Н.Н. Львов — уездный предводитель дворянства, почетный мировой судья, депутат четырех дум; Д.И. Шаховской — уездный предводитель дворянства, секретарь I Думы.

Интеллигенция была представлена известными учеными, такими, как историк П.Н. Милюков, академик В.И. Вернадский, известные юристы С.Н. Муромцев, В.М. Гессен, С.А. Котляревский. Центральный Комитет Конституционно-демократической партии не менее чем на одну треть состоял из юристов. Лидером партии и ее главным идеологом выступал П.Н. Милюков.

Главным методом борьбы кадеты считали легальную борьбу за политические свободы и реформы через Думу. Они ставили вопросы о созыве Учредительного собрания, о необходимости принятия Конституции. Их политическим идеалом былапарламентская монархия. Они провозгласили идею разделения законодательной, исполнительной и судебной властей. Кадеты требовали реформы местного самоуправления, признавали право на создание профсоюза, свободу стачек, собраний, но не признавали права народа на самоопределение, считали, что можно ограничиться лишь правом на свободное культурное самоопределение. Отрицали социальную революцию, но считали, что политическая революция может быть вызвана “неразумной” политикой правительства.

В составе руководящих органов октябристов особенно заметную роль играли земские деятели: Д.Н. Шипов — видный земский деятель, возглавивший партию в 1905 г.; граф Д.А. Олсуфьев — крупный помещик, член Государственного совета; барон П.Л. Корф — товарищ председателя ЦК “Союза 17 октября”; Н.А. Хомяков — губернский предводитель дворянства (в будущем председатель III Государственной думы); князь П.П. Голицын — член Государственного совета. В партию октябристов вступил даже управляющий делами Его Императорского Величества канцелярии по принятию прошений Рудольф Владимирович фон Фрейман.

Что касается представителей интеллигенции, деятелей науки и культуры, то среди них были: популярный адвокат Ф.Н. Плевако; В.И. Герье — профессор всеобщей истории Московского университета; Б.А. Суворин — редактор газеты “Вечернее время”.

И, конечно, социальной опорой партии октябристов, в первую очередь, были представители крупной торгово-промышленной буржуазии. В этом смысле партия “Союза 17 октября” была намного более буржуазной, чем кадетская партия, опирающаяся в основном на широкие слои интеллигенции. Октябристами стали многие банкиры и промышленники, например, братья Владимир и Павел Рябушинские — владельцы банкирского дома и мануфактур; А.А. Кнооп — председатель Московского банка; А.И. Гучков (будущий председатель III Государственной думы), возглавивший партию октябристов в 1906 г.; его братья, Константин, Николай и Федор, владевшие коммерческими банками в Москве, чайной торговлей, свеклосахарными заводами, изданиями книг и газет; М.В. Живаго — директор Ленского золотопромышленного товарищества.

Своей целью октябристы считали оказание содействия правительству, идущему по пути реформ, направленных на обновление общественного строя. Они отвергали идеи революции и были сторонниками медленных преобразований. Их политическая программа носила консервативный характер. Выступая против парламентаризма, они отстаивали принцип наследственной конституционной монархии с законосовещательной Государственной думой. Октябристы были сторонниками единой и неделимой России (за исключением Финляндии), сохранения имущественного, образовательного ценза, оседлости для участия в выборах в Государственную думу, местное самоуправление, суд.







Сейчас читают про: