double arrow
Этно-культурные детерминанты индивидуальности. Групповые характеристики индивидуальности

Групповые характеристики индивидуальности

2. Социоэкономический статус индивидуальности

Этно-культурные детерминанты индивидуальности

 

1. Групповые характеристики индивидуальности

 

Несмотря на то, что самым важным в дифференциальной психологии является исследование индивидуальности личности, не менее значим также интерес к группам, в которые включен конкретный человек и которые оказывают свое влияние на него и развитие его индивидуальности.

Итак, в измерение индивидуальности добавляется еще одна очень важная координата - групповой статус, который складывается из многих компонентов, образуя иерархическую структуру (см. рис.):

Выделяется несколько линий, условно разграничивающих сферу индивидуальности, определяя ту или иную индивидуальную характеристику через принадлежность субъекта к группе - "Я" как представитель определенной расы и национальности, "Я" как мужчина или женщина, ребенок, подросток или взрослый, имеющий или не имеющий отклонения от условной нормы (в физическом, психическом или личностном развитии) и т.д. Можно проследить влияние выделенной нами ранее парадигмальной конструкции на групповой статус. Так, критерии расы, пола и возраста соответствуют биологическому уровню (организм), различия в психическом развитии - индивидному, социокультурные, классовые особенности сильнее всего проявляются на уровне личности, наконец, различия в стилях жизни характеризуют индивидуальность человека в целом.




Как пишет известный испанский социобиолог Хосе Хауреги (1995), "„.бывает очень интересно обнаружить, как часто и в каких обстоятельствах человеческие существа думают и чувствуют или действуют не как отдельные, уникальные индивидуальности, а как члены определенных социальных групп: как англичане, марксисты, католики и так далее". (Либин)

 

2. Социоэкономический статус индивидуальности

 

Социальные классы или "слои населения" (страты) оказываются важной переменной в сфере групповых различий. Переход от понятия «социальный класс» к «социоэкономический статус» означает, что от изучения групп, "различающихся по уровню благополучия, образования или политического влияния", акцент смещается на множество компонентов, образующих социальный класс, как-то: "доход семьи, уровень образования родителей, профессиональный престиж, демографические характеристики ближайшего окружения". Все эти компоненты должны быть учтены и изучены с точки зрения их влияния на интеллект и индивидуальный стиль поведения, ценностные ориентации и мотивы, на индивидуальное своеобразие человека в целом.



Социоэкономический Статус (СЭС) (с англ. — socio-economical status - SES), определяется на основе анализа рода занятий, уровня дохода и образования. Все эти показатели коррелируют между собой, что дает основание для их выделения в качестве интегративного критерия, разделяющего любое современное общество на страты. Система стратификации включает в себя и такие переменные, как условия проживания, стили жизни (включая установки и ценностные ориентации), ожидания как показатель направления развития. Взятые все вместе, эти параметры образуют контекст, на фоне которого происходит важнейший процесс социализации ребенка (Liebert, Wicks-Nelson, 1981).

Можно выделить два подхода к анализу различий между людьми, обусловленных феноменом стратификации. Первый связан с выделением континуальной шкалы "снизу-вверх", второй построен на сравнении среднего класса с неблагополучными группами населения. Исследования, проведенные среди различных групп населения в рамках первого подхода, выделяют пять социально-экономических уровней: "нижний (неблагополучный) класс", рабочий класс ("голубые воротнички"), класс ниже среднего ("белые воротнички", служащие), класс выше среднего (бизнесмены и независимые профессионалы), "класс с высоким уровнем" (Coleman & Neugarten, 1971).

Влияние социального класса или страты, в которую включен индивид, проявляется на протяжении всего жизненного пути субъекта - от особенностей протекания беременности матери до становления зрелой личности. Д.Картрайт (1974) выделяет два взаимосвязанных кластера признаков, характеризующих эффект влияния на личность особенностей социального статуса. Представим эти данные в обобщенном виде (см. таблицу):

Таблица - Влияние на личность социоэкономических факторов

Хар-ки статуса Ситуативные и личностные переменные
Социально-экономический уровень жизни родителей Домашняя обстановка: привычки, установки, особенности брака, готовность к появлению ребенка; ближайшие родственники
Наследственные признаки Потенциал и ограничения паттерна врожденных хар-к
Уход за матерью во время беременности (включая питание) Воздействие на организм ребенка в пренатальный период
Питание новорожденного и уход за ним Влияние на здоровье, жизнеспособность и активность
Питание, уход и стимуляция в период младенчества Развитие интеллекта и креативности
Питание, уход и стимуляция в детстве Формирование эмоций и характера
Соседи и ближайшее окружение Влияние на установки, знакомства
Школьная среда Знания, навыки, подготовленность
Возможности для выбора рода занятий Поддерживающие или блокирующие тенденции
Профессия и уровень дохода Соответствие ожиданиям
Достижение определенного статуса Характеристики поставленных целей

Психологи выявили восемь компонентов, которые могут служить критериями для определения статусной позицииранг профессии мужчины в терминах ее престижности, доход семьи, качество домашнего хозяйства, репутация района проживания, связи с общественными клубами и организациями, посещение церкви, образование мужчины, образование женщины (Coleman & Neugarten, 1971). Одним из важнейших компонентов, влияющих на проявление индивидуальных различий, оказывается специфика внутрисемейного взаимодействия.

Семейная среда. Многие психологические различия между школьниками (в уровне развития способностей, предпочтении эмоциональных реакций, самооценке и Я-концепции в целом) связаны с различиями в семейной среде, нередко зависящей от СЭС. В семьях, имеющих более высокие показатели СЭС, отцы были склонны чаще бывать дома, родители претендовали на большее участие в школьной жизни детей и в их последующей профессионализации (Whiteman & Deutsch, 1968).

Три важнейших показателя СЭСуровень образования матери и отца и профессиональный статус отца — связаны с измерением оценки родительской заботы о детях (Baumrind, 1971). Каждый из отмеченных трех индикаторов положительно коррелировал со степенью их благотворного влияния на семейную среду, а также со степенью проявления отцом стремления к развитию в ребенке независимости и индивидуального своеобразия. При этом матери с высоким образовательным статусом поощряли эти качества в дочерях, в то время как корреляция их статуса с характеристиками сыновей оказалась незначимой. Отвержение ребенком отца негативно коррелировало со степенью выраженности всех трех показателей.

Изучение семейной среды в разных социальных классах в течение 30 лет позволило сделать два вывода — количественный и качественный. Были выявлены лишь незначительные различия между семьями с разным СЭС по признакам, характеризующим практику ухода за детьми (количественный признак). Однако различия в манере, в которой осуществлялось родительское воспитание, были значительны (качественный аспект). Низкостатусные родители характеризовались как более авторитарные, обвиняющие, принуждающие. Матери 3-5-летних детей из семей с низким статусом сильнее ограничивали поведение своих детей (Zigler & Child, 1969).

Имея тенденцию к усилению с возрастом, частные эффекты социально-классовых различий образуют довольно серьезный фактор, влияющий на такие тонкие сферы индивидуальности, как эмоциональная жизнь и связанные с нею поведенческие паттерны. Представители среднего класса чаще испытывают чувство вины и склонны возникающую агрессию обращать против себя, что проявляется, например, в количестве суицидов. Напротив, представители "нижних слоев общества" обнаруживают тенденцию к проявлению агрессии в форме физических действий, направленных против других. Для детей из низкостатусных семей характерна высокая соревновательность как возможность непосредственной демонстрации своего превосходства над другими, а для детей из "среднего класса" характерно проявление высокой степени стремления к достижениям (Zigler & Child, 1969).

В зависимости от степени дифференциации между семьями из разных слоев общества, включая отличия в ценностных ориентациях, целях и стилях взаимодействия, формируются различия между детьми, а затем уже и между взрослыми. В соответствии с приведенной выше пятизначной шкалой градации социальных классов можно охарактеризовать специфику важнейших личностных характеристик, относящихся к особенностям целей и ценностных ориентации в семейной жизни, в зависимости от СЭС (Duberman, 1976):

1. "Неблагополучные". Супруги эмоционально и социально изолированы; акцентирование обязанностей женщины; мужчины не могут выполнить свою маскулинную роль в освоении профессионального рынка; прямое деление обязанностей по половой принадлежности; осознание не контролируемости своей жизни.

2. "Голубые воротнички". По традиции свойственна сильная половая сегрегация; женщины изолированы, пассивны, подчиняемы, привязаны к дому. Современная тенденция проявляется в стремлении к большему, по сравнению с традиционными установками, равенству и разделению обязанностей, принятия решений и сексуальных удовольствий.

3. "Белые воротнички". Акцент делается на респектабельности, что может вести к ригидности поведения; сильные семейные узы; жена является младшим помощником мужа.

4. "Выше среднего". Ориентация на карьеру, особенно среди мужчин; финансовая независимость и стабилизация; социальный престиж; жена часто занимается самосовершенствованием для помощи мужу в его карьере.

5. "Высокий уровень". Беззаботная жизнь, финансовая стабильность, престиж; акцент на традициях и родословной; мужчины должны следовать в профессии семейной традиции; жена должна полностью "идентифицироваться" с мужем.

В соответствии с этими базовыми жизненными установками родители воспитывают детей, закладывая прочную основу для обнаруживаемых затем во взрослых взаимоотношениях личностных различий.

Влияние статусного уровня на интеллект. Интеллект продолжает оставаться наиболее привлекательной моделью изучения различий между людьми. В этой сфере существуют свои устоявшиеся мнения. Никто еще не опроверг результаты исследований Дж.Лоэвингер (Loevinger, 1940) показывающие, что уровень образования родителей является гораздо более предсказательным в отношении детского IQ (r=,50), чем доход семьи (r=,30). Брэдли, проведя целую серию исследований (1989), установил, подтверждая вышеприведенные данные, что глобальные измерения социально-классовых различий являются в целом менее предсказательными для когнитивного развития детей в первые три года жизни, по сравнению со специфическими аспектами домашней обстановки, такими как возможность пользоваться игрушками и отзывчивость родителей.

Уже отходит в прошлое традиция, рассматривающая уровень IQ как единственный показатель, характеризующий качество выявляемых различий. Наиболее перспективным является выделение признаков, относящихся к разным уровням индивидуальности. Например, низкие показатели IQ наблюдаются среди детей, имеющих при рождении сниженный вес и растущих в бедных семьях, в то время как дети с таким же весом при рождении, но растущие в семьях среднего класса, имеют нормативные показатели интеллекта (Werner 1986). Однако и в низкостатусных семьях с наличием "защищающих" факторов, таких как постоянное место проживания, меньшая стесненность жизненных условий, большая взаимность, стимуляция и обучение со стороны родителей, — уровень интеллектуального развития детей остается в норме, по сравнению с детьми того же класса, но имеющими менее оптимальные условия жизни (Bradley, 1994).

Отчетливое влияние средового компонента на актуальный уровень развития интеллекта выявлено в исследованиях приемных детей. К.Кэпрон и М.Дайм во время Французского Эксперимента изучили группу из 38 детей, взятых в младенчестве приемными родителями. При этом около половины детей родились в более образованных высокостатусных семьях, а другая часть — в семьях с более низкими социоэкономическими показателями (см. рисунок). Сравнение показателей IQ между выделенными двумя группами подростков обнаружило превышение в 11-12 пунктов для тех, кто воспитывался в высокостатусных приемных семьях, независимо от отнесенности к какой-либо из групп по факту рождения. С другой стороны, был выявлен и наследственный эффект, который проявился в том, что дети, рожденные в высокостатусных семьях, имели более высокие показатели IQ независимо от того, в какой приемной семье они воспитывались:

Рис. - Генетические и средовые эффекты воспитания приемных детей

* — стандартные баллы по КЗ

Положение на шкале социально-экономического статуса (низкий, средний и высокий уровни) влияет на многие связанные с интеллектом характеристики индивидуальности. На основе лонгитюдного исследования детей в низкостатусных семьях Шэфер (1987) предположил, что интеллектуальная компетентность опосредуется на каждом этапе индивидуального развития набором родительских установок и ценностей. Родители с низким социально-экономическим статусом вырабатывают менее удачные стратегии решения проблем для своих детей, чем родители, относящиеся к так называемому среднему классу. В низкостатусных семьях родители также проявляют тенденцию скорее решать детские проблемы самим, чем помогать детям в решении их проблем (McGitiicuddy-DeLisi, 1982). При этом, по полученным в других исследованиях данным, поощряющий независимость в решении проблем стиль родительского воспитания связан с более высокими показателями IQ у детей (Block, 1988). Социально-классовые различия взрослых также обнаруживают ряд устойчивых тенденций.

Качество жизни: образование, наличие и сложность работы, деньги и здоровье. Качество окружающей ребенка социально-экономической среды непосредственно сказывается на его физическом, психическом и личностном развитии. Районы проживания с неблагополучной обстановкой становятся сильным препятствием для формирования у растущих детей адекватного мировосприятия, что неизбежно сказывается на уровне жизненной адаптации. Наблюдения за человеческими младенцами подтвердили гипотезу о значимости ранней жизненной стимуляции (включая богатое витаминами питание) для дальнейшей адаптации (Perlman, 1996). К тому же раннее корректирующее воздействие в первые месяцы жизни ребенка ведет к увеличению в последующем показателей интеллектуальных тестов на 15—30% по сравнению с контрольной группой.

Хорошо образованные взрослые не только имеют более высокий уровень IQ, но и обнаруживают более развитые интеллектуальные и исполнительские навыки в пожилом возрасте. При этом сексуальная активность среди хорошо образованных женщин старшего возраста также более обычна (Palmore, 1981). Взрослые с менее высоким уровнем образования имеют более крепкое здоровье и живут дольше, чем образованные люди их класса (Palmore, 1973), а также имеют более стабильные браки и чаще считают их счастливыми (Campbell, 1981). Интересно, что образованные люди и представители среднего класса удовлетворены, в целом, своей жизнью, более счастливы и демонстрируют значительно больший личностный рост (Harris, 1975). Однако, хотя исследования показывают, что ощущение удовлетворенности жизнью и счастья среди людей с высоким доходом (как правило, хорошо образованных) намного выше, в целом уровень выраженности этих показателей даже в развитых странах снижается.

Показатели обеспеченности отражают потенциальные экономические возможности, которые смягчают или усиливают различные формы стрессового воздействия. Поэтому хорошо обеспеченные люди отличаются в лучшую сторону показателями здоровья и удовлетворенности жизнью. Высокий уровень дохода связан также с возможностью хорошего ухода за детьми и с более комфортной жизнью на пенсии.

Опыт в выполнении сложной работы и набор освоенных жизненных ролей оказываются еще одним дифференцирующим параметром. Взрослые, отличающиеся по этим показателям, способны к развитию высших уровней Я, позволяющих интегрировать жизненные структуры. Сложность работы (Giel, 1982) обеспечивает развитие когнитивных навыков и, соответственно, интеллектуальное совершенствование и вырабатывает рефлексивность, как качество, ведущее к эмоциональному и личностному росту.

Отсутствие любой работы является одним из важнейших источников жизненного стресса. Не занятые работой мужчины отличаются проявлением большего количества нежелательных симптомов — тревожности, депрессии, беспокойства о своем здоровье, чем работающие (Liern & Rayman, 1982). Некоторые показатели здоровья оказываются довольно прочно связанными с уровнем статуса. Долгое время считалось, что высокий уровень кровяного давления у американских африканцев является генетически детерминированным. Однако недавние данные (Klag,1991) позволяют интерпретировать этот показатель как следствие хронического стресса, вызванного низкостатусной работой (или же ее отсутствием) и ограниченными возможностями в получении образования. Гипертония развивается в результате фрустрации, вызванной попытками достичь удовлетворения наиболее значимых жизненных целей, что не является доказательством ее генетической детерминированности.

Социоэкономический статус оказывается наиболее значимым предиктором различий в здоровье для людей среднего возраста. Хотя по данным на момент обследования (James,1992), молодые люди кажутся схожими по показателям здоровья, в более зрелом возрасте частота хронических заболеваний связана с профессиональным и образовательным уровнем в молодые годы. В некоторых случаях весьма существенным оказывается также введение дополнительной, этнической переменной. На­пример, в США связь между здоровьем и уровнем СЭС наиболее значима в исследованной выборке для американских испанцев и африканцев.

Особенности СЭС изучались также в связи с частотой проявления определенных типов психических расстройств. Среди пациентов, относящихся к слоям общества с высоким СЭС, был выявлен высокий процент невротических расстройств, а пациенты с низким СЭС значительно чаще страдали от психопатических расстройств (Hollingshead & Redlich, 1958). На этих данных основана теория, условно названная "дрейф". Человеку с психотическим расстройством, к какому бы классу он ни относился, труднее всего подобрать себе работу. Как следствие этого, его способность в достижении удовлетворительного статусного уровня резко ухудшается, что и заставляет его «дрейфовать» ко все более худшим условиям существования.

Интерпретация параметров качества жизни довольно сложна. Например, степень удовлетворенности хорошо образованного работника связана с тем, что он видит в своей работе не только источник повышения своего дохода, но и возможность приложения способностей, В то же время для плохо образованного ценность работы определяется в первую очередь возможностью заработка.

Стремление к достижениям в контексте социальной стратификации. Экономические ресурсы скрывают в себе важный источник роста социоэкономического статуса для молодежи. Подростки из семей с высоким социоэкономическим положением с большей вероятностью продолжают и завершают образование после окончания высшей школы и проявляют стремление к достижению высокого уровня личных и социальных успехов (Gustafson & Magnusson, 1991). Родители, принадлежащие к среднему классу и более высоким социальным слоям общества, поощряют своих детей к проявлению высокой мотивации достижения, прогнозируя больший успех в карьере и предоставляя им экономические ресурсы, часто недоступные для малообеспеченных детей (Achenbach, 1982).

У.Бронфербреннер получил данные о том, что низкостатусные матери чаще, по сравнению со среднестатусными, наказывают за отсутствие нужного самоконтроля, больше полагаются на физические наказания, озабочены внешним видом детей и ожидают от них меньшей независимой активности (Bronferbrenner, 1958). Такая стратегия, детерминирующая соответствующий уровень достижений, характерна для обществ, где экономическое самообеспечение является первостепенной задачей. В таких обществах послушание становится необходимым для выживания признаком. Легко проследить параллель между спецификой обществ, еще существующих в некоторых регионах Земли, и низкостатусными классами в большинстве наиболее развитых стран мира. Эти данные соответствуют гипотезе Р.Лэвайн (1974) о соответствии родительских целей в процессе воспитания ребенка определенным эволюционным стратегиям, соответствующим стадиям развития общества.

Стремление к достижениям связано как с самооценкой, так и со структурой наиболее устойчивых мотивов индивида. Необходимо учитывать и влияние такой важной средовой детерминанты, как ожидания со стороны окружающих. Воздействие этого фактора, обнаруживающего себя уже в формировании поведения школьников, опосредовано уровнем СЭС Учителя по-разному строят свои взаимоотношения с детьми, от которых они ожидают большего или меньшего успеха в обучении (Brophy & Good, 1970). После опроса учителей, проранжировавших обучающихся у них первоклассников по уровню достижений, психологи отобрали для наблюдения две группы ребят, образовывающих верхнюю и нижнюю части шкалы достижений. Типы взаимодействия "учитель—ученик" выделялись на основе таких показателей, как частота поднятия руки во время урока, определение правильности ответа, похвала или критика. Учеников, поведение которых соответствовало высоким ожиданиям, учителя чаще хвалили за правильный ответ, реже критиковали за неправильный, гораздо чаще сопровождали неправильные ответы комментариями, давая ученику второй шанс, — другими словами, строили свое взаимодействие на основе обратной связи после каждого ответа. Такой тип взаимодействия формировал стремление к более высоким достижениям в будущем у "соответствующих-высоким-ожиданиям", подчеркивая несущественность тех же качеств у "несоответствующих".

Модель человеческих различий предполагает равноценное участие в детерминации индивидуальных особенностей таких факторов, как наследственная предрасположенность и экологические влияния, проявляющиеся прежде всего в специфике внутрисемейного взаимодействия, обусловленной параметрами СЭС. Становится все более очевидным и учет субъективной детерминации рассматриваемых явлений, отображающейся в характеристиках жизненного опыта как системообразующего фактора в формировании каждой отдельной человеческой индивидуальности. (Либин)


 






Сейчас читают про: