double arrow

ОБЩИЕ ИТОГИ РАЗВИТИЯ СТРАН ВОСТОКА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XVII И В XVIII в


Глава VII

Обострение кризиса феодальных отношений

Некоторая централизация Японии, осуществленная Токугава, прекращение междоусобных войн на первых порах содействова­ли подъему производительных сил.

В течение всего XVII века расширялись посевные площади, совершенствовалась техника сельского хозяйства. В деревню проникали товарно-денежные отношения. Рента становилась смешанной, натурально-денежной. Развивалось ремесло. По­явились домашняя промышленность и первые мануфактуры. Купцы-скупщики снабжали крестьянские семьи сырьем и заби­рали у них готовую продукцию. Различные районы страны специализировались на производстве определенных изделий домаш­ней промышленности. Значительно расширилась внутренняя тор­говля. На этой основе в феодальной экономике Японии начал формироваться капиталистический уклад.

В XVIII в. мануфактурное производство расширилось, охва­тив ряд отраслей (прядение, ткачество, винокурение, соеварение, красильное и гончарное дело, сахароварение, производство бумаги и т. п.). В конце XVIII в. в г. Кйрю была изобретена прядильная машина, приводимая в действие от водяной мель­ницы.

Подъем производительных сил сопровождался усилением внутренних противоречий феодальной экономики. Принявшая крайние формы эксплуатация крестьянства уже к середине XVIII в. привела к застою в экономическом развитии, к упадку сельскохозяйственного производства. Абсолютистские порядки, произвол властей и самурайства, цеховые регламентации стали препятствием к развитию ремесла и мануфактурной промыш­ленности.

Происходило дальнейшее усиление феодальной эксплуата­ции и произвола. Налоги взыскивались за несколько лет вперед. Крестьянское население быстро разорялось. Это вызывало крупные крестьянские восстания. Волна их прокатилась по Японии в XVIII и начале XIX столетия. С конца XVIII в. наря­ду с крестьянскими восстаниями вспыхивали антифеодальные выступления городской бедноты. В 1787 г. население Осака восстало против высоких цен на рис, установленных купцами-монополистами при поддержке токугавских властей. В дальней­шем «рисовые бунты» охватили и другие города Японии.

Обострение классовой борьбы было одним из ярких прояв­лений кризиса токугавского режима. К этому времени, когда в Западной Европе и Северной Америке побеждал и утверждал­ся промышленный капитализм и начинался новый этап коло­ниальной агрессии европейских держав на Востоке, феодальная система в Японии переживала глубокий внутренний кризис.

При определении периодизации всемирной истории середину XVII в. (английская буржуазная революция) принято считать рубежом между средними веками и новым временем, между феодальной и капиталистической эпохами истории человечест­ва. Периодизация же истории отдельных стран не всегда совпа­дает с ней, имеет свои особенности. Только в Англии середина

XVII в. явилась рубежом между феодальным и капиталистиче­ским периодами ее национальной истории. Во Франции таким рубежом стала буржуазная революция конца XVIII в., в Рос­сии — реформа 1861 г. и т. д.

Как видно из предыдущих глав, не только к рубежу всемир­ной истории, разделяющему средние века и новое время, но и на протяжении начального периода новой истории ни одна из стран Азии и Африки не поднялась выше феодальной стадии социально-экономического развития. В тех странах Азии и Се­верной Африки, основным занятием населения которых было земледелие, господствовали феодальные отношения. В Японии, Индии, Китае, ряде областей Османской империи они достигли высшей стадии зрелости. Одновременно на обширных афро­азиатских территориях миллионы людей вели примитивный ко­чевой образ жизни, при котором были сильны пережитки до­феодальных отношений, а в Тропической и Южной Африке, Океании, отдельных горных районах Азии многие племена и народности находились на различных стадиях первобытнооб­щинного строя или только осуществляли переход к классовому обществу.

Однако наступление новой, капиталистической эпохи все­мирной истории оказало решающее воздействие на историче­ские судьбы всех стран и континентов. По мере утверждения капитализма в передовых странах Европы происходил коренной перелом и в развитии стран Азии и Африки.

Если до английской буржуазной революции проникновение европейцев На Восток еще не оказывало заметного влияния на внутреннее развитие его народов, то со второй половины XVII и особенно в XVIII в. положение изменилось. Теперь началось постепенное подчинение народов Азии и Африки господству европейских государств, в которых утверждался капитализм.

Процесс складывания колониальной системы поднимавшего­ся капитализма происходил неравномерно и в разной степени отражался на положении отдельных стран Востока. Но к нача­лу XIX в. все или почти все они в той или иной форме ощутили последствия колониальной политики европейских государств.

К этому времени наиболее населенные и развитые районы Индонезии (о-в Ява) почти два века являлись голландской ко­лонией. Англичанами были завоеваны и подчинены Южная, Восточная и часть Центральной Индии. Влияние британских колонизаторов сказывалось и на положении остальных областей Индостана. Был завоеван о-в Цейлон. Продолжалась экспансия португальских колонизаторов в Африке, в прибрежных районах которой утверждали свои опорные базы Англия и Франция.

Другие районы Азии и Африки еще сохраняли свою незави­симость, но колониальная политика европейских держав уже серьезно влияла на их международное положение и внутрен­нее развитие.

Так, Китай, Япония, Корея к началу XIX в. оставались поли­тически независимыми. Но угроза европейского вторжения бы­ла одним из факторов, побуждавших господствующие классы этих стран проводить политику самоизоляции от внешнего мира. Большую роль при этом играли и внутриполитические факто­ры — стремление упрочить феодальные порядки, не допустить проникновения опасных для феодальных правителей идей. «За­крытие» Китая отражало также великоханьскую китаецентрист-скую идеологию правителей страны. Надо полагать, что на пер­вых порах политика «закрытия» тех или иных стран задержала или отодвинула на какое-то время вторжение колонизаторов, однако в конечном счете она сыграла отрицательную роль в социально-экономическом и политическом развитии этих стран. Политика самоизоляции способствовала усилению их экономи­ческой, политической и культурной отсталости.

К. Маркс отмечал, что «полная изоляция была первым усло­вием сохранения старого Китая». Он указывал, что, когда этой изоляции был положен конец, «разложение должно было на­ступить так же неизбежно, как неизбежно разложение тща­тельно сохраненной в герметически закрытом гробу мумии, лишь только к ней получит доступ свежий воздух» *.

* К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 9, с. 100.

В Османской империи окончательно оформился режим ка­питуляций, ставший орудием экономического и политического проникновения европейских колонизаторов.

Во второй половине XVIIи в XVIIIв. колониальная полити­ка Англии, Голландии, Франции в странах Азии и Африки по-прежнему определялась главным образом потребностями пер­воначального накопления капитала. Страны Востока стали одним из источников тех богатств, используя которые капита­листы Англии и других европейских стран создавали свою фаб­ричную промышленность.

«Открытие золотых и серебряных приисков в Америке, — писал К. Маркс, характеризуя особенности зарождения капита­лизма, — искоренение, порабощение и погребение заживо ту­земного населения в рудниках, первые шаги по завоеванию и разграблению Ост-Индии, превращение Африки в заповедное поле охоты на чернокожих — такова была утренняя заря капи­талистической эры производства. Эти идиллические процессы суть главные моменты первоначального накопления» **.

** К- М а р к с ц Ф. Э н г е л ь с. Соч., т. 23, с. 760

В колониальном ограблении стран Востока большую роль сыграли монопольные Ост-Индские компании, возникшие в ряде европейских государств. В рассмотренный выше период наибо­лее активно действовали голландская, английская и француз­ская компании. Колониальная экспансия соответствующих госу­дарств осуществлялась от имени Ост-Индских компаний, что

привело к превращению последних в территориальные державы, власть которых распространялась на обширные области Индо­незии и Индостана.

По мере формирования колониальных империй нового вре­мени развертывалась освободительная борьба народов Азии и Африки. Первоначально это было традиционное сопротивление вторжению чужеземцев. Именно такое сопротивление, положив­шее начало антиколониальной борьбе народов Азии и Африки, встретили португальские и испанские конкистадоры.

Со второй половины XVII и особенно в XVIII в., когда глав­ную роль в колониальных захватах стали играть Голландия, Англия и Франция, сопротивление народов Индонезии и Индо­стана стало приобретать новые черты. Наиболее дальновидные из феодальных правителей стран, явившихся объектом колони­альной агрессии, призывали к отказу от междоусобной борьбы и объединению всех сил для отпора колонизаторам (например, Типу Султан в Индии).

В странах, которые уже были завоеваны, потеряли незави­симость и народы которых подвергались жесточайшей колони­альной эксплуатации, имели место, первые народные восстания против колониального гнета, за восстановление утраченной не­зависимости.

Как правило, сопротивление колонизаторам в тот период организовывали и возглавляли представители тех феодальных групп, которые теряли свои права и привилегии. Но главной силой сопротивления было крестьянство. В антиколониальной борьбе участвовали также торговые и ремесленные слои.

В сопротивлении, которое оказывали народы Востока коло­низаторам в XVII—XVIII вв., главную роль играла борьба за независимость феодальных государств и княжеств или родоплеменных объединений. Она велась под лозунгами феодального или племенного патриотизма и защиты религии.

Ограбление Индонезии, Индии и других стран Востока гу­бительно сказалось на их экономике, усилило их отсталость по сравнению с передовыми странами Европы. К началу XIX в. даже относительно передовые страны Востока оставались еще феодальными, а во многих странах Азии и особенно в Африке значительным был удельный вес дофеодальных отношений. Пер­вые результаты и последствия вторжения иностранных колони­заторов углубляли кризис феодальных порядков, начавшийся в некоторых странах Востока еще накануне нового времени.


Сейчас читают про: