double arrow

Теория когнитивного диссонанса 7 страница


Результаты, полученные в эксперименте Беннета, показывают, что данный эффект не может быть объяснен только различием между <публичным> и <индивидуальным> способами сообщения о принятии решения. В данном эксперименте влияние способа принятия решения было наибольшим в тех условиях, когда испытуемые принимали индивидуальное анонимное решение.

Исследование Беннета предоставляет дополнительные доказательства в пользу истинности теории диссонанса. Так, если положения этой теории верны и если различия в характере последующих действий являются следствием уменьшения диссонанса, возникающего

после принятия окончательного решения, следует ожидать, что в когнитивной системе произойдут определенные изменения. То есть после принятия окончательного решения стремление к уменьшению возникшего диссонанса должно привести к тому, что отношение к добровольному участию в эксперименте будет более благоприятным, чем оно было до принятия решения.

Необходимо напомнить, что первоначально состав экспериментальных групп выравнивался по критерию отношения к вопросу добровольного участия в эксперименте. Спустя несколько недель после проведения эксперимента испытуемых попросили заполнить еще один опросный тест, определяющий характер отношения к вопросу добровольного участия в эксперименте. Количество испытуемых, высказавших положительное отношение, составило 45 процентов среди испытуемых, которые не должны были сообщать о каком-либо решении, и 54 процента в общей группе испытуемых, которые сообщали о своем решении тем или иным способом. Хоть различие между этими двумя группами опять-таки было очень небольшим и не достигло адекватного уровня статистической значимости (13-процентный уровень достоверности), характер этого различия соответствовал теоретическим ожиданиям, а его величина была сравнима с теми результатами, которые были получены ранее в условиях добровольного участия в эксперименте.




Заключение

Эта глава посвящалась обзору ряда исследований, направленных на изучение психологических эффектов, возникающих после принятия окончательного решения. Полученные результаты свидетельствуют о следующем.

1. После того как окончательное решение принято, людям свойственно активно искать такого рода информацию, которая может обеспечить формирование системы знаний, которая будет консонантной по отношению к предпринятым действиям.

2. После того как окончательное решение принято, индивиды, как правило, испытывают либо большую степень уверенности в правильности сделанного решения, либо в их когнитивной системе различие в оценке доступных при выборе альтернатив становится более отчетливым; возможно сочетание этих процессов. Каждый из них свидетельствует о том, что уменьшение возникшего диссонанса было успешным.



3. Успешное уменьшение диссонанса, возникающего после принятия окончательного решения, проявляется также в том, что индивиды испытывают трудности при попытке изменить принятое решение, и в том, какие последствия имеет изменение когнитивной системы для последующих действий, релевантных этим изменениям.

4. Характер перечисленных выше психологических эффектов непосредственно зависит от степени диссонанса, возникающего как следствие принятого решения.

118 Глава 4 ФЕНОМЕН ВЫНУЖДЕННОГО СОГЛАСИЯ

Нередко случается, что поведение людей противоречит их собственным убеждениям или их публичные заявления не имеют ничего общего с истинными воззрениями. Как мы покажем далее, это сопровождается в психологическом плане возникновением диссонанса, а вслед за ним - разнообразных проявлений стремления к его уменьшению. Прежде чем мы перейдем к изучению причин возникновения диссонанса в подобных ситуациях и форм проявления стремления к его уменьшению, необходимо проанализировать причины появления подобного расхождения между индивидуальными взглядами и публичным поведением. Только после того, как мы будем правильно понимать характер тех условий, которые приводят к подобным ситуациям, можно приступать к анализу того, почему и когда возникает диссонанс.

Давайте представим, что на человека оказано такое воздействие, которое имеет целью изменить его взгляды или поведение. Оно может быть малоэффективным и в этом случае не вызовет каких-либо изменений в его мировоззрении. В других случаях оно достигнет своей цели и приведет к фактическим изменениям в системе взглядов или поведении индивида. Воз-119



можен и третий тип ситуации, когда подобное воздействие является успешным в том смысле, что человек изменит внешние проявления своего поведения - в поступках или словах, в то время как его внутренняя система взглядов остается прежней.

Анализу ситуаций действительного изменения системы взглядов индивида посвящена восьмая глава, в которой речь идет о роли социальной поддержки в уменьшении степени диссонанса. Данная глава будет посвящена, главным образом, анализу вынужденного внешнего, или публичного, согласия, не сопровождающегося изменениями во внутренней системе взглядов индивида. Несколько лет назад я опубликовал статью, где попытался теоретически описать условия, в которых происходит внешнее изменение поведения без внутреннего согласия на изменение такого рода. Позвольте мне кратко пересказать основные тезисы этой статьи.

Внешнее изменение поведения, не сопровождающееся соответствующими изменениями во внутренней системе взглядов индивида, происходит при наличии следующих условий.

1. Вынужденное согласие возникает в ситуации, когда в качестве средств принуждения используется угроза наказания за неподчинение; при этом индивид, на которого направлена эта угроза, не имеет достаточных возможностей исключить себя из данной ситуации. В таких обстоятельствах индивид сталкивается с необходимостью выбора между двумя альтернативами: либо проявить уступчивость, либо подвергнуться наказанию. Если угроза наказания воспринимается как более сильная, чем возможность любой формы сопротивления, то индивид приходит к заключению, что ему следует продемонстрировать подчинение, и поэтому он внешне изменяет свое поведение. При отсутствии воздействия дополнительных факторов индивид имеет возможность продолжать придерживаться той же самой системы взглядов, что и прежде.

2. Вынужденное согласие вызывается и обещанием награды за требуемое поведение. Если награда является достаточно привлекательной для преодоления собственного сопротивления, индивид может продемонстрировать подчинение, с тем чтобы получить ее. Повторим еще раз, что если уступчивость такого рода выражается внешне, то внутренняя система взглядов индивида остается неизменной и, следовательно, будет противоречить внешним формам поведения.

Вопрос состоит в том, каким образом можно отличить выражаемую внешне уступчивость, не сопровождающуюся изменением внутренней системы взглядов, от тех случаев, когда внутренняя система взглядов также подвергается изменениям. Ясно, что это может быть достигнуто посредством оценки степени противоречий между внешними формами поведения, выражаемыми в поступках или словах, и характеристиками внутренней системы взглядов. В общем, существует два способа, с помощью которых можно это оценить.

Первый способ заключается в том, чтобы удалить источник влияния или принуждения. Предположим, что индивид демонстрирует некоторые формы измененного поведения в условиях, когда окружающие оказывают давление на него. Теперь нужно оценить поведение данного индивида, когда он не находится в фокусе внимания окружающих. Если внутренняя система его взглядов действительно изменилась, то его поведение должно остаться таким же, каким проявилось под давлением извне. Если внутренняя система его взглядов не изменилась, а демонстрируемые изменения оказались только внешней уступкой окружающим, то поведение будет прежним.

Кох и Френч приводят пример, который иллюстрирует подобный тип изменения. Они описывают одно

из исследований, посвященных анализу ситуации, когда очень незначительные изменения в форме организации труда на заводе вызвали значительные трудности. Большая часть рабочих, которые имели достаточно высокую производительность труда, вдруг показали существенное ее уменьшение после введения этих изменений. Некоторые рабочие впоследствии так и не смогли достигнуть прежнего уровня производительности труда. Кох и Френч предположили, что в этой ситуации большую роль сыграли установившиеся групповые стандарты, вынуждающие рабочих снижать возможный уровень производительности труда. Они описывают показательный пример одного из прессовщиков, кто, как и достаточно большое число других рабочих, незначительно снизил уровень производительности выполняемой работы (с 60 до 50 изделий в час). На тринадцатый день, когда этот рабочий достиг прежнего уровня производительности труда (60 изделий в час) и превысил средний уровень, показываемый другими рабочими, его социальный статус в бригаде претерпел значительные изменения - его записали в выскочки.

Вскоре после этого уровень производительности у него снизился и перестал отличаться от среднего в группе. Другими словами, перед лицом моральной угрозы этот рабочий, который, вероятно, хотел работать более производительно, внешне подчинился влиянию остальных членов бригады.

Спустя двадцать дней эта бригада была почти полностью переведена на другую работу, и только один этот рабочий был оставлен на выполнении прежней работы. Уровень его производительности сразу же заметно увеличился. В течение первых четырех дней производительность этого рабочего возросла до 83 изделий в час, спустя еще некоторое время - достигла

уровня 92 изделия в час и оставалась такой в течение продолжительного времени. Другими словами, когда моральный фактор, воздействующий на поведение этого рабочего, был устранен, его поведение тут же изменилось. Поведение этого рабочего представляет собой пример внешнего подчинения, не сопровождавшегося соответствующими изменениями внутренней системы взглядов; его внутренние убеждения противоречили внешнему принуждению к уменьшению уровня производительности труда.

Еще один способ идентифицировать расхождение между внешним поведением и внутренней системой взглядов - это прямое измерение установок индивида. В вышеупомянутом примере подобное измерение установок рабочего не проводилось. Вывод об их характере был сделан на том основании, что после того, как социальное давление было ликвидировано, поведение этого рабочего изменилось. В дополнение к наблюдению за характером внешнего поведения можно также оценить различие между внешним поведением и внутренними убеждениями, предоставляя индивиду возможность высказать свое мнение анонимно. Подобные мнения могут рассматриваться как отражающие внутренние убеждения индивида. Если характер утверждений, сделанных в условиях анонимности, отличается от публичных заявлений, то можно сделать вывод о внешних проявлениях уступчивости, не сопровождающейся изменениями во внутренней системе взглядов.

Прежде чем продолжить обсуждение ситуаций, когда диссонанс является результатом вынужденного согласия (мы будем использовать этот термин в качестве сокращенного обозначения изменений во внешнем поведении, не сопровождающихся изменениями во внутренней системе взглядов), давайте на минуту отвлечемся от эмпирического мира, чтобы оценить, действительно ли вынужденное согласие является следствием возможной угрозы наказания или возможной награды.

Только прояснив в достаточной степени это положение, мы сможем продолжить теоретический анализ.

Мак-Брайд и Бердик провели специальное исследование чтобы проверить, действительно ли вынужденное согласие является следствием возможной угрозы наказания или возможной награды. Процедура эксперимента была идентичной в трех группах, различие между которыми заключалось только в том, что именно в каждом конкретном случае выступало в качестве фактора воздействия. В первой группе этим фактором была угроза наказания, во второй - возможность получить награду, а в третьей, контрольной группе какой-либо фактор воздействия отсутствовал. Были получены следующие результаты.

1. Первая группа. Из 135 субъектов 19 испытуемых (14 процентов от общего количества) продемонстрировали вынужденное согласие. То есть эти люди изменяли внешнюю форму своего поведения тогда, когда им была обещана награда, но ответы на анонимный опросник показывали, что их внутренние убеждения не изменились.

2. Вторая группа. Из 124 субъектов 13 испытуемых (10,5%) продемонстрировали вынужденное согласие.

3. Контрольная группа. Из 116 субъектов только трое (2,6%) продемонстрировали вынужденное согласие. Различие между результатами в контрольной группе и результатами в любой из двух других групп были статистически значимы на высоком уровне достоверности.

Таким образом, исследование показало, что вынужденное согласие действительно имеет место в тех условиях, когда принуждение к подчинению сопровождается угрозой наказания или возможностью получить награду. В условиях отсутствия какой-либо формы принуждения эффект вынужденного согласия возникает очень редко. Дополнительные результаты, полученные в этом исследовании, будут рассмотрены в следующей главе, которая анализирует явление диссонанса, возникающего в результате вынужденного согласия.

Там же будет приведено подробное описание процедуры этого эксперимента. Теперь мы можем продолжить обсуждение того, как и почему диссонанс возникает в подобных условиях.

Диссонанс, являющийся следствием вынужденного согласия

Если внешне демонстрируется уступчивость, это означает, что существует противоречие между формой поведения и внутренней системой взглядов. С одной стороны, существуют когнитивные элементы во внутренней системе взглядов, соответствующие данному убеждению, а с другой стороны - когнитивные элементы, соответствующие внешним формам поведения. Эти два набора когнитивных элементов отчетливо противоречат друг другу.

Мы утверждаем, что отношение между этими двумя наборами элементов является диссонантным, основываясь на определении, которое мы сформулировали в главе 1. Согласно этому определению, между двумя элементами существует отношение диссонанса в том случае, если один из них отрицает другой. Можно, следовательно, утверждать, что диссонанс, в определенной степени, является неизбежным следствием вынужденного согласия. При анализе, проведенном в следующей главе, мы будем полагать, что в тех условиях, когда в случае подчинения индивид может получить награду, а в случае неподчинения он может быть наказан, по крайней мере некоторые индивиды продемонстрируют вынужденное согласие и, следовательно, будут испытывать когнитивный диссонанс.

Как утверждалось в первой главе, степень диссонанса между двумя группами когнитивных элементов частично определяется количеством диссонантных отношений между значимыми элементами: чем их больше, тем большей будет степень диссонанса. Давайте рассмотрим, какие когнитивные элементы вступают с представлением о внешнем поведении в ситуации вынужденного согласия в отношения консонанса, а какие - в отношения диссонанса. Мы сможем также определить факторы, влияющие на характер соотношения между этими элементами. Как вы помните, значимость каждого типа отношений зависит от значимости задействованных в нем элементов.

В ситуации вынужденного согласия можно однозначно идентифицировать набор когнитивных элементов, которые очевидно созвучны с внешним поведением. Такие элементы соответствуют знанию о том, что награда получена или что наказания удалось избежать. Для измерения системы возникающего диссонанса необходимо определить количество и значимость тех когнитивных элементов, которые диссонируют с представлением о внешнем поведении, а также установить пропорцию между существующими диссонансом и консонансом. Очевидно, что доля диссонантных элементов

не может превышать 50 процентов. Это справедливо и в отношении диссонанса, возникающего после принятия окончательного решения.

Вероятнее всего, ожидаемые поощрение или наказание должны быть достаточно весомыми для того, чтобы человек сделал выбор в пользу уступчивого поведения, преодолев нежелание менять что-либо в своих убеждениях. Это позволяет предположить, что сумма консонантных отношений превосходит сумму диссо-нантных.

Очевиден также тот факт, что величина предлагаемой награды либо величина наказания является фактором, определяющим степень диссонанса, сопутствующего вынужденному согласию.

Слишком большие награда или наказание вызовут весьма незначительный диссонанс. Представьте, например, что некто обещает заплатить вам тысячу долларов, если вы публично объявите, что получаете удовольствие от чтения комиксов. Допустим, вы ему поверили, но не любите комиксы. Тем не менее вы наверняка согласитесь признаться общественности в своем пристрастии к комиксам и с чувством глубокого удовлетворения положите в карман тысячу долларов. Безусловно, вы почувствуете некоторый диссонанс - ведь вы сказали, что любите комиксы, а на самом деле это не так. Но такой немаловажный элемент, как осознание количества денег в вашем кармане, вполне согласуется с вашим публичным заявлением, и тут диссонансом легко пренебречь. По существу, то же самое произошло бы и в том случае, если некто пообещал бы пристрелить вас, если вы не признаетесь в своей любви к комиксам.

Снижение величины обещанной награды или грозящего наказания приводит к увеличению диссонанса. Максимально возможный диссонанс возникнет тогда, когда

поощрение или наказание будет едва достаточным для того, чтобы вызвать требуемое внешнее поведение.

Весьма интересной представляется также ситуация, в которой предлагаемое вознаграждение или грозящее наказание слишком мало, чтобы вызвать вынужденное согласие.

При таких обстоятельствах внешнее поведение индивида соответствует его личным убеждениям, но диссонанс тем не менее возникает. Элементы, соответствующие личным убеждениям и установкам, будут созвучны когнитивным элементам, соответствующим внешнему поведению человека, но последнее будет противоречить знанию об упущенной награде или предстоящем наказании. Разумеется, самый большой диссонанс возникнет в том случае, если награда или наказание еще чуть-чуть и спровоцировали бы требуемое поведение. В дальнейшем чем слабее будет поощрение или наказание, тем меньшим будет диссонанс. Для полноты картины следует также сказать, что чем большей будет значимость оспариваемых убеждений, тем большим диссонансом будет сопровождаться вынужденное согласие. Другими словами, если считать соотношение диссонантных элементов неизменным, большая значимость ситуации будет соответствовать большей степени диссонанса.

На рис. 2 графически представлены соотношения этих переменных. Как и на рис. 1 (см. с. 60), вы видите здесь прямые линии. Это не значит, что предполагаемые связи являются линейными. Точная их форма нам неизвестна, а прямая линия - самая простая для обозначения направления данной связи. Три кривые соответствуют трем различным степеням важности личных убеждений.

Давайте для начала посмотрим на сплошные части линий. Они показывают соотношение между степенью награды или наказания и величиной диссонанса в том случае, когда вынужденное согласие было проявлено. Отметки на оси абсцисс, соответствующие пикам этих линий, представляют ту величину награды или наказания, которой едва достаточно для проявления требуемого внешнего поведения.

Чем выше значимость личных убеждений, тем большей будет величина награды или наказания, необходимая для возникновения вынужденного согласия, как и степень возникающего диссонанса. Эти сплошные линии, по существу, сходны с линиями на рис. 1, которые отражают соотношения переменных при диссонансе, связанном с принятием решения. Это сходство становится очевидным, если в самом широком смысле описывать проявившего вынужденное согласие человека как принявшего решение получить награду или избежать наказания, отказавшись от поведения в соответствии со своими личными убеждениями.

Сплошные части каждой кривой соответствуют ситуациям, в которых вынужденное согласие проявилось; штриховые части - ситуациям, в которых вынужденное согласие не было проявлено.

Пунктирные линии на рис. 2 показывают соотношение между величиной предполагаемого поощрения или наказания и степенью диссонанса, возникающего в том случае, когда вынужденное согласие не было проявлено, т. е. поощрение или наказание оказалось недостаточным для того, чтобы вызвать требуемое поведение. Эти линии проведены штрихами как напоминание о том, что диссонантные и консонантные связи в этом случае меняются местами. Элементы, соответствующие личным убеждениям, теперь созвучны элементам, соответствующим внешнему поведению. Последние же в этой части рисунка диссонируют с элементами, соответствующими отказу от поощрения или наказания. Можно заметить, что если требуемое поведение не проявляется, то чем выше значимость личного убеждения, тем более низкой окажется степень диссонанса для любой специфической величины поощрения или наказания.

Уменьшение диссонанса, вызванного вынужденным согласием

Вернувшись к исходной гипотезе о том, что возникновение диссонанса порождает стремление, направленное на уменьшение диссонанса, мы переходим к анализу способов уменьшения диссонанса, вызванного вынужденным согласием. Помимо изменения значимости оспариваемых личных убеждений и поведения, диссонанс можно уменьшить двумя способами:

а) с помощью сокращения числа диссонантных отношений;

б) путем увеличения числа консонантных отношений.

Рассмотрим теперь, как реализуется каждый из этих способов в ситуации вынужденного согласия.

Когда величина ожидаемого наказания или поощрения оказывается достаточной для появления требуемого внешнего поведения, диссонанс сохраняется только до тех пор, пока испытывающий его человек продолжает придерживаться своих исходных убеждений.

Если ему удается в ситуации вынужденного согласия изменить собственное убеждение, диссонанс может исчезнуть полностью. Если убежденный консерватор вынужден делать либеральные заявления, стремясь завоевать расположение избирателей и в результате этого на самом деле начинает разделять высказанные идеи, диссонанс может исчезнуть. Поскольку ситуации, в которых поощрение или наказание используется для достижения вынужденного согласия, часто сопровождаются другими типами влияния - аргументацией и убеждением, этот тип уменьшения диссонанса встречается достаточно часто. Сам по себе акт вынужденного согласия делает человека более уязвимым для чужого влияния, которое может изменить его убеждения и, следовательно, устранит возникший диссонанс. Отсюда можно сделать вывод, что порой такое согласие влечет за собой перемены в личных убеждениях.

Можно предположить, что, поскольку стремление, направленное на уменьшение диссонанса, зависит от степени возникшего диссонанса, публичное выражение согласия чаще приводит к перемене личных убеждений в том случае, когда наказание или награда сравнительно малы. Таким образом, если вы хотите добиться от кого-то изменения его мнения в дополнение к публичному выражению согласия, самый лучший способ достичь этой цели - пообещать поощрение или наказание, едва достаточное для появления требуемого внешнего поведения. Если угроза или награда будет слишком весомой, вам удастся вызвать лишь небольшой диссонанс, который редко влечет за собой изменения в личных убеждениях.

В том случае, когда ожидаемое наказание или поощрение недостаточно сильно для того, чтобы вызвать уступчивость, перемена мнения может послужить некоторому уменьшению диссонанса. Если человеку удалось изменить собственное мнение в сторону еще большей уверенности относительно собственной исходной позиции и увидеть еще большее количество аргументов в ее пользу, число консонантных связей увеличится и, следовательно, общий диссонанс уменьшится.

Среди различных когнитивных элементов, изменение которых приводит к уменьшению диссонанса, безусловно, следует отметить те, которые соответствуют награде или наказанию. Если вынужденное согласие проявилось, число консонантных отношений может возрасти за счет увеличения значимости полученной награды или наказания, которого удалось избежать. При этом условии общий диссонанс будет несколько уменьшен.

Представьте себе, к примеру, человека, который поздним вечером возвращается домой. Вдруг его останавливает сомнительно одетая личность и просит у него денег. Наш герой вынимает бумажник и вручает попрошайке значительную сумму, после чего он, скорее всего, начинает убеждать себя в том, что незнакомец представлял для него серьезную опасность и причинил бы ему значительно больший вред, если бы не получил денег.

Анализируя данные, представленные в следующей главе, мы будем искать один из этих двух типов проявления стремления, направленного на уменьшение диссонанса, в каждой ситуации, где обещание награды используется для достижения согласия, а несогласие грозит наказанием.

Заключение

В этой главе представлены данные, служащие документальным подтверждением того, что вынужденное согласие, не сопровождаемое переменой личных убеждений, проявляется в тех случаях, если за уступчивость предлагается поощрение, а нежелание уступить грозит наказанием.

Диссонанс является неизбежным следствием такой ситуации. Если под чьим-либо давлением вынужденное согласие проявляется, личные убеждения вступают в противоречие с когнитивными элементами, соответствующими внешнему поведению. Если же обещанная награда или грозящее наказание оказываются недостаточными для того, чтобы вызвать вынужденную уступчивость, с этими элементами начинает диссонировать знание, соответствующее награде или наказанию.

Степень возникающего диссонанса является функцией значимости личных убеждений и величины наказания либо поощрения. Уменьшения возникшего диссонанса можно достичь, используя один из следующих способов:

1) изменение личного убеждения с целью согласовать его с требуемым внешним поведением; 2) увеличение значимости награды или наказания с целью увеличения консонанса с требуемым внешним поведением.

133 Глава 5 ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ЭФФЕКТЫ И ПОСЛЕДСТВИЯ ВЫНУЖДЕННОГО СОГЛАСИЯ: ЭМПИРИЧЕСКИЕ ДАННЫЕ

Теория диссонанса, подробно изложенная в предшествующих главах, позволяет предположить, что иногда вынужденное согласие способно привести к принятию навязываемых идей. Многим из нас знакомы подобные случаи как по чужим рассказам, так и из повседневных наблюдений. Например, ребенок, которого заставляют регулярно заниматься игрой на фортепиано, может в конце концов свыкнуться с представлением о необходимости постоянных упражнений. Недавно сменивший место жительства человек вынужден подчиняться принятым среди новых соседей традициям и в конечном итоге вполне способен принять их взгляды и убеждения.

О проявлении этого феномена свидетельствуют и результаты различных исследований. Бетельгейм сообщает, что некоторые узники немецких концентрационных лагерей, вынужденные вести себя в соответствии с убеждениями и жизненными ценностями охранников, в конечном счете приняли их убеждения и ценности.

Однако подобные сведения, полученные из случайных наблюдений, далеки от того, чтобы быть исчерпывающими или хотя бы удовлетворительными.

Данную теорию гораздо сильнее подтвердили бы данные о том, что подобный феномен можно наблюдать в искусственно созданных и контролируемых условиях. Необходимыми условиями для демонстрации этого явления можно считать следующие:

1. Экспериментальное создание условий, которые вели бы к вынужденному согласию, т. е. обещание награды либо угроза наказания.

2. Однозначная идентификация тех личностей, которые в какой-то момент демонстрируют вынужденное согласие в данных условиях.

3. Представление доказательств того, что по крайней мере некоторые из этих людей в конечном счете демонстрируют изменение личных убеждений под воздействием навязанной идеи, даже если ситуация осталась неизменной.

Данные, которые по существу соответствуют всем этим требованиям, получены в ходе исследований, проведенных совместно Бердиком и Мак-Брайдом, о которых я уже упоминал в предыдущей главе. Как эти требования были выполнены, будет видно из описания подробностей процедуры.

Среди учеников средней школы были организованы дискуссионные группы из пяти-семи человек. На первом (и единственном) собрании каждой группы была предложена для обсуждения проблема комендантского часа и его влияния на школьные спортивные мероприятия. Каждый участник обсуждения должен был в письменном виде ответить на вопрос: нужно ли отменять комендантский час в дни проведения различных школьных соревнований для того, чтобы они начинались в довольно позднее время. После того как экспериментатор собрал бюллетени для голосования (с ответами <да> или <нет>), он вручил всем членам группы сводную таблицу результатов голосования. Данные в







Сейчас читают про: