double arrow

Лекция 7. Конформность — поведение, соответствующее ожиданиям

Конформизм и нонконформизм

Конформность — поведение, соответствующее ожиданиям.

Конформизм и нонконформизм имеют большое значение. Конформизм — принятие норм, законов. Взгляды и поведение строятся в соответствии с большинством. Конформист такой же, как все. Нонконформист идёт поперёк. При таком использовании и в широком социальном конспекте конформист — это негативно. Общественное сознание не одобряет. Конформисты не пользуются большим престижем. Характеристики: подражательность, приспособленчество, манипулируемость, стремление к уравниловке. Нонконформист: независимость, самостоятельность, желание свободы и самоопределения. Конформист стоит ниже, чем нонконформист. Но в таких описаниях половина истины. Позиция к постоянству. Нонконформист свободолюбив: недоверие, ненадёжность, хаотичность, опасность. Неконформное поведение всегда представляет нарушение общепринятых норм. В итоге общество не может без нонконформистов, поскольку они новаторы, источник всего нового в социальном процессе. Вот такое отличие. Нонконформизм — альтернативные, авангардистские течения. Порождает отклонение.

3 формы отклоняющегося поведения: отклонение (любого рода нарушение норм и несоответствие ожидания), аномия (беззаконие; введено Дюркгеймом для описания специфического состояния нормативной среды общества, порождающее отклоняющееся поведение), преступность. Аномия предполагает разрушение базовых элементов культуры: гибель традиций и обычаев, распад культурных, моральных, правовых норм. Это 1917, это вообще приходит в период революций, социальных переворотов, голода, социальных катаклизмов. Стабильная система рушится, пытается прийти система, и общество лишается устойчивого ориентира поведения. В такие периоды возрастает преступность, падают институты, Отсутствует общеобязательная мораль, обязательное право. Старое право уступает новому праву — приходит апатия, разочарование, растут преступность, проституция, увеличивается число самоубийств, перестают существовать общественные группы, многие люди утрачивают своё место в обществе, чувствуют себя лишними. 1991 — то же состояние. Исчезали или меняли положение социальные группы. Участие в партии стало играть не позитивную, а негативную роль. Менялись положения слоёв: учёные были привилегированны. Ядерная физика, молекулярная биология. Резкое понижение социального экономического статуса. Творческая интеллигенция за что боролась, на то и напоролась. Поднялись те, кто занимали низкое место — считались изгоями. Деловые, цеховики, промышленники вдруг стали ведущим классом. Период аномии — конец 80-х — конец 90-х. Страшный рост преступности, распад нормативной среды, распад ориентиров. В конце 80-х годов Ионин проводил исследования: раньше ориентирами были учёные, космонавты, теперь хотели стать рэкетирами, валютными проститутками!!! К концу 90-х годов произошёл слом моральных норм. Очень сложны! Рэкетир выглядел предстателем новых слоёв — в сопутствии с новым классом торговцев. Спекуляция — покупал дёшево, продавал дорого. Это нормальный процесс. Весь бизнес отечественный — 90 % — купить дёшево, продать дорого. В СССР спекуляция — состав преступления. За валютную спекуляцию расстреливали. То, что считалось презренным и недостойным, стало благодетелью. В широком сознании спекуляция приемлемая, но не очень достойная. Тот, что покупает и продаёт, с точки зрения идеалов плох. Достойно ехать и строить БАМ, исследовать атомное ядро, писать стихи. Нелегальная сеть могла превосходить официальную торговлю. Тогда-то и пришёл момент аномии. Новая система ценностей: люди, жившие в старой системе, переставали находить место. Деятельность не оплачивалась и не уважалась. В 91 — 93 году ежегодное обращение президента. Ельцин в телевизоре сказал: «Дорогие россияне! Не думайте ни о ком, думайте только, тогда разбогатеете о себе!» Это традиция Достоевского — прикладной либерализм для бедных. У Ахматовой: «Жизнь свою за други своя!» Непонятно, кто написал Ельцину, непонятно, кто говорил. Социологи не могут точно сказать, насколько далеко зайдёт. Почему не могут вообще все нормы исчезнуть в традициях Гоббса? Был социолог Питирим Сорокин, в начале 20-го века был секретарём Керенского, потом выслали философский пароход — ведущих интеллигентов собрал Ленин и выслал из страны. Сорокин тоже посажен, жил в Германии, США, президент Американского социологического общества. «Человек в эпоху бедствий» — книга о состоянии аномии. Изучал папирусы. Такие формы, как преступность, проституция, самоубийства — результат аномии — по объёму не превышают определённых границ. Самый ужасный голод, землетрясение, наводнения, войны, революции — количество девиантного поведения не превышает границ. Процент убийств при голоде не превышает 20 %. Не может убить другого, чтобы выжить самому. Кража, преступления — 25 — 27 %. Проституция не может быть принята 75 — 80 % женщин в голод. Какой вывод сделал Питирим Сорокин? Мораль не ситуационна. Человек не может преступить некоторых моральных требований и норм, потому что моральные требования являются элементом природы человека. Не может превратиться в животное. При самом бурном разгуле преступности, при самом трудном положении норм они существуют всегда. Осознание этого важно, когда почитаешь газету или посмотришь ТВ. Мораль и обязательность следования нормам морали существует.

Третий тип — преступность.

Преступность — общественно опасное поведение, противоречащее требованиям законодательства. Преступность появляется только с возникновением права. Только с возникновения правовых норм, санкционированных государством. Нельзя полностью назвать преступлением нарушение нормы морали, но преступность появляется с правом или государством. Причины преступности имеют социальных характер. Криминология — наука. Элементарная клеточка — преступление. Важно понять. Парадоксальное: преступление — необязательно то, что общественно опасно. Преступление — это то, что включено законодателем. Если записать чихание на публике в УК, то это преступление. Если вывести, то перестанет. Криминализация определённого деяния — включение деяния в состав преступления, наказуемых деяний. Вот о спекуляциях говорили. Продажа и покупка валюты — преступление. А потом перестали быть — декриминализация. То же самое с наркотиками. В Голландии употребление лёгких наркотиков не преступление. А у нас распространять нельзя. Но существует прецедентное право. Если судья осудит, то этот прецедент — источник права. Но даже права на кодексе — любое право интерпретируется. Если прокурор говорит, что это человеческое существо с другой планеты, то наказывается согласно нормам человекам или другому живому существу. Нет закона за плохое обращение с собаками, но есть за порчу чужого имущества. Нельзя все поступки описать, поэтому есть 120 страниц УК и тысячи страниц комментариев. Даже если нет определения, то можно подвести под одну из норм.

Существует много теорий об источниках и причинах преступности. В СССР все марксистской теории придерживались: угнетённые и угнетающие классы. При социализме источник исчезает. Как же так? Преступность есть, а причин нет? Это пережиток капитализма. Это иллюзия того, что её можно победить. Революционные трибуналы в 1917 при захвате офицеров сажали в тюрьму до победы мировой революции!!! Ждали. Что несколько дней — два — три месяца. При мировой революции у преступников исчезнет причины — социальная магия. В «Котловане» Платонова прослеживается: революция — новая жизнь, небо, жизнь в евангельском смысле, достижение царства. Сейчас господствует тока зрения, что преступность будет всегда, она функциональна, и уровень необходим в обществе на том основании, что борьба с преступности позволяет всем членам общества осознавать действенность социальных норм. Никто бы не знал, что такая норма есть. Люди осознают, глядя на преступника, себя как лояльных граждан. Даже вот необходима.

Санкции — меры воздействия, побуждающие людей к правильному, полному, точному исполнению норм. 2 типа: за нарушение правовых норм и норм этикета. Караются. Для юриста — то, что будет, если нарушить: год тюрьмы, поселение, условно — то, что в кодексе написано. Но для нас ещё санкции за несоблюдении правовых и групповых обычаев. Окружающие демонстрируют приемлемость или неприемлемость поведения — окружающие чётко определят. Если Ионин думает, что его приятель нескромно себя ведёт (а скромность — универсальная моральная добродетель), он может применить ряд санкций: продемонстрировать неодобрение. Может иронической репликой отозваться: крутой после Игоря Крутого. Может отойти в сторону. Ели попросит, может отказать, дав понять, что отказ связан с нескромным поведением. Члены группы могут среагировать так, что и не пригласят. Могут быть позитивными и негативными. Если парень старается понравиться, девушка может хмуро посмотреть или улыбнуться. Санкции такого рода — тьма тьмущая, много их. Делятся на негативные и позитивные. Позитивные: подарок (человек дарит подарок, желая показать, что он приятный человек), премирование, проявление радости при встрече, улыбка, приветливый взгляд, аплодисменты, оказание почестей, уважение, внимание, похвала. Негативные: хмурая мина, избегание, игнорирование, показ недовольства, высмеивание, упрёк, напоминание (Вася, я тебя что просила сделать час назад?), критика, отказ от сотрудничества. Всё то санкции. В мире морали, привычек обычаев, групповых ценностей каждый из нас применяет все санкции. Каждый из членов общества — это случай наличия культурной компетенции: в рамках своей группы чрезвычайно суток по отношению к санкциям. Приспосабливает поведение, сам применяет для демонстрации приемлемости или неприемлемость.

Совокупность воздействия общества на индивида с целью более точного исполнения норм — социальный контроль. Это ещё и пронизывающий общество на всех уровнях и во всех проявлениях контроль со стороны членов общества за правильностью выполнения других норм и предписания другими членами общества. Это не только милиция и прокуратура: это от государства до интимных взаимодействий. Улыбки, реплики, касания. А когда человек один, он подлежит?

ИД — Эго — Суперэго.


Сейчас читают про: